История разбитых сердец - Estrella Rose

как он? Или того хуже — еще более мерзким ублюдком и сволочью, у которой нет ни стыда, ни совести. Хотя… Этот сыночек и так ведет себя как больная истеричка, которому точно надо немного полечить нервишки. И рассказать всему миру о своей чрезмерной агрессии, чтобы не пострадали другие невинные люди. Чтобы не пострадали так, как я. Из-за одной паршивой суки, которая испортила мне всю жизнь и заставила трястись каждый раз, когда я вижу его перед собой. Только не надейся, что я поступлю точно также и закрою глаза на твои издевательства надо мной. Не надейся, МакКлайф. У меня есть чувство гордости. И я ни за что не стану унижаться перед ублюдком, который обращается со мной хуже, чем с половой тряпкой.

Терренс честно старался держаться до последнего и хоть как-то сдерживать себя, чтобы не сделать что-то, что привело бы к ужасным последствиям. Однако Ракель будто намеренно выводит его из себя и заставляет окончательно потерять всякое терпение и всякий контроль над собой. Не отводя своего испепеляющего взгляда со своей до смерти напуганной и бледной возлюбленной, он отпускает руки девушки, резко отворачивает ее лицо в сторону и ледяным взглядом с довольно тяжелым, частым дыханием окидывает все, что видит в комнате, пока та просто стоит на месте и смотрит на него в ожидании какой-то реакции. В какой-то момент Терренс отворачивается в сторону, а затем резко поднимает руку и со всей силы бьет Ракель по лицу. Да еще и с такой силой, что девушка не может устоять на ногах и с громким криком камнем падает на пол, резко схватившись за свою щеку. К тому же во время падения она ударяется головой об угол второй спинки кровати, находящийся в районе ног, и чувствует резкую боль в районе виска, из-за которой она слегка морщится.

На несколько секунд в воздухе воцаряется напряженная пауза, во время которой разъяренный, тяжело дышащий Терренс крепко сжимает руки в кулаки, выглядя очень напряженным, а Ракель перестает сдерживать слезы, что скапливается в ее красных глазах и начинает сильно трястись, все еще пребывая в глубоком шоке и потирая щеку, что горит после удара.

— Ты… — сильно заикаясь и широко распахнутыми глазами смотря на Терренса, дрожащим голосом произносит Ракель. — Т-ты… Ты совсем рехнулся?

Ракель тихо шмыгает носом, все еще сидя на полу, держась за щеку, дрожа от страха и больше всего на свете мечтая о том, что все происходящее оказалось лишь ее страшным сном.

Терренс не говорит ни слова и лишь со злостью в широко распахнутых глазах смотрит на Ракель, пока его волосы слегка взъерошены. Он крепко сжимает руки в кулаки так сильно, что их костяшки становятся белыми, а каждый мускул его тела напрягается до невозможных пределов.

— Ты ударил меня! — со слезами на глазах чуть громче произносит Ракель и тихо шмыгает носом. — Ударил!

— Сама виновата! — низким, грубым голосом бросает Терренс. — Вела бы себя нормально, ничего бы не случилось! Это ты меня спровоцировала! ТЫ! ТЫ СДЕЛАЛА МЕНЯ ТАКИМ! ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, ТО Я БЫ, МРАЗЬ, НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ!

— Тварь… Тварь… — Ракель медленно поднимается на ноги и с ненавистью во взгляде смотрит Терренсу в глаза. — ПОДОНОК! МРАЗЬ! ПОДОНОК! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!

— Хочешь еще раз получить по роже? — приподнимает руку Терренс. — Раз ты ничего не поняла, то я, мразь, ТРЕСНУ ТЕБЯ ЕЩЕ РАЗ!

— БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, ПОДОНОК! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ!

— Я СТАЛ ТАКИМ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО ТАК СЕБЯ ВЕДЕШЬ И ПОСТОЯННО ПРОВОЦИРУЕШЬ МЕНЯ!

— Господи… — Ракель слабо качает головой. — Вот я дура… Вот идиотка… Связалась с мерзавцем… С МЕРЗАВЦЕМ, КОТОРЫЙ ПРЕВРАТИЛ МОЮ ЖИЗНЬ В НАСТОЯЩИЙ АД! КОТОРЫЙ ПОЗВОЛЯЕТ СЕБЕ ТАКИЕ ВЕЩИ!

— МОЯ ЖИЗНЬ ТОЖЕ НЕ БЫЛА СКАЗКОЙ РЯДОМ С ТОБОЙ! — грубо заявляет Терренс. — Я НЕ БЫЛ СЧАСТЛИВ НИ ОДНОГО ДНЯ, ЧТО ПРОЖИЛ С ТОБОЙ В ЭТОМ ДОМЕ!

— Боже, ну зачем я только послушала свою семью? Зачем? — Ракель медленно подходит к окну и прикрывает лицо руками, пытаясь сдержать слезы, которые вот-вот норовят начать скатываться в три ручья по щекам. — Почему я не думала головой, когда согласилась на это безумие? ПОЧЕМУ?

— А что же тебе мешало ответить «нет», когда тебе предлагали переехать сюда? — вскрикивает Терренс. — Тебя никто не заставлял собирать свои манатки и переезжать сюда! Никто не принуждал тебя к этому! Ты САМА согласилась! И теперь САМА же строишь из себя жертву! Могла бы сказать, что не хочешь встречаться со мной! И мы бы спокойно разошлись по разным углам и больше никогда не встречались. КАКОГО, ТВОЮ МАТЬ, ХРЕНА ТЫ ИСПОГАНИЛА МНЕ ЖИЗНЬ?

— А КАКОГО ХРЕНА ТЫ ИСПОГАНИЛ МНЕ ЖИЗНЬ? — срывается на крик Ракель, резко развернувшись к Терренсу лицом. — КАКОГО ХРЕНА ЗАСТАВИЛ МЕНЯ ПОВЕРИТЬ, ЧТО Я БУДУ СЧАСТЛИВА?

— Серьезно? — ехидно усмехается Терренс и скрещивает руки на груди. — Да ты сама во всем виновата! Это из-за ТЕБЯ наша жизнь была сущим адом! Тебе всегда было плевать на меня! Ты все это время избегала меня как будто так и должно было быть! Думала, я буду вечно это терпеть и до конца своей жизни притворяться, что у нас все хорошо? Нет уж, мразь! У всего есть предел! У ВСЕГО! В ТОМ ЧИСЛЕ И МОЕГО ТЕРПЕНИЯ!

— ГОРЕТЬ БЫ ТЕБЕ В АДУ, МРАЗЬ! — Ракель громко шмыгает носом. — ГОРЕТЬ ТЕБЕ В АДУ ЗА ТО, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ! Подонки, которые смеют поднимать руки на девушку, никогда не заслужат прощение своих жертв и тех, кто будет знать об этом.

— ТЫ САМА МЕНЯ СПРОВОЦИРОВАЛА! — грубо заявляет Терренс. — И ВИНОВАТА В ТОМ, ЧТО ВСЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ ВОТ ТАК! ТЫ ИСПОРТИЛА МНЕ ЖИЗНЬ! Я БЫЛ ЖИЛ В ТЫСЯЧУ РАЗ ЛУЧШЕ, ЕСЛИ БЫ НЕ ВСТРЕТИЛ ТЕБЯ!

— Так же, как и я! Я считаю нашу первую встречу огромной ошибкой, которая принесла мне одни лишь беды. С тех пор как ты встал у меня на пути, в моей жизни ВСЕ ПОШЛО НАПЕРЕКОСЯК! ВСЕ! Я ПЕРЕСТАЛА БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ!

— Здесь я с тобой согласен, — более спокойно произносит Терренс. — Я тоже жалею, что не нашел предлог, чтобы отказаться от той фотосессии, на которую нас пригласили работать вместе. Это была моя самая огромнейшая ошибка, о которой буду жалеть всю свою жизнь.

Терренс медленно садится на кровать, сгибается пополам и запускает свои руки в волосы.

— Я еще и поехал за тобой неизвестно куда… — несильно пережав переносицу носа, низким голосом добавляет Терренс. — Поехал в Лондон ради того, чтобы добиться внимания девчонки, которая оказалась