Слеза дьявола - Джеффри Дивер

Мэр запыхтел от возмущения.

— Хорошо! Тогда кто ваш начальник?

— Человек, с которым вам не захочется говорить, уж поверьте мне.

— Позвольте мне самому судить об этом.

— Нет, — твердо сказала Лукас, глядя на часы. — Диггер уже мог проникнуть внутрь здания. У меня нет времени на препирательства с вами. Я хочу, чтобы вы и все ваши люди сейчас же убрались отсюда!

Кеннеди оглянулся на своего секретаря. Как его фамилия? Если память ей не изменяла — Джеффрис. Репортер и оператор находились тут же, снимая весь разговор.

— Я не позволю ФБР рисковать жизнями стольких людей. Я собира…

— Агент Арделл, — спокойно сказала Лукас, — возьмите мэра под арест.

— Вы не можете арестовать его! — влез Джеффрис.

— Еще как может! — сказал Кейдж, теперь уже действительно сердито, с едва заметным пожатием плечами. — И кстати, вас тоже.

— Увезите его отсюда, — распорядилась Лукас.

— Посадить в камеру?

— Не надо, — ответила Лукас, немного подумав. — Просто оставайтесь с ним и сделайте так, чтобы он ни во что не влезал, пока не закончится операция.

— Я немедленно свяжусь со своими адвокатами и…

Злость, долго закипавшая в ней, теперь прорвалась наружу, и вспышка оказалась более грозной, чем выволочка для Паркера Кинкейда.

— Господин мэр! Это моя операция, а вы создаете препятствия для ее проведения. Я могу отпустить вас под опеку агента Арделла или, если будете упорствовать, помещу под замок в центре предварительного заключения. Выбирайте одно из двух.

Наступило молчание. Лукас уже даже не смотрела на мэра. Она вглядывалась в парковку, уличные тротуары, замечая любые тени от деревьев. И не видела никого, кто мог оказаться Диггером.

— Хорошо же! — сказал Кеннеди, а потом кивнул в сторону входа в отель. — Но только если здесь сегодня прольется кровь, она будет на вашей совести.

— Это часть моей работы, — пробормотала она, вспомнив, что угрожала Кинкейду примерно в тех же выражениях. — Приступайте, Сид.

Агент повел мэра к его лимузину. Оба забрались внутрь. Джеффрис пытался зацепить Лукас возмущенным взглядом, но напрасно — она уже отвернулась, и вместе в Кейджем они быстро зашагали обратно в сторону фойе отеля.

— Вот дерьмо! — возмутился Кейдж.

— А я как раз думаю, что на этот раз обошлось. Диггер не мог ничего видеть.

— Да я не об этом. Если Кеннеди узнал, что мы здесь, значит, произошла утечка информации. Кто мог настучать ему?

— О, как раз это мне было ясно с самого начала. — Лукас достала свой мобильник и набрала номер.

— Детектив, — сказала Лукас, изо всех сил сдерживая свой гнев, — вам известно, что информация о любой тактической операции является совершенно секретной? И если да, подскажите, почему бы мне не передать ваше дело в прокуратуру?

Она ожидала, что Лен Харди начнет изворачиваться, извиняться за ошибку, валить все на мэра, обманом вытянувшего из него признание. Но, к ее удивлению, тот лишь резко ответил:

— Можете передавать мое дело, куда вам будет угодно, но мэр Кеннеди хотел получить шанс вступить в переговоры с убийцей, и я ему его предоставил.

— Почему?

— Потому что вы готовы пожертвовать жизнями десятков людей.

— Если это единственный способ навсегда остановить стрелка, то да, готова.

— Кеннеди объяснил, что способен уговорить его взять выкуп. Он…

— А вы знаете, что он притащил с собой толпу треклятых телевизионщиков?

— Простите, что вы сказали? — Голос Харди сразу потерял всю свою спокойную уверенность.

— Он привез с собой телегруппу. Если бы Диггер увидел свет и камеру да еще охранников в форме… он бы просто ушел и выбрал бы себе другую цель.

— Но мне он сказал, что хочет только провести переговоры, — промямлил Харди. — Я понятия не имел, что он воспользуется этим для саморекламы.

— Но именно так он поступил.

— И что, Диггер…

— Не думаю, что он успел это заметить.

После небольшой заминки Харди вздохнул.

— Я очень виноват, Маргарет. Мне просто хотелось хоть что-то сделать. И я не мог выносить мысли, что снова погибнут невинные люди. Простите меня.

Лукас с силой сжала телефонный аппарат. Она понимала, что должна теперь избавиться от него, вышвырнуть вон из своей команды. А еще написать докладную на имя начальника полицейского управления округа. Но воображение уже рисовало ей мрачную картину, как этот молодой мужчина возвращается один в свой молчаливый дом, в такой же, каким стал ее собственный после гибели Тома и Джоуи, где тишина обжигает больнее, чем пощечина от любимого человека. Как он проводит праздник в одиночестве, не зная, оплакивать ли ему уже Эмму или еще нет — жену, которая еще не мертва, но уже и не жива.

Он чутко почувствовал ее колебания и сказал:

— Этого больше не повторится. Прошу вас, дайте мне еще один шанс.

Что ей делать? Сказать «да» или «нет»?

— Ладно, Лен. Мы обсудим все это позже.

— Спасибо, Маргарет.

— Мне нужно возвращаться на свой пост.

Она поспешно отключила телефон и, если Харди сказал что-то еще, уже не слышала этого. Затем вернулась в вестибюль «Ритц-Карлтона».

Там она вновь незаметно достала из кобуры пистолет и, держа его в вытянутой вдоль тела руке, нырнула в густую толпу, медленно перемещаясь вместе с ней. Кейдж постучал по циферблату своих часов. До восьми оставались считанные минуты.

Они смотрели через ограждение на темную воду внизу и отпускали шутки о «Титанике», они налегали на креветки, но почти не притрагивались к паштету, они разговаривали о вине, росте процентных ставок, предстоящих выборах, скандалах в конгрессе и обсуждали популярные комедийные сериалы.

Почти все мужчины были либо во фраках, либо в смокингах, большинство дам — в черных платьях, подолы которых едва не касались лакированной палубы.

— Ну разве здесь не чудесно? Посмотрите, какой отсюда вид!

— А мы сможем полюбоваться отсюда на салют?

— Куда подевался Хэнк? Он унес мое пиво.

Сотни развлекавшихся людей расположились вдоль внушительных размеров прогулочного теплохода с тремя палубами и четырьмя барами, и все, кто собрался встретить Новый год на борту, чувствовали себя превосходно.

Здесь были юристы и врачи, ненадолго забывшие о тревогах и болячках своих клиентов и пациентов. Родители, отдыхавшие от своих шумных детей. Влюбленные, мечтавшие найти уединенную каюту.

«Что он все-таки собирается делать я слышала выставит свою кандидатуру хотя опросы показывают а вы уже знаете что произошло с Салли Клэр которая правда что Том купил особняк в Уоррингтоне да только неизвестно на какие шиши он смог себе его позволить…»