Телохранитель - Сюзанна Брокман

— Есть много соображений, касающихся того, почему Тротта не оставляет тебя в покое. Мы получили сведения от своего информатора из Нью-Йорка, что цена за твою голову возросла до пяти миллионов.

Она не могла этому поверить.

— Пять миллионов долларов? Гарри кивнул.

— Такое случается не каждый день. Тут есть что-то еще. Многие предполагают, что между тобой и Тротта существовали личные отношения. Некая особая связь.

— Нет, Гарри. — Алессандра сразу поняла, что он имел в виду. — Ничего подобного не было и не могло быть.

Он сжал ее руку.

— Мне жаль, что пришлось задать тебе этот вопрос.

— Ничего, я не обижаюсь. Но все-таки почему он готов истратить пять миллионов долларов, только чтобы увидеть меня мертвой?

Гарри покачал головой.

— Может быть, Гриффин располагал какой-то информацией, которую случайно передал тебе, или ты видела какие-нибудь документы, или слышала что-нибудь важное…

— Энрике! — внезапно воскликнула Алессандра.

— Что?

Она указала на плакат.

— Вот этого я видела прежде и даже помню где.

Она отчетливо представила это лицо — небольшие аккуратные усики, будто нарисованные тонкой кисточкой, и волосы до плеч. Без сомнения, это был он.

— Я его видела в офисе Майкла Тротта. Когда я уходила оттуда. Этот человек пытался бежать. Он был сильно избит и закован в наручники, но все-таки попытался. Его кровь осталась на моей блузке и брюках. Он сказал мне свое имя — Энрике Монтоне… Нет, кажется, Монтой…

— Энрике Монтойя! — Гарри сорвал плакат со стены. — Ты хочешь сказать, что Энрике Монтойя был в офисе Майкла Тротта?

Алессандра кивнула, затем быстро пробежала глазами текст под фотографией. Награда в сто тысяч долларов за опознание и задержание лиц, ответственных за смерть агента ФБР Энрике Монтойя.

— Монтойя исчез во Флориде в середине марта и был найден мертвым несколькими неделями позже в Нью-Йорке. Отчеты об аутопсии свидетельствуют о том, что его смерть…

Алессандра подняла глаза на Гарри.

— Этот человек умер в тот самый день, когда я видела его в офисе Тротта.

Гарри тут же набрал номер телефона.

— Мне нужна Кристина Макфолл. Привет, Крис, это Гарри О'Делл. Да, я еще дрыгаю ножками, но это не главное. Сейчас мне надо узнать кое-что о личных вещах Алессандры Ламонт. В ее доме в Фармингдейле осталось что-нибудь после пожара — может, какие-нибудь клочки ткани… Мне нужны блузка и штаны в пятнах крови. — Он посмотрел на Алессандру:

— Какого цвета?

— Нет. — Она внезапно все поняла. — Эти вещи я отвезла в сухую химчистку несколько недель назад; вероятно, они еще там.

— Где это?

— Хаффа. На главной улице, возле старого кинотеатра.

— Крис, — сказал Гарри в телефонную трубку. — Отправляйся в Фармингдейл, в сухую химчистку Хаффа, и получи заказ Алессандры Ламонт, а потом отвези его в лабораторию: пусть сделают тест на ДНК и сравнят с кровью Энрике Монтойя. Да, ты не ослышалась — Монтойя. Не забудь сообщить мне результат. — Гарри повесил трубку и повернулся к Алессандре. — Это может стать уликой в суде, если ты будешь свидетельствовать против Тротта. Теперь наконец-то мы его возьмем.

Джордж бросил досье на стол Николь.

— Ким Монахан. Прекрати дело против нее об участии в заговоре.

Ответом ему был холодный взгляд Николь.

— Приведи хотя бы одно убедительное доказательство, почему я должна так поступить.

— Потому что я прошу тебя об этом.

— Ты питаешь особые чувства к этой девочке?

— Просто сделай что я тебе говорю, Ники, иначе я никогда не дам тебе жить спокойно после того, что ты сотворила с Алессандрой Ламонт.

Лицо Николь поскучнело.

— Это была не моя идея — значит, и не моя вина. Эндрю Белл из Вашингтона посчитал, что убедительнее будет привлечь Тротта к суду по делу об убийстве. К тому же Алессандра Ламонт сама отказалась от защиты…

— Ты ведь читала дело и знаешь — речь шла о ловушке. Тебе чертовски повезло, что Алессандра и Гарри О'Делл остались в живых. Гарри уходит из ФБР, иначе он бы так поддал тебе под зад коленкой, что ты перелетела бы через дорогу. Хорошо бы он сделал это на глазах у всех сотрудников…

Николь стало не по себе.

— Да, верно, мне и правда повезло. Я все время твержу себе это.

В голосе ее он услышал нотки горечи. Но Джорджа это уже не трогало. Если Николь и испытывала угрызения совести по поводу того, как сложилась ее жизнь, включая и ее разрыв с ним, то во всем этом виновата была она одна.

Джордж сделал шаг, собираясь уходить.

— Постой!

Он снова повернулся к ней.

— Считай, что обвинения против Ким аннулированы. Можешь ее больше не прятать.

Джордж покачал головой.

— Она уехала. Я велел ей убираться.

— Мне жаль, — тихо сказала Николь. — Я думала, вы собираетесь пожениться.

— Тротта платил ей за то, чтобы она оставалась со мной. Я подозревал это с самого начала.

— Но ты казался…

— Счастливым? — Джордж презрительно фыркнул. — Брось. Я жил с роскошной женщиной, которая, как спелая груша с дерева, свалилась мне в руки неизвестно откуда, а какой-то дядя со стороны оплачивал ее услуги. Кто бы в такой ситуации не выглядел счастливым?

— Думаю, ты надеялся, что она не передаст информацию Тротта.

Тут Николь была чертовски права. Джордж молил Бога о том, чтобы в решающий момент Ким не предала его, но вместо того, чтобы прямо спросить о ее связях с Тротта, он устроил ей проверку.

Джордж надеялся, что Ким расскажет ему обо всем, надеялся, что она его любит…

— Этой девочке удалось уязвить тебя, — заметила Николь. Глаза ее были печальны, и Джорджу даже показалось, что она искренне жалеет о случившемся. Впрочем, возможно, виной тому была всего лишь игра света.

Гарри все еще говорил по телефону, когда Алессандра вышла из душа и, вытирая полотенцем волосы, направилась в гостиную.

— Нет, Шон, это не твоя вина. Ты и понятия не имел, какой результат может иметь эта петиция… — услышала она голос Гарри. Некоторое время он молчал, потом заговорил снова:

— Да, знаю, мне тоже жаль, что тебе придется расстаться со своими друзьями. Мы соберемся все вместе и решим, как и где нам жить дальше… — Гарри потер лоб. — Да, и Мардж тоже. О'кей, увидимся завтра.

Он вздохнул и повесил трубку.