Горячий айсберг 2011 - Александр Рявкин

«Так наконец добрался и до меня! – понял Артур. – Но насчет «пропрезидентской» мы не договаривались…» Он был в ужасе от обрушившейся на него информации.

– Как вы знаете, – буднично объявил о величайшем для Артура событии Владислав Юрьевич, – вчера вы все видели по телевидению, состоялся Учредительный съезд партии «Свободная Россия». Это уникальная партия регионов, потому что создали мы ее не в Москве или Питере, а в регионе, в городе Екатеринбурге. Вот председатель политсовета, наш молодой коллега, Артур Юрьевич Суслов. Поздравляю!

Артур привстал и кивнул головой в знак благодарности за проявленное внимание.

Явлинский не удержался от очередной ехидной реплики:

– У вас родственников среди членов Политбюро ЦК КПСС не было?

Артур не ответил. Он был шокирован. Так сразу, цинично и бесцеремонно, поставить в стойло президентской конюшни, обрушить мечты о независимой, как ветер, партии свободных, талантливых предпринимателей всея Руси!

Да, вчера родилась его партия. Авантюрное детище, в создание которой никто всерьез не верил.

На праздничном фуршете пили шампанское, поданное в серебряных ведрах. Пили ведрами… Артур тоже выпил много, до икоты, а может, это было от волнения. Ушел икать в туалет, пил воду из крана. Полегчало. Лучше б выпил водки. Но нельзя, не каждый день в Кремль приглашают. У Славы не забалуешь. Кует партии, пока горячо. Аж искры летят во все стороны…

– Все знают, – тем временем продолжал Владислав Юрьевич, – что вторая реальная сила в стране – это коммунисты. А может, даже и первая, тем более сейчас она набирает обороты. Справедливоросы сдулись. Они балансируют, как ЛДПР, на грани 5–7-процентного барьера. И я вас пригласил посоветоваться в этой непростой ситуации… Мы понимаем, что рейтинг «Единой России», о чем Валерий Валерьевич Федоров доложил, реально всего 19 процентов, 13 процентов – у коммунистов, и 56 процентов электората – наши неопределившиеся сограждане. Нам нужно заполнить этот вакуум, но сделать так, чтобы новая партия стала привлекательной для среднего класса. И самый главный вопрос – как сделать так, чтобы эта новорожденная партия стала третьей силой, третьей партией. Сделаем нехитрый подсчет: рейтинг партии власти 19 процентов, коммунисты – 13 процентов, складываем, получается 32 процента. В Думе, чтобы иметь конституционное большинство и никого не спрашивать, как нам голосовать, нужно иметь 75 процентов голосов, – Владислав Юрьевич сделал эффектную паузу, обведя взглядом присутствующих. – Ну, все мы здесь профессионалы, понимаем, что административным ресурсом, на местах и повсеместно, еще 15–20 процентов добавят, припишут, спишут на всенародный энтузиазм. Как говорил Анастасио Сомоса, президент Никарагуа, «вы выиграли выборы, а я – подсчет голосов». Вот. И все равно с такой арифметикой это будет только 50 процентов. И нужные 25 процентов набрать надо с правого фланга. Нужна новая политическая сила, в которую народ – избиратель – поверит, обманется в который раз, плюнет, и очередные пять лет будет кормиться обещаниями новых креативных политиков.

В общем, Владислав Юрьевич сам дал ответ на поставленные задачи.

От такого цинизма у Артура пересохло в горле.

После окончания совещания Владислав Юрьевич попросил его задержаться, и, когда они остались наедине, спросил:

– Ну что, страшно?

– Непривычно.

– Ну что, Артур, партия состоялась, как я тебе и обещал. И теперь надо будет сыграть серьезную партию. В общем, ты попал… – Увидев, как изменился в лице Суслов, Владислав Юрьевич, по-отечески похлопав по плечу, продолжил: – Ладно, не переживай… Или ты передумал? – прищурился он.

– Разве я могу передумать? – багровея, произнес Артур.

– Можешь, время еще есть, до завтрашнего утра.

– Тогда мне не надо думать до утра, я хочу сложить с себя полномочия председателя политсовета партии.

– Ну что ж, уговаривать не буду, это твое решение, – вставая из-за стола, выдохнул хозяин кабинета и, протягивая на прощание руку, добавил: – Знаешь, а все-таки я в тебе не разочаровался, даже наоборот…

Артур закрыл за собой дверь 411-го кабинета и вдруг остро осознал, что навсегда закрылись для него двери и в сам Кремль. Он ускорил шаги по длинным коридорам власти, чтобы быстрей закончить, оборвать этот этап в своей жизни. Отказаться от лидерства в партии! Глупее поступка он не совершал в своей жизни. Артур еще и еще раз прокручивал в голове доверительный разговор с Владиславом Юрьевичем. Действительно, что доверительный! Доверили не колхоз, а политическую партию! Какое мнение теперь о нем останется? Струсил, побоялся показать свою некомпетентность или хотел, чтобы поуговаривали… Жалкая личность, о которой забудут через пару дней. Все, что делал много лет, погубил сам, своими руками, за пять секунд. Ну, и что он доказал – свою независимость?

«Ну что ж, уговаривать не буду, это твое решение», – вспомнил Артур последние слова, прозвучавшие приговором. А еще и пожалел: «Все-таки я в тебе не разочаровался, даже наоборот…» Такие утешения получают все политические трупы! Да и какой из меня политик! Никакой гибкости, дипломатии, тупая принципиальность идеалиста. И вот теперь – никаких перспектив, как в темном лабиринте без выхода. И какой-нибудь выскочка возглавит их партию…

Но представить, как он бы благодарствовал за доверие, мол, «не подведу, буду стараться, все силы брошу, костьми лягу», и пожирая глазами, и прогибаясь в хребте, признательно, как награду, пожимал протянутую руку… Нет, не смог Артур себя такого вот представить.

Со смешанными чувствами выходил он из Кремля на площадь. Ноги сами понесли его в Александровский сад. Поздняя осень забирала последние листья деревьев.

Он набрал номер своего телохранителя.

– Ты сейчас где, Андрей?

Тот ответил, что на Красной площади.

– У тебя сигареты есть? Подойди к входу в Александровский сад.

Андрей появился почти мгновенно, протянул пачку с сигаретами. Не стал спрашивать, с какой это стати шеф начал курить, ведь давно бросил. Прикурив, Артур поблагодарил и сказал:

– Жди меня в машине.

Сам сел на скамейку и зябко поежился. Проследил, как плавно опустился на землю сорванный ветром лист. Привычно вытащил из кармана выключенный в Кремле айфон и обнаружил там целых 28 пропущенных вызовов! Звонили брат Борис, Влад, Томара Воевода, Голиков, Игольченко, Бурый и еще кто-то… Борис целых четыре раза звонил. Брат сейчас находился в Германии, в Дюссельдорфе, на самой престижной Международной выставке медицинского оборудования, инструментов и лекарственных препаратов. Артур набрал Бориса. Тот сразу ответил.

– Здравствуй, брат! – сказал Артур.

– Здорово! – непонятно торжественным голосом ответил Борис. – Ну, ты герой! Что ты там в Администрации такого сказал…

– Да, брат, извини, – мрачно пробормотал Артур, – глупо получилось. Но это – мое решение…