Постумия - Инна Тронина

Мимо мелькали зеленогорские улицы, щиты с рекламой всяких санаториев, домов отдыха, яхт-клубов, ночных заведений, разнообразных магазинов. Из-за отличной погоды весь городок высыпал на солнышко. Люди лениво фланировали по тротуарам, глазея по сторонам. Они лизали мороженое, пили пиво. А я, возможно, жила последние минуты. Если похитители не убьют, так со столбом поцелуемся. Тогда больница мне обеспечена, а то и инвалидность. С машиноя уже мысленно простилась – она вряд ли уцелеет.

Перед воспалёнными от напряжения глазами опять плясали радужные пятна. Солнце то вспыхивало, но скрывалось за деревьями. Куда же они меня везут? Я неплохо знала Зелик – благодаря Лёльке. Подруга как чувствовала, что пригодится. Скорее всего, вывернут на проспект Ленина, что мне и нужно. И куда потом? Здесь много и старых домов, и новых коттеджей. Могут затащить в кочегарку какого-нибудь пансионата, в гараж. Да мало ли где из человека можно при желании выпустить кишки? А там и кладбище близко, чтобы от тела избавиться…

У заправки и магазина мы свернули на улицу Красных Командиров – в своём роде уникальную. Здесь, среди буйной летом зелени, прятались разнообразные строения ушедших эпох. От деревянных дач, построенных ещё в Терийоках, до кичливого новодела девяностых. Помещалась в глубине улицы и местная поликлиника из стекла и бетона. Оттуда как раз брели пациенты – с палками и на костылях. В этом здании сосредоточилась для зеленогорская медицина – от травматологов до дантистов. Но меня больше всего интересовало аистиное гнездо на дереве, за оградой – почти как настоящее.

Эта улица тоже вливалась в главную – как раз у здания, где помещались разные солидные учреждения, включая Сбербанк. И рядом вокзал, много транспорта, народ кишмя кишит. Разумеется, и копы должны быть. Видимо, мои похитители просто срезали угол, потому что повернули к вокзалу. Ещё издалека я углядела напротив Сбера автомобиль ДПС, и решила действовать немедленно. Всё-таки здесь не лес и не пустынный берег залива. Скрываться особо некуда. Тротуары загорожены, ящички для цветов пустые. Будем надеяться, что люди не пострадают…

Всё, пора! Другого шанса не будет. Папа с мамой, помогите! Не зря же вы меня рожали. И мне на миг показалось, что через лобовое стекло на меня смотрят два лица – дрожащие в весеннем воздухе, почти прозрачные.

Извернувшись на заднем сидении, как змея, я упала на спину и ударила курносого пятками в затылок. Тот явно не ожидал от меня такой прыти и выпустил руль. Всего на секунду – но этого было достаточно. Моя «вольвочка» завертелась вокруг своей оси, распугивая других водителей и пешеходов. Оглушительно завизжали тормоза. Теперь я боялась только одного – забыть номер джипа «Крайслер», на котором ехал рыжий. Как назло, нигде не могла его записать.

– Т-ты, с-сука, так?.. – Курносый начал заикаться, чего раньше не было. Он не мог одновременно вести машину и сражаться со мной, а потому предпочёл разделить два этих действия.

Нашарив под сидением гаечный ключ, который я возила для самообороны, он вознамерился вырубить меня надолго, если не навсегда. Но бить было неудобно, и удар получился косой. Впрочем, сознание я потеряла – секунд на десять-пятнадцать. В боксе мне присудили бы поражение.

Когда я очнулась, очень расстроилась. Моя «вольвочка» летела по тому же проспекту Ленина, а за рулём был всё тот же курносый «дуся». Куда подевался рыжий на джипе, я не знала. Но ни спереди, ни сзади его не было. Зато я постоянно слышала полицейскую сирену и номер своей машины, повторяемый через «матюгальник». Далее звучали требования остановиться.

Боже, никогда в жизни я так не хотела исполнить приказ гаишников! Но именно сейчас никак не могла это сделать. Прохожие на тротуарах аж выли от восторга. А дальше начались гонки типа «Форсаж-8». Вместо губастого парня, который только и мог смотреть в рот рыжему, я столкнулась с настоящим асом. И поняла, что никакой я не Шумахер, а жалкий «чайник». Кроме того, я от души гордилась своим авто, способным выделывать подобные фортели – когда искры фонтанами летели из-под покрышек. И теперь уж совсем не хотела с ней прощаться. Но рискнуть всё же пришлось.

Мы вихрем пронеслись мимо спортивно-оздоровительной базы «Прибой», с шиком развернулись, нырнули в какую-то аллею. Потом проехали прямо по поваленному забору. Кругом стояли частные домишки. Жильцы снимали нас на телефоны с крылечек, с крыш, с деревьев. Заодно мы перепахали чей-то огород – по счастью, ещё не засаженный. Неожиданно нам под колёса ринулась пестрая дворняга. Тут же с оглушительным визгом она улетела в канаву, и я вспомнила присказку «папика» про сову и пенёк. Далее мы вломились в ещё один штакетник, потом – в узкий переулочек. Через минуту вновь оказались у вокзала.

Разворотам курносого можно было только завидовать, равно как и его живучести. Все свои чудеса он проделывал под градом ударов. Очнувшись, я снова принялась колотить его кроссовками по затылку. Теперь я очень жалела, что не надела сапожки с подковками. Скорее всего, курносый намеревался проскочить в Центральный лесопарк, но дорогу перекрыли. Кроме того, в парке могли стрелять, чего избегали на центральных улицах. Моя машина нырнула в туннель у вокзала, опять оказалась у Сбербанка, скрылась в очередном переулке. С рёвом выскочила на улицу, название которой я успела разобрать – Конная.

Наверное, весной и летом здесь было прекрасно. Цвела черёмуха, пели соловьи. А сейчас меня будто бы крутили в центрифуге – как космонавта. Заходящее солнце то и дело скрывалось в тучах пыли. Мы прыгали на «лежачих полицейских», как мячики. Я несколько раз прокусила губу и язык. У курносого аса дела обстояли не лучше. Мы чуть не свалились в канаву с маленького мостика.

Здешние просеки сплошь заросли голыми кустами. Улица Красных Командиров ломаной линией рассекала жилой массив, и потому взять нас пытались без выстрелов. Залив у Зелика подходил прямо к шоссе. Скорее всего, рыжий бандит укатил на пляж. Из какой-то машины доносилась песня «Ляписа Трубецкого» «Воины света». Это придавало происходящему весёлый антураж. Очень хотелось, обнявшись с друзьями, покачаться из стороны в сторону.

Поликлиника опять выросла перед нами, и очень быстро приближалась. У въездных ворот стояла машина «скорой». С диким скрежетом «вольвочка» въехала двумя колёсами на тротуар. С двух концов улицы, сверкая мигалками даже при ярком солнечном свете, неслись патрульные машины. Из окон поликлиники таращились зеваки. Кто-то поспешил выскочить в сквер, чтобы не пропустить самое интересное. Старуха на «ходунках» бестолково брела по переходу, жуя губами и глядя из-под руки в нашу сторону.

И тут я решила эту лавочку прикрыть – от греха подальше. Ещё минута азартных гонок – и мы кого-нибудь задавим или сами врежемся в стену. Обхватив ногами шею хрипящего экстремала, я со злости так её сжала, что у него глаза вылезли на лоб. «Вольвочка» вспрыгнула на поребрик, вломилась в кусты и встала, как вкопанная. Ещё пару сантиметров, и пришлось бы выправлять бампер.

У меня тряслась голова, а перед глазами всё плыло. Когда дверца распахнулась, и в салон сунулся гаишник, я долго хохотала. Не могла успокоиться до тех пор, пока из «скорой» не выпрыгнул врач в синей робе с красным крестом.