Ангелотворец - Камилла Лэкберг

Перси направил на него дуло.

— Нет, не шутка. С чего мне шутить? Ты отнял у меня все.

— Это был только бизнес, — все еще спокойно произнес Себастиан. — И не надо меня винить. Ты сам растратил все свое наследство.

Раздался выстрел, и все ахнули. Себастиан схватился руками за лицо, и между его пальцами полилась кровь. Пуля задела его левую щеку и вылетела через панорамное окно с видом на море. В ушах у присутствующих зазвенело от звука выстрела. Леон так сильно вцепился в ручки кресла, что костяшки пальцев побелели.

— Что ты творишь, Перси?! — завопил Йон. — Ты совсем спятил?! Убери пистолет, пока никто больше не пострадал!

— Слишком поздно. Поздно, — фон Барн опустил оружие. — Прежде чем я всех вас убью, я хочу, чтобы вы ответили за то, что сделали. В этом я согласен с Леоном.

— Что ты имеешь в виду? Мы все такие же жертвы, как и ты! — злобно заявил Хольм, но в голосе его отчетливо звучал страх.

— Мы все к этому причастны. И это разрушило мою жизнь. Но ты виноват больше всех и поэтому умрешь первым, — с этими словами аристократ снова направил пистолет на Себастиана.

В комнате было тихо. Слышалось только напряженное дыхание собравшихся.

— Это, должно быть, они, — сказала Эбба и отвернулась от ящика. Ее стошнило. Анну тоже замутило, но она удержалась.

В ящике лежал скелет. Череп уставился на них пустыми глазницами. Все зубы были целы, и на черепе виднелись даже остатки волос. Судя по всему, скелет принадлежал раньше мужчине.

— Думаю, ты права, — сказала она, гладя фру Старк по спине.

Та опустилась на корточки и прижалась лбом к коленям, чтобы не потерять сознания.

— Так вот где они были все это время… — прошептала она еле слышно.

— Полагаю, остальные лежат там, — показала Анна на два других ящика, которые оставались запертыми.

— Их надо открыть! — заявила Эбба, вставая.

Ее «сокамерница» засомневалась:

— Может, сначала сами отсюда выберемся…

— Я должна знать! — У фру Старк горели глаза.

— Но Мортен… — запротестовала Анна.

Эбба покачала головой:

— Он нас не выпустит. Я видела это в его глазах. К тому же он думает, что убил меня.

Эти слова напугали Анну. Она понимала, что Эбба права. Старк их не выпустит. Им придется выбираться самим, иначе они умрут здесь. И даже если Эрика начнет их искать и задавать вопросы, ей никогда их не найти. Эта комната могла находиться где угодно, и раз ее не нашли, когда искали пропавшую семью, то, значит, не найдут и сейчас.

— Хорошо, — согласилась Анна. — Давай откроем. Там может найтись что-то, чем можно будет взломать дверь.

Эбба не ответила. Она уже была занята сбиванием замка на втором ящике. Но этот замок сидел крепче.

— Погоди, — сказала Анна. — Можно мне одолжить твое украшение? Может, им можно вскрыть замок?

Поколебавшись, фру Старк сняла с себя цепочку и протянула Анне. Та начала ковыряться в замке. Через какое-то время ей удалось открыть обе крышки, и, переглянувшись с Эббой, они открыли ящики одновременно.

— Они тут. Все, — сказала фру Старк.

На этот раз она долго смотрела, не отводя взгляд, на останки своей семьи, столько лет пролежавшей в подвале, как мусор.

Тем временем Анна пересчитала черепа в ящиках.

— Одного не хватает, — сказала она.

Эбба дернулась:

— Что ты имеешь в виду?

Анна поправила одеяло на груди.

— Исчезло пять человек, да?

— Да.

— Но здесь только четыре черепа. То есть четыре скелета, если, конечно, никому не отрубили голову.

Фру Старк скривилась. Потом она нагнулась сама, чтобы пересчитать черепа, и, набрав в грудь воздуха, произнесла:

— Ты права. Одного не хватает. Вопрос только — кого?

Анна снова посмотрела на черепа и кости. Если они отсюда не выберутся, то сами превратятся в такие же скелеты. Зажмурившись, она увидела перед собой Дана и детей. Нет, они должны выбраться! Любой ценой. Эбба рядом с ней начала жалобно всхлипывать.

— Паула! — позвал Патрик коллегу к себе в кабинет. Йоста с Эрикой уехали в деревню, а Мелльберг заперся у себя, готовый принимать звонки журналистов.

— Что случилось? — спросила беременная женщина, неуклюже усаживаясь в кресло для посетителей.

— С Йоном сегодня поговорить не удастся, — сообщил Хедстрём. — К нему едет полиция Гётеборга. Мне сообщил Шель Рингхольм. Он тоже направляется туда вместе со Свеном Никлассоном из «Экспрессен».

— Полиция? Почему? И почему никто нам не сообщил? — покачала головой Паула.

— Шель не вдавался в подробности. Сказал только, что это сенсация и что дело касается государственной безопасности. Ты же знаешь, какой он.

— Мы поедем туда?

— Нет, особенно ты. Не в твоем положении. В полиции Гётеборга сказали, что нам лучше им не мешать, но я все равно хочу вытянуть из них побольше информации. Но в любом случае с Хольмом нам удастся пообщаться не скоро.

— Интересно, что это за сенсация? — Паула крутилась на неудобном стуле.

— Рано или поздно узнаем. Раз Шель и Свен Никлассон там, значит, скоро все появится в газетах.

— Тогда пока займемся другими делами…

— Нет. Мне нужно ехать на Валё с Йостой, чтобы выяснить, что там творится.

— Отец Леона, — протянула Паула задумчиво. — Зачем ему посылать деньги?..

— Мы поговорим с Леоном сразу по возвращении, — пообещал Патрик. В голове его крутилась еще одна мысль. — Леон и Аннели; может, все-таки это их рук дело…

Он протянул руку, чтобы помочь Пауле подняться на ноги. Та с благодарностью приняла помощь.

— Тогда я пойду наведу справки об Ароне, — сказала она.

Хедстрём взял куртку и последовал за коллегой в коридор.

Оставалось надеяться, что Йоста справился с задачей и отвез Эрику домой. Хорошо зная свою жену полицейский подозревал, что она всю дорогу уговаривала Флюгаре отвезти ее сразу на остров. Но Патрик не собирался брать ее с собой. Он нутром чувствовал, что там может быть опасно, и не хотел втягивать ее в это.

Хедстрём уже дошел до машины, когда Паула позвала его с крыльца.

— В чем дело? — обернулся он. Женщина жестом позвала его к себе, и по выражению ее лица было понятно, что это серьезно.

— Выстрелы. Дома у Леона Кройца, — выдохнула она.

Патрик покачал головой. Почему если наваливается, то все сразу?

— Я позвоню Йосте и попрошу ехать прямо туда. Можешь разбудить Мелльберга? Нам нужна любая помощь, — распорядился он.