Она уже мертва - Виктория Платова

– Тебе – никакой. А я – ценитель. Гурман.

– Ты же не пьешь вино.

– Я не пью дешевую бодягу, а от хорошего вина не откажусь.

Проявив самые настоящие чудеса эквилибристики, Миш наконец-то дотянулся до нужной бутылки и вытащил ее из гнезда.

– Она?

– Да. Давай его сюда.

Но прежде чем Миш сполз со стремянки, в винном погребе раздалось вкрадчивое:

– Привет.

Шило произнес это едва ли не шепотом, но сказанное им произвело эффект разорвавшейся бомбы: Маш вскрикнула, а Миш свалился со стремянки. Каким-то чудом бутылка в его руках не разбилась, и Шило, пользуясь замешательством двоюродного брата, овладел ею без всякого труда. После чего бросил взгляд на этикетку и присвистнул:

– Романе-Конти. Однако.

– Какого черта? – Маш перевела исполненный ненависти взгляд с Шила на Белку. И снова уставилась на опера.

– Да у вас губа не дура, мадам.

– Что вы здесь забыли?

Не удостоив кузину-алкоголичку ответом, Шило всем корпусом повернулся к Белке:

– А знаешь, сколько стоит это винишко на рынке? Около миллиона рублей. Неплохое окончание трудного дня, а?

Сказанное не произвело особого впечатления на Белку. В конце концов, человек, который построил этот дом и засадил сад венериной мухоловкой, мог позволить себе и вино за баснословные деньги. Другое дело – Шило. Откуда такие познания в марках элитных напитков у дремучего архангельского опера? Судя по физиономии, этим же вопросом мучилась и Маш. И лишь Миш был занят собой: он то и дело дул на пальцы, ушибленные при падении.

– Ты, я смотрю, разбираешься?

– Немного.

– Видимо, Романе-Конти у вас в тмутаракани по продуктовым лавкам пораспихано. Или что там у вас?

Маш явно хотела уязвить Шило, но тот ответил совершенно спокойно:

– У нас в тмутаракани вполне приличные супермаркеты. А про это вино я знаю, потому что расследовал одно убийство.

– Скажите, как интересно! – не унималась Маш. – Жертву опоили, предварительно разведя в вине цианид?

– Все проще. Мужик… то есть жертва… был крупным бизнесменом и кое-какое бабло вложил в коллекцию французских вин. А я – человек любопытный. Вот и поинтересовался отдельными экземплярами. Устраивает такой ответ?

– Это не ответ на вопрос «что вы здесь забыли».

– А вы?

– У нас назначена встреча. Вернее, у меня. Миккель меня сопровождает, вот и все.

– Где назначена? В винном погребе?

– Пошел ты, – процедила Маш сквозь зубы.

– Это вряд ли. Поскольку я тут единственный представитель закона, а за последнее время кое-что произошло… Лучше вам отвечать на мои вопросы, чтобы избежать неприятностей в дальнейшем.

– Что еще произошло?

– Возможно, убийство, – спокойным голосом произнес Шило.

– Ну что за бред, – Маш скорчила недовольную гримасу. – Кому и кого понадобилось убивать? Мы все добропорядочные граждане…

– Добропорядочные граждане не шастают по чужим домам. И не воруют алкоголь.

– Хорошо. Если ты настаиваешь, я скажу. Я получила приглашение…

– Ты смотри, сколько приглашенных, – Шило удивленно приподнял бровь.

– Не знаю, о чем ты… Но за неделю до отъезда сюда я получила письмо по электронке. Миккель может подтвердить.

Все еще сидевший на полу Миш пробормотал что-то невнятное, но Шило даже не повернул головы в его сторону.

– И что это было за письмо?

– Деловое предложение. Я, как тебе известно, риелтор. Я много лет на рынке, и репутация у меня отменная. В письме как раз и шла речь о сделке, которую мне предложили сопровождать.

– Сделка?

– Продажа дома.

– Какого дома? – Шило все еще не мог взять в толк, о чем говорит ему Маш.

– Этого самого! Вилла… как ее… «Бабочка». Человек, который отправил письмо, – владелец виллы.

– Ну надо же, какое совпадение! Ты приезжаешь сюда, чтобы обстряпать личные делишки и по ходу подзаработать. Какой там у тебя процент?

– Это коммерческая тайна, – Маш надменно подняла бровь.

– Ну мне-то можно сказать. По-родственному. Я ведь тебе не конкурент.

– Десять от сделки. И поверь, я их отрабатываю по полной.

– Неплохо. Только отдает тухлятиной.

– Это еще почему?

– Потому что ты врешь, – неожиданно заявил Шило. – Никогда не поверю в такое счастливое стечение обстоятельств. Некто решил избавиться от недвижимости как раз там, куда ты направлялась. И в тот момент, когда ты должна была здесь появиться. На твоем месте я бы насторожился.

– На твоем месте я бы постаралась заработать на новый прикид, а не ходить в этом старье, – огрызнулась Маш. – Если хочешь знать, у этого человека были рекомендации от нескольких моих старых клиентов, которым я безусловно доверяю. Это раз. Во-вторых, он неплохо знал нашу покойную бабку. И она его – соответственно.

– Теперь мы не можем этого проверить. Старуха умерла.

– Мои клиенты, слава богу, живы. Я позвонила кое-кому из них и поинтересовалась. Все характеризуют его как в высшей степени солидного человека.

– А имя у этого человека есть?

– Дальше я буду общаться с тобой только в присутствии адвоката, – хихикнула Маш.

– Погоди, дойдет и до этого, – Шило, не дрогнув, вернул подачу.

– Не раньше, чем я накатаю на тебя телегу твоему начальству. Я умею выходить на нужных людей. И мало тебе не покажется, поверь.

– Ни секунды не сомневаюсь. Так что у нас с именем? Тоже коммерческая тайна?

– Точно.

– И где же он?

– Кто?

– Твой солидный человек. Вы же как-то попали в дом?

– Он позвонил, когда мы добрались до Ялты. Сказал, что задерживается, но постарается приехать к назначенному сроку.

– И какой срок был оговорен?

– Сегодня. В семь вечера. Но если он вдруг не появится в указанное время, я могу воспользоваться ключами, осмотреть дом и сделать предварительные прикидки. Потом он сообщил, где находятся ключи от калитки и от особняка. Вот и все.

– Они, конечно, были зарыты под розовым кустом.

– Не строй из себя идиота. Ключи в щитке у калитки. Если набрать нужную комбинацию цифр… как в камере хранения… щиток откроется. Вот и все. Искомая комбинация, я надеюсь, тебе не нужна?

– Оставь ее при себе, – вздохнул Шило. – Теперь остается только выяснить, оговаривалась ли заранее экскурсия в винный погреб?