Это знал только Бог - Лариса Соболева

– Кого напоминает? – подхватил Вячеслав.

– Боюсь ошибиться… Похожа на Терезу. Тереза рыжая, а здесь брюнетка с короткими волосами. Но очень похожа, как сестра или двойник.

– Это Ванесса Йенсен, – сказал Вячеслав. – Она же Тереза Чибис. У меня есть основания так утверждать. Идемте к Серафиму, теперь пусть он объяснит, как стал ее сыном.

Серафим лежал на кровати, Милы не было. Он поднялся навстречу гостям, Вячеслав улыбнулся:

– А Мила где?

– У матери в номере, – ответил Серафим, поправляя волосы.

– В таком случае, идемте к ним, чайку попьем.

– Что-то случилось? – полюбопытствовал Серафим по дороге к номеру.

– К счастью, больше ничего не случилось, – поспешил успокоить его Анатолий Тимофеевич.

Далила засуетилась, рассаживая гостей и предложив на выбор чай и кофе. По вызову Вячеслава примчался и Алик, отер платком пот с лица, попросил бутербродов, не смея Далилу назвать тещенькой при новом зяте.

Кое-как угомонились. Далила не сводила вопросительных глаз с Вячеслава, в ней проступило нечто жесткое и волевое; во взгляде, остановившемся на зяте, по-явилась едва уловимая неприязнь. Начал он тоже жестко:

– Хочу, чтоб все и всё услышали из первых уст. Серафим, кем вам доводилась Тереза?

Тот изобразил на лице непонимание, а Далила фыркнула:

– Здрасьте! Вы как будто с неба упали…

– Слушай молча, – мягко оборвал ее Игорь.

– Только не утверждайте, что она ваша мать, – не обратил никакого внимания на них Вячеслав. – Так кто она вам? Сестра, давнишняя подруга, любовница? Думаю, любовница. Только любовники способны договориться и пойти на отчаянный шаг.

– Вы несете ахинею, – сказал Серафим с обидой.

– А вы, наверное, детективчики не читаете, поэтому кое-чего не знаете, – подал голос Анатолий Тимофеевич. – Возраст потерпевшего сейчас определить несложно. Терезе было не больше тридцати семи лет, во всяком случае, до сорока – это точно. Таким образом, вы не можете являться ее сыном. Все понятно?

– Не будем доказывать очевидное. – Вячеслав поднялся, встал за кресло и положил на спинку руки. – Тереза уехала в Штаты под чужим именем, но там не так-то просто эмигранту добиться успехов. Она представилась датчанкой, видимо, здесь наследила и не хотела притащить «хвост» из России.

– Это теперь мы проверим, – пообещал следователь.

– Дания – страна маленькая, – продолжил Вячеслав, – датчан в Америке немного, поэтому нелегко определить по акценту точное происхождение человека. Расчетливо поступила. Тереза работала, а перспектив не светило. И вдруг ее порекомендовали Линдеру, она взялась за поиски вашей матери, Далила. Думаю, не ошибусь, если скажу: она нашла Веру. Встретилась с ней, но не сказала, откуда прибыла, кто ее прислал. Зато выяснила, что у мистера Линдера есть дочь и внучка, которые думают, что он погиб. У нее созрел план: подсунуть Линдеру сына, на крайние меры идти она не собиралась, ведь правды никто не узнал бы. Нашла подходящего сынка, привезла в Америку с фальшивыми документами, надеясь на русское «авось проскочит». Не проскочило. Генетический анализ показал, что Линдер-сын никакого отношения не имеет к Линдеру-папе. Полагаю, Линдер-сынок должен был жениться на благодетельнице. Учитывая просчет, она придумала новый план и взяла в соучастники Серафима.

– Это неправда, – промямлила Мила. – Мама, ты слышишь?

– Отстань! – отмахнулась от дочери Далила.

– Да, я прошу не перебивать меня, – строго сказал Миле и Вячеслав. – Вы еще не то услышите. Итак, подумайте, как получить огромное состояние мистера Линдера?

– Убить его? – предположил Игорь.

– Это потом, – ухмыльнулся Вячеслав. – А как войти в его дом на законных основаниях? Отвечаю: нужен тот, кто по всем показателям подойдет. Он должен быть ближайшим родственником, у которого ДНК совпадет с данными Линдера. И нужен тот, кто никогда не скажет правду, а это, господа, РЕБЕНОК! Разве не гениальный план?

– Фу-х! – не выдержал Алик. – Я все равно ни хрена не понимаю.

– А что тут понимать! – Вячеславу не стоялось на месте, он прохаживался, сунув руки в карманы брюк. – Одно дело – Линдер-сынок, другое дело – правнук, которого родила внучка. Серафим ловко берет в оборот Милу, он ухаживает за ней, как в кино. Постоянно на концертах, оставляет цветы и так далее. Мила спеклась, вышла за него замуж, забеременела. И когда она должна была вот-вот родить, пошел шквал покушений на Далилу.

– Почему на меня? – спросила Далила.

– Есть несколько причин, – ответил Вячеслав. – Первая: никоим образом не должна возникнуть на горизонте Далила как первейшая наследница мистера Линдера. Вторая: сломить Милу, живая она тоже не нужна. Погибла мать, якобы умер ребенок, а там и самоубийство на почве сильнейшего стресса убедительно. Третья: наемникам Терезы следовало попасть в вашу квартиру, Далила, и взять… фотографии Линдера и вашей матери! Если повезет – найти серьгу, оставленную им вашей матери в момент расставания. Это же доказательства, на которых погорела Тереза с «сыночком». Где были фотографии?

Вячеслав указал на снимки, Далила ответила:

– У меня на работе, на столе стояли. Папиных всего две, маминых много. А я не обратила внимания, может, и взяли кое-какие мамины фотографии.

– Вот, даже вы не обратили внимания на это. А серьгу носите на груди вместе с крестиком. Помните, убийца в вагоне на миг прекратил вас бить, когда обнажилась грудь? Он увидел сережку, хотел снять ее, но вы оказались очень проворной, погасили сигарету о его глаз. Они не нашли ни сережки, ни фото Линдера, когда переворошили вашу квартиру, даже книги! Кстати, фотографии тоже валялись на полу, как вы говорили.

– Точно, валялись, – подтвердил Игорь.

– Думаю, умная Тереза приказала им ничего не брать. Сами посудите: в квартире погром, а все цело. Есть бывшие муж и свекровь, если б Далила якобы случайно погибла, то, придя в квартиру, они обнаружили бы, что пропало из вещей, например, из той же шкатулки. В этом случае искали б грабителей, а так выглядело бы, что Далила сама устроила беспорядок в поисках какой-то вещи и уехала к дочери, не убрав. А если б унесли только фотографии, никто этого не заметил бы, что и подтвердила Далила. Тереза выкачала много денег из вашего отца, он щедрый человек, поверьте. На эти деньги открыла магазины, чтоб еще и зарабатывать, ведь денег понадобилось очень много. Все продумывалось до мелочей, сбоя не должно было случиться. Но случился сбой… два сбоя!

– Подожди. – Алик туго соображал. – Выходит, ребенок жив?

– Об этом потом. Первый сбой: когда Далилу убивали-убивали, а она никак не хотела отправляться на кладбище. Второй – когда Мила обнаружила, что мертвый ребенок не ее, а этого не должно было случиться. Однажды ее пробовали сбросить с моста, убийца потому и не наносил ударов, чтоб выглядело как самоубийство. Что она к тому времени была неадекватна, подтвердили бы врачи роддома, ведь Мила создала им массу проблем.