Хранитель вод - Чарльз Мартин

Я правил на юго-запад. Прошла минута. Другая. Скопившаяся на палубе вода уходила из лодки через шпигаты, но не слишком быстро. «Китобой» дал большую осадку, и мотор, погрузившись слишком глубоко в воду, дымил и па́рил, но работал исправно. Вскоре я повернул еще немного западнее, чтобы ветер дул точно в корму, рассчитывая использовать крышу консоли вместо паруса. Скорость действительно немного увеличилась, и «Китобой» запрыгал по гребням волн.

Потеря Солдата причинила мне боль, и я вымещал свой гнев и досаду на лодке.

Минут через десять, описав широкую дугу, я пересек половину залива. Вдали показались огни на мосту Кард-Саунд, но черной яхты нигде не было. Мне предстояло выбирать между мостом и пристанью Блэк Пойнт. Капитан яхты мог пойти либо туда, либо сюда, но какой путь он предпочтет, я не знал, хоть монетку бросай. Впрочем, я подозревал, что, имея в своем распоряжении две тысячи «лошадей», капитан предпочтет проскочить под мостом, чтобы поскорее выйти в спокойную воду Барнс-Саунд, а там повернуть на запад и идти в Мексиканский залив. Правда, чтобы попасть туда, ему пришлось бы искать проход между отмелями, но я догадывался, что, скорее всего, капитан черной яхты либо передаст свой драгоценный груз подельникам в Ки-Уэст, либо пересадит девушек на борт более крупного судна прямо посреди залива.

В общем, я выбрал путь под мостом. Несмотря на то что мы заправились только вчера, топливомер на консоли показывал, что бензина осталось всего ничего – примерно десятая часть от объема бака. Должно быть, я истратил слишком много топлива, когда на полном газу пытался сражаться с волнами.

Вода из лодки полностью ушла, но погода и не думала улучшаться – волны швыряли «Китобой» из стороны в сторону, словно банановую кожуру. Минут пять свирепой качки, и спасенную девушку вырвало на палубу – прямо мне под ноги. Потом еще раз и еще… К счастью, каждый раз перехлестывавшая через планширь волна смывала рвоту. Это повторялось снова и снова, пока в желудке у девушки еще что-то оставалось. Потом она просто стояла на коленях на палубе и время от времени вздрагивала, крепко вцепившись руками в поручень.

То, что при нормальных условиях заняло бы минут двадцать, длилось почти вдвое дольше. Когда лодка наконец вошла в глубокую тень под мостом, мои руки то и дело сводило судорогой. Девушка уже не стояла на коленях, а лежала на палубе плашмя и, держась за мои ноги, жалобно вскрикивала. К счастью, за мостом почти сразу стало тише – теперь от ветра нас закрывал Ки-Ларго. Мы прошли какую-нибудь четверть мили, но яростно скачущие волны улеглись, уступив место легкому волнению, которое тоже скоро успокоилось, и поверхность воды сделалась гладкой, как стекло. Я включил нейтральную передачу, зажег подсветку и помог девушке подняться на ноги. Должно быть, с ней случилось что-то вроде истерики: она почти не контролировала свои эмоции, кричала, плакала и бешено размахивала руками в воздухе.

Я перехватил ее запястья, обнял за плечи и прижал к себе.

– Успокойся, все хорошо… Все в порядке… Ты в безопасности. Я не причиню тебе вреда.

Так прошло несколько минут. В конце концов девушка снова оказалась способна адекватно воспринимать окружающую обстановку. Кажется, она мне поверила и… разразилась бурными рыданиями, которые перешли в невнятный шепот, прерываемый громкими всхлипами. Она буквально повисла на мне, и я усадил ее на диванчик, убрал с лица мокрые волосы и сказал:

– Я знаю, что ты очень испугалась, но все же постарайся вспомнить, куда направлялась яхта, на которую вы садились?

Она затрясла головой.

– Ты точно ничего не можешь мне сказать? Может, ты что-то слышала, какие-то намеки?

Девушка еще раз качнула головой, и я оставил ее в покое. Мы шли уже на последних каплях горючего, и я направил «Китобой» в защищенную гавань с заправкой на северной оконечности Ки-Ларго. Тут же на берегу стоял небольшой ресторанчик с мексиканской кухней. Пока девушка сидела в лодке и плакала, я наполнил бак и некоторое время разглядывал горизонт в поисках ходовых огней черной яхты. Выглядывал я и Солдата, но, по правде сказать, без особой надежды. До того места, где его смыло за борт, было миль семь или даже больше. Плюс шторм, плюс течение… Нет, Солдат пропал навсегда.

О том, что́ я скажу Клею, я старался не думать.

Дальше я двигался вдоль берега. Вскоре вдали завиднелись освещенные окна верхних этажей отеля, где я оставил своих спутников. Закутав девушку в махровое полотенце, я поднял «Китобоя» на глиссирование и преодолел оставшиеся несколько миль за пару минут, но вместо того, чтобы двигаться к причалу, номер которого назвал мне дежурный администратор в отеле, я слегка отклонился на юго-восток и направил «Китобоя» к пляжу. Время приближалось к четырем утра, поэтому на пляже никого не было. Фонари еще горели, но все шезлонги были пусты. За исключением одного.

Я направил лодку на мелководье, заглушил и поднял мотор. Через несколько секунд нос «Китобоя» мягко ткнулся в песок.

Летта встала с шезлонга, вытерла глаза и пошла к нам. Увидев, что я вытаскиваю из лодки обмякшее тело, она ускорила шаг и даже забежала в воду, но, увидев, что это не Энжел, помогла мне усадить девушку на ближайшее кресло.

Девушка была блондинкой и обладала внешностью, типичной для участниц танцевальных групп поддержки. Я бы сказал, она была студенткой колледжа не старше второго курса. Из одежды на ней были только футболка и коротко обрезанные шорты, надетые поверх купальника, – по-видимому, ее захватили где-то на берегу или на пляже, куда она пришла, чтобы искупаться. На первый взгляд девушка нисколько не пострадала, если не считать сильного потрясения и психической травмы, от которых она, скорее всего, оправится еще не скоро.

Как только девушка перестала всхлипывать, я опустился перед ней на колени и сказал:

– Расскажи мне, что с тобой случилось, да поскорее. Это может быть важно!

Летта тронула меня за плечо.

– А куда девался Солдат?

Я отрицательно качнул головой, и она тихо ахнула, прижав ладонь к губам.

Тем временем я повторил свой вопрос, но девушка была не в состоянии говорить, и я взял ее за руку. Некоторое время спустя она немного успокоилась и посмотрела на нас почти осмысленно. Дождавшись, когда наши взгляды встретились, я снова спросил:

– Ты знаешь других девушек?

Она отрицательно покачала головой.

– Откуда они? С твоего курса? Из женского студенческого общества?

Девушка снова тряхнула головой.

– Нет. Мы все… откликнулись на объявление модельного агентства. Фотосессия. Сначала на пляже, потом – на яхте. Тем, кого выберут, обещали по пятьсот долларов. В конце концов отобрали десятерых, посадили в маленькую лодку – даже меньше, чем ваша, – и отвезли в этот дом на сваях.