Растерзанное сердце - Питер Робинсон

— Бог ты мой, ну и вонища! — простонал Темплтон.

— Это же ферма, — объяснила Уинсом.

— Ну да, я знаю. Слушай, я буду задавать вопросы, ладно? А ты понаблюдай за отцом, идет? — Темплтон подпрыгивал на одной ноге у дверей, пытаясь счистить хоть немного грязи со своих лучших спортивных туфель.

— Вон скребок, — произнесла Уинсом.

— Что?

Она показала:

— Такая штука с приподнятым металлическим краем, вон она стоит у двери. Это чтобы отчищать грязь с подошвы.

— Век живи — век учись, — пропыхтел Темплтон, пытаясь задействовать скребок. — Интересно, что эти хитроумные фермеры придумают дальше?

— Ну, скребок-то придумали еще их прапрадедушки, — заметила Уинсом.

— Это была ирония, Уинсом.

— Ясно, сэр.

Невдалеке заливался лаем пес, готовый растерзать чужих; к счастью, он был посажен на цепь, прикрепленную к столбу.

Темплтон глянул на Уинсом:

— А вот тебе лучше попридержать иронию. Не думай, что я не уловил твой тон. Тебя устраивает предложение суперши о том, как мы должны это разыграть?

— Вполне.

Темплтон прищурился:

— Должен ли я понять это так, что ты…

Не успел он договорить, как дверь распахнулась; на пороге стоял Келвин Сомс.

— А, опять эти самые, — проворчал он. — И чего вы на этот раз хотите?

— Мы пришли, чтобы прояснить парочку вопросов, мистер Сомс, — ответил Темплтон, сияя своей самой ослепительной улыбкой и протягивая руку. Сомс проигнорировал ее. — Ваша дочь дома?

Сомс хмыкнул.

— Ничего, если мы войдем?

— Ноги вытирайте.

С этими словами он повернулся и исчез в полумраке, предоставив их самим себе.

После дальнейшего вытирания ног — на этот раз с помощью щетинистого половика — они проследовали в прихожую и услышали, как Сомс зовет: «Келли! К тебе».

Девушка спустилась по лестнице и, когда она увидела Темплтона и Уинсом, стоящих в коридоре, на ее лице отразилось явное разочарование.

— Вы проходите, — пригласила она и повела их на кухню, освещенную ненамного ярче прихожей и пахнущую крахмалом и перезрелыми бананами. Черная с белым кошка лениво заворочалась, спрыгнула с кресла и бочком выбралась из помещения.

Все уселись на крепко сколоченные стулья, расставленные вокруг стола. Келвин Сомс пробурчал что-то насчет работы и направился было к двери, но Темплтон остановил его:

— Это касается и вас, мистер Сомс. Пожалуйста, садитесь.

Сомс помедлил, но сел.

— Да в чем дело-то? — спросила Келли. — Я уже все рассказала…

— Тут вот что, — заговорил Темплтон. — Мы же, знаете, недоверчивые сыщики, мы не сразу принимаем то, что лежит на поверхности, то, что видно с первого взгляда. Тут, знаете, как с первым впечатлением, оно часто оказывается ошибочным. Можно чашку чаю?

— Поставлю чайник, — ответила Келли.

У нее отличная фигура, подумал Темплтон, глядя, как девушка направляется к горелке, чуть-чуть покачивая бедрами, туго затянутыми в джинсы. Гибкая талия, в пупке — яркая сережка, отчетливо выделяющаяся на бледной коже. Светлые волосы зачесаны назад и завязаны, но несколько прядок избежали этой участи и обрамляли ее бледное овальное лицо. Груди соблазнительно шевелились под короткой желтой майкой, и Темплтон заключил, что лифчика на ней нет. Повезло этому парню, Барберу, подумал Темплтон. Если последним, что он сделал на этом свете, был трах с Келли Сомс, тогда, похоже, он прожил не самую плохую жизнь. Темплтон начал прикидывать: может быть, когда они совсем-совсем покончат с этой историей, ему и самому представится шанс.

Когда чай был приготовлен и подан, Уинсом вынула записную книжку, и Темплтон откинулся на спинку стула.

— Хорошо, — произнес он. — Итак, вы, мистер Сомс, вернулись сюда в пятницу около семи часов вечера. Верно?

— Ну да, верно, — буркнул Сомс.

— Чтобы проверить, выключили ли вы газовую конфорку?

— Иногда она, это, так слабо горит, — ответил он, — сквозняк чуть подует — она и потухнет. Пару раз, бывало, приду домой, чую — пахнет газом. Решил, лучше, это, проверить, живу-то я не больно далеко от «Кросс киз».

— На машине около пяти минут в одну сторону, верно?

— Ну да, вроде того.

— А вы, мисс Сомс, работали в «Кросс киз» весь вечер, так?

Келли прикусила ноготь большого пальца и кивнула.

— Как долго вы там работаете?

— Года два уже. Тут у нас больше-то заняться толком нечем.

— Думали о том, чтобы перебраться в большой город?

Келли глянула на отца и ответила:

— Нет.

— А «Кросс киз» — славное местечко для работы, правда?

— Нормальное.

— Подходящее, чтобы встречаться с парнями?

— Не пойму, о чем вы.

— Ладно вам, Келли. Вы барменша. Вы там встречаете массу парней, с вами наверняка часто заговаривают, вы же такая миленькая.

Она покраснела, и по ее лицу скользнуло подобие улыбки, Темплтон это заметил. Может, ему все-таки выпадет шанс. Что касается Келвина Сомса, то он наморщил лоб так, что глубокие борозды пролегли до самой переносицы.

— Они жалуются вам на свои неприятности? — продолжал Темплтон. — О том, как жены не понимают их, о том, как их не ценят на работе?

Келли пожала плечами.

— Иногда, — ответила она. — Когда тихо.

— Как вы развлекаетесь?

— Да не знаю. Гуляю с друзьями, всякое такое.

— А куда вы ходите? Молодой девушке тут и отправиться-то некуда, верно?

— Можно и в Иствейл пойти.

— Ах да. Конечно же вам нравится проводить субботние вечера в Иствейле с местными парнями, слушать их сальные шуточки, вам нравится, когда они вас смешат до чертиков и убалтывают где-нибудь на рыночной площади. Наверное, такой девушке, как вы, хочется чего-то еще, большего? Ведь так?

— Иногда танцы бывают, группы приезжают, — поведала Келли.

— Кто вам нравится?

— Да не знаю.

— Ну ладно вам, у вас же наверняка есть любимая группа.

Она поерзала в кресле:

— Нет, правда не знаю. Может, «Кин».

— Ах, «Кин». — Темплтон понимающе кивнул. — Ник Барбер серьезно увлекался всякими группами, верно?

Лицо Келли застыло и напряглось.

— Он говорил, ему нравится музыка.

— А он не говорил, что может вас провести на все самые лучшие концерты в Лондоне?