Девятый камень - Кайли Фицпатрик

Вскоре в гостиную вошел Говинда, одетый в свою обычную тунику, узкие брюки и мягкие кожаные туфли. Кроме того, на нем был широкий кожаный пояс — в Бенаресе я ни разу не видела, чтобы он его носил, — с которого свисали длинные, изукрашенные самоцветами ножны. Из ножен торчала рукоять то ли ножа, то ли меча. Я не знаю, узнал ли он инспектора Джерарда — его лицо сохраняло обычную невозмутимость, — но он поклонился и приветствовал нас обоих. Джерард не стал тратить время на любезности и светские разговоры. Я постараюсь максимально точно воспроизвести их беседу.

„Возможно, вы помните, что мы уже встречались прежде, мистер Говинда, после смерти леди Синтии Герберт“, — начал Джерард.

Говинда не стал ничего отвечать, а лишь слегка склонил голову. Я внимательно наблюдала за Джерардом, но он, как и Говинда, сохранял полнейшее спокойствие.

„В то время мы расследовали исчезновение ювелирного изделия из разноцветных бриллиантов, которое, насколько я понял, являлось собственностью махараджи Бенареса“.

Говинда молча слушал.

„Верны ли мои сведения, сэр, о том, что вы отвечали за сохранность бриллиантов махараджи и должны были помочь леди Герберт выполнить желание махараджи и заказать у английского ювелира бриллиантовый амулет?“

Говинда едва заметно кивнул: „Это правда“.

„Тогда могу ли я у вас спросить, имели ли вы какое-то отношение к смертям Херберта Пейси, Джошуа Финкельштейна и вашего соплеменника, известного нам под именем Викрам?“

Лицо Говинды сохраняло полнейшую безмятежность, когда он ответил: „Сожалею, но я ничем не могу помочь в вашем расследовании“.

Если Джерарда и разочаровал ответ Говинды, он не подал вида и задал тот же вопрос в другой форме. В свою очередь Говинда повторил, что не может сообщить ничего нового. Последовавшее за этим молчание можно было бы назвать комичным, если бы речь не шла о трех нераскрытых убийствах. Они молча смотрели друг на друга до тех пор, пока Джерард не понял, что ему лучше уйти, он находился на территории Говинды и больше ничего не мог узнать. Естественно, инспектор решил, что я последую за ним. Однако я предложила ему встретиться в кафе, где подавали горячий шоколад, возле вокзала Паддингтон, поскольку хотела воспользоваться случаем, чтобы задать несколько вопросов о махарадже, его жене и Сарасвати. Я видела, что Джерарду совсем не хочется оставлять меня наедине с подозреваемым, и не сомневалась, что он будет наблюдать за резиденцией. Джерард заверил, что подождет меня в кафе, после чего вежливо поклонился и ушел, проявив профессионализм — впрочем, другого я от него и не ждала.

Я предложила Говинде прогуляться по Гайд-парку, ведь всякий человек, посетивший Лондон, должен видеть английскую природу и ее обитателей в естественной среде. Кроме того, должна признаться, мне становилось немного не по себе, когда я находилась наедине с Говиндой, ведь все, кроме меня, считали, что он способен на убийство.

Я всегда любила Гайд-парк, там возникает ощущение, будто ты находишься на природе — о чем позаботились Садоводческое и Орнитологическое общества, — к тому же здесь можно повстречать коз, овец и коров. Меня до сих пор поражает, что в самом центре Лондона я могу купить стакан парного молока. Интересно, что думает о Гайд-парке Говинда, размышляла я, пока мимо нас проходили леди из Белгрейвии[53]в своих безупречных нарядах. Казалось, он оставался совершенно равнодушным, хотя все головы поворачивались в нашу сторону. Я спросила его о махарадже и махарани, и он передал от них наилучшие пожелания, а также добавил, что Сарасвати все еще пребывает в мрачном настроении.

Наконец, когда мы почти полностью обошли вокруг Серпантина, я остановилась возле кромки воды.

„Мистер Говинда…“ — начала я, но замолчала, не в силах продолжать.

„Да, мисс Сара“, — откликнулся он.

„Мистер Говинда, известно ли вам, что полиция сумела отыскать ученика ювелира Финкельштейна и сняла с него показания?“

„Нет, я этого не знал“.

Я уверена, что мои слова вывели Говинду из состояния равновесия, его глаза слегка сузились. Теперь, когда я начала, нужно было продолжать.

„Сэр, известно ли вам, где находятся бриллианты махараджи?“

„А вам, мисс Сара?“

И он одарил меня очень странным взглядом.

В тот момент я подумала, что подозрения инспектора Ларка и Джерарда относительно Говинды могут оказаться верными.

Позднее, когда мы с инспектором Джерардом сидели в кафе, я попыталась вспомнить последовательность событий, которые произошли потом. Я спокойно стояла возле воды, а в следующее мгновение уже падала в озеро, а рука Говинды оказалась возле моей груди, однако я не могла с уверенностью утверждать, явился ли он причиной моего падения или, наоборот, пытался меня удержать. Вот что в результате произошло: я поднялась на ноги, сильно замочив платье в грязной воде, а Говинда протянул мне руку. Должна признаться, что я приняла ее лишь после некоторых колебаний. Пока я стояла и дрожала рядом с ним, оказалось, что он держит в руке Ваш кулон, оторвавшийся от цепочки, когда он пытался меня подхватить. Я сумела поблагодарить его — все-таки мне удалось сохранить свое сокровище. Говинда смотрел на кулон с очевидным отвращением, и я вдруг вспомнила, что у индуистов, которые сжигают своих покойников, такой кулон, украшенный волосами мертвеца, должен вызывать протест.

„Вы позволите мне починить ваше украшение?“ — сказал Говинда после небольшой паузы.

„Я бы предпочла с ним не расставаться. У меня есть другая цепочка, на которую я могу его повесить“.

„Но мне кажется, что замочек сломался и вы можете его потерять“.

„Благодарю вас, — ответила я, — но я сама об этом позабочусь“.

Я протянула руку, и он отдал мне кулон. И мне вдруг показалось, что Говинда может раскрыть мне глаза относительно еще одной загадки.

„Как вы думаете, сэр, действительно ли махараджа спрятал кулон в раме?“

Говинда нахмурился и, как всегда, уклонился от прямого ответа:

„Могу лишь сказать, мисс Сара, что махараджа был… очень им увлечен“.

„Я так и думала!“ — воскликнула я, однако у меня вдруг возник вопрос, Лили, а знали ли Вы?..

Но тогда мне хотелось поторопиться, чтобы успеть сменить мокрое платье и успеть на встречу с Джерардом.

Когда я прощалась с таинственным Говиндой, он сказал:

„Мисс Сара, вам грозит опасность, и вы даже не представляете, насколько она серьезна“.

И теперь я пребываю в сомнениях. Быть может, инспектор Джерард прав относительно Говинды, поскольку позднее, в кафе, он вновь выказал беспокойство о моей безопасности. Однако сам он полагает, что угроза исходит от Говинды.

От всего сердца,