Девять жизней черной кошки - Лариса Соболева

Следователь: «Сколько раз звонили?»

Женщина: «Кажется, три. Да-да, три».

Следователь: «Кто походил к телефону?»

Женщина: «У нас второй телефон в спальне. Первый и второй раз сняла трубку я, а третий раз муж».

Следователь: «Вам что-нибудь говорили?»

Женщина: «Нет, молчали».

Следователь: «А с мужем разговаривали?»

Женщина: «Он что-то говорил, но не помню, что… Возмутился. Потом сказал, что это хулиганы, и выдернул шнур».

– Надеюсь, голос своей жены ты узнал? – спросил Андрей.

Науменко молчал, однако стал серым, выступивший на его лбу пот был красноречивее признаний.

Бубулин внезапно поднялся, подошел к Киру и с презрением сказал:

– Если б можно было вызвать тебя на дуэль, я бы с удовольствием… Подонок! Ведь это тебя ждала Лариса, просила меня уйти, потому что через час должен был прийти ты. Андрей, я вспомнил фразу Ларисы. Только сейчас вспомнил. Когда я был у нее, она сказала: «Кириешки казались сладкими, а оказались ядовитыми. Ничего, через час я со всем разберусь». В прошлом году она называла Кириешкой Науменко. Я не обратил внимания на ее слова, потому что состояние Ларисы меня беспокоило больше, чем ее слова, она вообще вела себя в тот день странно.

Науменко вскочил, но Бубулин взял его за плечо и властно посадил на стул. Кир разом обмяк, словно из него вылетел дух, стал жалким и слабым.

– Ну, вот и все, – вздохнул Андрей. – Скажи, почему ты ее убил?

– Я ее не убивал, – промямлил Науменко, повесив голову.

– И Аллу убил ты, – добивал его Андрей.

– Что? Как? Алла убита? Где, когда? – загалдели гости. Злодей найден, и на него теперь можно обрушить негодование, ведь в результате нападений на Черкесова они тоже порядком пострадали.

– Убита, – подтвердил Андрей. – Кир убил ее. Он испугался после ночного звонка Аллы, что она сдаст его, и убил.

– И Аллу я не убивал, – едва вымолвил Кир. – Не знаю, кто ее убил. Я приехал к ней… а она уже была…

– Ладно, лично мне остальное неинтересно, – махнул рукой Андрей и выпил. – Финита ля комедия, господа, вы свободны. Ребята! Заходите.

Вошли двое крепких парней, охранявшие вход в банкетный зал, за ними следователь. На руки Науменко надели наручники, повели под конвоем к выходу. В зале остались Андрей, Назар, Гриша, Черкесов и следователь. Виктор Васильевич уселся на стул.

– Ну, ребята, спасибо, – сказал он. – Правда, в деле еще много неясностей, но все остальное уже в процессе следствия выяснится. Кстати, трупа Аллы нет.

– Только не говорите, что труп встал и ушел, – насторожился Назар. – Я в такие легенды не верю.

– И никто не верит, – вздохнул Валерий Васильевич. – Квартира так и оставалась открытой, но трупа не было. Из улик, подтверждающих, что произошло кровопролитие, мы нашли только следы крови на ковре и в ванной комнате. Образцы в лаборатории.

– Допросите Науменко, – подсказал Андрей. – Он наверняка знает, где труп. Днем труп не вынесешь, только ночью. Они же нечто подобное и собирались сделать, когда устроили нападение на Черкесова в квартире Аллы.

– Еще раз спасибо, – сказал следователь, попрощался и ушел.

– Столько вкусной еды осталось… – посетовал Гриша. – Я возьму для Лизы и Веронички?

– Бери, куркуль, – хихикнул Назар. – Андрюха, смотри, отобьет он у тебя Лизу.

– Болтун, – буркнул Гриша, сгребая с тарелок все, что осталось нетронутым. – Ребята, а что-то Васьки давно не слышно. Он хоть жив? Где он? Ого, когда только успел налакаться…

Черкесов спал в кресле. Его подхватили под руки Назар и Андрей.

– Что такое? – пробормотал сонно Черкесов. – Прошу не кантовать. Я в норме. Где сволочь? Я ему хочу заехать в глаз. И в рожу. И в…

– Василий Романович, ты нажрался как свинья, – сказал Назар.

– Свинью не оскорбляй, – произнес Андрей, надевая на Черкесова дубленку и шапку. – Слушайте, а нас ведь с этим трупом в гостиницу не пустят…

– Где убийца? Где он? И кто он? – разорялся очнувшийся Черкесов.

– Слышь, Андрюха, – закатился от смеха Назар, – а он так и не знает, кто его…