Ловкость рук - Филипп Марголин

Тела убитых обнаружил назавтра в полдень Артур Ливак. У полиции ушел целый день на выяснение того, кем являлся Брюнель. Жена сообщила им, после того как увидела снимок в вечерней газете. Официальная версия сводилась к тому, что Брюнеля наняла супруга какого-то любвеобильного, склонного к адюльтерам господина, и сыщик застукал его с Айрин. Муж убил Брюнеля, а также единственного свидетеля, Айрин, а потом сбежал. Наверное, пока я прятался в каморке в коридоре.

У меня была своя версия, и она пугала просто до тошноты. Проблема заключалась в том, что я должен был доказать, а затем сам же опровергнуть ее. Не мог же я раскрыть свою роль в этом происшествии ровно до тех пор, пока не назову им убийцу. Но все же я набрался смелости и набрал номер Харви Карча — то было первое имя в списке. Работал он в юридической конторе.

— Мистер Карч? — начал я.

— Да, слушаю.

— Айрин Уайт мертва, и снимки у меня.

В трубке повисло молчание. Затем снова раздался его голос:

— Боюсь, я не знаю, кто такая Айрин Уайт.

— Просто вы знали ее под другим именем. Но это нисколько не влияет на тот факт, что снимки у меня.

— Понимаю. Так сколько же вы хотите?

— Ни единого пенни, мистер Карч. Мне нужна информация. Скажите, вас шантажировали?

— Да.

— Читали утренние газеты?

— Да.

— Вас шантажировала та самая девушка, верно?

Он ответил не сразу. Заговорил после паузы:

— Не уверен, что хочу продолжать этот разговор.

— Не думаю, что у вас есть выбор. Вы или поговорите со мной прямо сейчас, или же будете говорить позже в полиции. Из вас получится просто прекрасный главный подозреваемый, и даже если вам удастся доказать свою невиновность, карьере конец.

— Ладно. Да, это та самая девушка. Должно быть, постоянно занималась вымогательством. Примерно год тому назад мы с женой подумывали о разводе. Я познакомился с ней в баре. Мы провели ночь у нее в квартире. А неделю спустя она позвонила мне домой. Сказала, что просит за снимки и негативы десять тысяч долларов, и ни центом меньше. Все деньги сразу. Я заплатил. Она отдала всё, как обещала. С тех пор ничего о ней не слышал и не знаю.

— Благодарю вас, мистер Карч. Снимки вышлю вам почтой, завтра же. И еще одно. Где вас снимали?

Он ответил, что в квартире, в большом жилом доме. Я сразу понял, что это «Бэлморал».

— И еще имя. Вы говорили, Айрин, как там ее дальше? Это меня и смутило. Я знал ее под именем Эйлин Стюарт.

Остальные четверо поведали примерно такую же историю. Вся выплата сразу, другое имя. Таким образом, мне оставалось разобраться лишь с мистером Майлзом Дж. Брэдфордом, единственным человеком, снимка которого не было; единственным человеком, чье имя значилось только в списке Брюнеля, но не у Айрин. Брэдфорд, скорее всего, и есть убийца. Должно быть, его жена наняла детектива, чтоб тот следил за Брэдфордом, подозревала, что у него интрижка на стороне. И вот Брюнель застукал их на квартире у Айрин, и тогда Брэдфорд убил обоих.

Но как это доказать?

Я долго размышлял — и все-таки придумал план. Мне нужны были стопроцентные доказательства того, что именно Брэдфорд был убийцей, иначе в полицию соваться не стоило. Мне также был нужен человек, не только способный подтвердить мою версию, но и стать моим свидетелем. Если план сработает, у меня будет и то, и другое.

— Мистер Ливак, вы меня помните?

С минуту Ливак смотрел на меня из-под кустистых бровей. А потом вдруг заулыбался.

— А, вы тот парень с помятым бампером, верно? У меня хорошая память на лица.

Но выражение его лица тотчас изменилось, теперь он смотрел печально.

— Просто ужасно! Слышали, что произошло с той красивой девушкой? Какая трагедия!

Ливак удрученно покачал головой. Он был так искренен в своих переживаниях. И я решил, что доверять ему можно. Да и потом, выбора у меня все равно не было.

— Давайте войдем, мистер Ливак. Мне надо обсудить с вами одну очень важную вещь.

Ливак оглядел прихожую с таким видом, словно только сейчас понял, что держит меня на пороге.

— Да, да, входите. Присаживайтесь. Может, вас чаем угостить?

— Нет, спасибо.

Я вошел и уселся на старый зеленый диван. То было типичное жилище одинокого мужчины, закоренелого холостяка.

— Мистер Ливак, думаю, вам можно доверять. Я попал в крайне неприятную ситуацию, и только вы можете мне помочь.

— Я? Но как именно?

— Я не сказал вам всей правды, ну, когда пришел в первый раз поговорить об Айрин.

— Не сказали?

— Дело в том, мистер Ливак, что я знаю, кто убил Айрин и мужчину, который с ней был. Я прятался в чулане уборщицы, в коридоре, когда ее убивали.

— Тогда вы, должно быть, видели, как выходил убийца?

— В том-то и дело, что нет, — ответил я.

А затем рассказал ему все, что думал об этом ужасном происшествии. Он оказался внимательным и благодарным слушателем, то и дело кивал, и время от времени прищелкивал языком.

— Вот почему я думаю, что именно Брэдфорд убил Айрин и Брюнеля. Уверен, он должен был стать следующей жертвой. Возможно, она посещала именно его занятия, чтоб познакомиться поближе.

Ливак откинулся на спинку кресла.

— Поразительно! Убийство и шантаж в одном флаконе… Словно в телевизионный сериал попал. Но что мы можем сделать, чтобы вытащить вас из этой передряги?

— Мы можем доказать, что Брэдфорд и есть убийца. В тот день, когда Айрин убили, она заходила в квартиру под номером 10F, и кто-то — скорее всего, убийца — открыл ей дверь. А это означает, что у него были ключи… Я предлагаю позвонить Брэдфорду, который заходил в 10F, и сказать ему, что мы знаем об убийствах. Скажу, что хочу встретиться с ним там. А потом мы придем заранее и будем ждать его внутри, запрем дверь на замок. Если Брэдфорд отопрет дверь, значит, он и есть убийца, а ключ — тому доказательство.

Ливак поднялся и положил мне руку на плечо.

— Вы храбрый молодой человек, и я готов вам помочь. Думаю, не стоит, чтобы нас видели вместе. Пойду туда первым, убедиться, что полиции рядом нет. Ну, а вы зайдете чуть позже.

Я выждал пять минут, затем проследовал за Ливаком в квартиру. Полиции видно не было, дверь была распахнута настежь. Ливак ждал меня в спальне.

— Прямо дрожь пробирает от всей этой обстановки, — заметил я.

— Надо же, такая славная девушка! Должно быть, то был шок — увидеть ее здесь в таком состоянии.

Сцена вновь всплыла у меня перед глазами, и я содрогнулся.

— Интересно, где же он прятался? — заметил я.