Кремлевская пуля - Алексей Макеев

– Бомж убит для отвода глаз, – заявил тот. – Настоящая и единственная жертва – второй человек, пока еще не опознанный нами. Все мотивы там.

– Ты это серьезно? – буквально по слогам спросил удивленный генерал. – Стас, это правда? Вы сюда не развлекаться пришли? Такое заявление не просто серьезное. Оно ведь кардинально меняет направление розыска.

Крячко с довольным видом покосился на Гурова и промолчал. Лев Иванович сидел, глядел в пол и сосредоточенно барабанил по подлокотнику пальцами правой руки. Сыщик очень терпеливо ждал, когда закончатся бессмысленные вопросы, основанные на одних только эмоциях, и он сможет продолжать изложение своих логических постулатов.

– Сотрясать воздух больше не будешь? – осведомился Лев Иванович. – Тогда я продолжу. Законченного алкоголика Павла Литвиненко убийца умышленно искал в пределах примерно пятидесятикилометровой зоны будущего преступления, придуманной им. По его мнению, такая географическая локализация заставит нас отслеживать его в заведомо ложном месте. Помнишь, Станислав, я еще в самом начале сказал, что преступник убивал и прятал трупы далеко от собственного жилья? Теперь я знаю, от какого географического объекта он отталкивался. Точнее, сразу от двух. Это места работы и жительства жертвы. Возможны некоторые вариации в виде посещения салона красоты или сауны.

– Парикмахерская, возле которой нашли второй труп? – спросил Орлов.

– Ни в коем случае. Это дешевое заведение, эконом-класс, а педикюр на ногах убитого от хорошего мастера из элитного, престижного салона. Таким вот образом преступник умышленно формировал в нашем сознании ареал убийства. Он сначала спланировал второе злодейство, а потом стал подгонять под эти условия первое, отвлекающее. Наш герой нашел кандидатуру Литвиненко, возможно, не единственную, и только после этого убийства совершил то, ради которого все и замышлялось.

Орлов потер подбородок и заявил:

– Понимаешь, Лев Иванович, если ты прав, а я думаю, что так оно и есть, то убийца должен как минимум подбросить нам третий труп. Причем именно в юго-восточном Подмосковье.

– Правильно, – не выдержал Крячко. – В этом направлении от Москвы. Снова какой-то бомж или алкаш.

Орлов посмотрел на Крячко, потом согласно кивнул и заявил:

– Ну да. Тогда получается, что головы и кистей рук второго убитого мы не найдем никогда.

– А у третьего найдем, – заверил Крячко. – Примерно так же, как и в первом случае.

– Наверное, – снова согласился Орлов, поднялся с дивана и прошелся по кабинету, потирая ладонью затылок. – Значит, у нас банальное убийство, умело замаскированное под деяния психически больного человека. Стало быть, нам надо ждать и иных выходок этого профессионала. Например, надкушенной печени. И все это будет блефом. Единственная возможность предотвратить и прекратить такое – установить-таки личность второго убитого, разработать его окружение и найти мотив убийства. Параллельно отыскать в его окружении человека с теми характеристиками, которые ты, Лев Иванович, мне только что расписал. Все просто. – Орлов усмехнулся. – Осталось только начать и кончить.

– Да, рутина. – Крячко вздохнул. – Но эта версия, по крайней мере, вводит нас в привычное русло розыска. Теперь мы, особо не заморачиваясь, привлекаем максимум личного состава оперативных служб и работаем. Нам придется проверять всех ранее судимых спецназовцев, хирургов и мясников.

– Да, это обязательно, – подтвердил Гуров. – Надо кого-то сажать на базу данных.

Крепкий мужчина в черной куртке сбежал по ступеням и двинулся по аллее. Здесь было светло, за этим участком бульвара ухаживали исправно, ведь он вел к гипермаркету. Мужчина поднял воротник куртки, поежился и неторопливо двинулся в противоположную сторону. Сегодня ему в гипермаркет было не нужно. Он почти каждый день заходил туда по пути с работы, потому что после девяти вечера там было меньше покупателей.

Сегодня надо было закончить с одним делом, с этим проклятым звонком. И как он его нашел? Черт бы побрал этого ханурика, алкаша! Человека, который пропил совесть, работу, а теперь опустился еще ниже. С этим надо было что-то делать, потому что дальше все пойдет только хуже.

– А вот и я! – раздался сбоку неприятный хриплый голос.

Такие бывают у сильно и давно пьющих людей.

Мужчина в черной куртке остановился и повернулся в темноту. Из-за дерева вышел низенький, сгорбленный человек в каком-то нелепом плаще, вязаной шапочке и стоптанных зимних ботинках.

– Пришел, значит, – с удовлетворением сказал мужчина в плаще. – Хорошо, ты не забываешь меня.

– Как ты меня нашел? – стараясь скрыть злость, спросил человек в куртке и подошел вплотную к собеседнику.

– А чего же тут сложного? – Мужчина в плаще хрипло рассмеялся и громко закашлялся. – Какие проблемы? Фамилию я твою знаю, имя-отчество тоже. Связи кое-какие остались, так что через справочную найти тебя не трудно. А телефон…

– Так ты и адрес мой знаешь?

– Я же говорю, что все как положено.

– Молодец, что не додумался прийти ко мне домой, – машинально буркнул человек в куртке и огляделся по сторонам.

– А что? Дома-то небось молодая жена? Не любит таких визитеров, как я? Да, опустился, запил. Слушай, я ведь по делу к тебе пришел, а не о здоровье справляться.

– Что ты хочешь?

– Давай сядем на лавочку, поговорим, – вдруг заныл человек в плаще. – Что мы торчим тут, как три тополя на Плющихе? Мы ведь не чужие друг другу.

Человек в куртке угрюмо посмотрел на лавку и неторопливо подошел к ней. Садиться ему не хотелось, потому что лавка была наверняка сырой. Осень, дожди льют, почти не переставая. Вон даже асфальт не просыхает, а тут деревянная лавка. Он подумал, потом все же сел, стараясь, чтобы под ним оказалась пола куртки.

Человек в плаще с готовностью устроился рядом вполоборота и заговорил громким шепотом:

– Слушай, помоги! Мне деньги нужны.

– Опять? Брось пить, устройся на работу.

– Да какая работа! Ты же видишь, что у меня руки трясутся, как у паралитика. А я ведь!.. – человек обреченно махнул рукой.

– Ты при своей специальности на пенсию вышел раньше других. Она ведь у тебя не маленькая. Какого лешего тебе еще надо?!

– А ты не ори на меня, – вдруг разозлился человек в плаще. – Забыл, что ты мне по гроб обязан?

– Я тебе заплатил столько, сколько ты попросил, – жестко ответил человек в куртке. – Я выполнил свое, ты – свое. В прошлом году ты снова пришел. Я ведь пожалел тебя и помог, хотя не обязан был этого делать. Мы в расчете.

– Ты так думаешь, да? – Человек в плаще нехорошо хмыкнул. – Считаешь, сунул бабки и отвязался? По-твоему, это все вот таких денег стоит?

– Так, – задумчиво пробормотал человек в куртке. – Значит, ты не отстанешь и будешь меня шантажировать всю оставшуюся жизнь.