Не соблазняй меня - Джулия Ортолон

— Класивая! — заявила Лорен Джеки, дотрагиваясь до своего отделанного оборками персикового платьица.

— Да, солнышко, — согласилась Джеки. — Ты очень красивая. Тортик хочешь?

— Торт!

— На, возьми. — Джеки положила кусок торта на тарелочку, протянутую ей Вивиан, и посмотрела в лицо тетке Эйдриана. — А как мы сегодня: едим или на диете?

— Едим, — кивнула женщина. — У меня только один племянник, и я не собираюсь омрачать диетой день его свадьбы. Кроме того, я официально уволилась с Бродвея.

— Заслуженный отдых вам, по-моему, пойдет на пользу, — высказала свое мнение Джеки. Последние четыре месяца они не видели Вивиан, но после телефонных разговоров с ней Эйдриан уверял, будто никогда еще у его тетки не было такого счастливого голоса.

— Заслуженный отдых и замужество, — сказала Вивиан, улыбаясь своему новоиспеченному супругу. Они с Карлом уехали и тайно поженились в Мэриленде, когда он отправился за ней в погоню в Нью-Йорк. — Кстати, Карла пригласили поработать у берегов Гренады, так что, похоже, не только вы с Эйдрианом отправляетесь на острова. Если доберетесь до Сент-Джорджеса, непременно навестите нас.

Эйдриан вопросительно взглянул на Джеки.

— Мы можем отклониться от курса на юг?

— Можно попробовать, — ответила она. Карл тоже протянул свою тарелку.

— Но тогда имей в виду: я могу привлечь тебя к работе.

— В таком случае мы обязательно приедем. — отрезала ему кусок торта, дивясь про себя такому странному повороту судьбы — этот человек теперь стал ее дядей. Прежде чем Карл отошел, она коснулась жемчужного кулона. — Я еще не имела возможности лично поблагодарить вас за то, что вы замолвили за нас словечко перед властями штата.

— Не стоит благодарности. Я рад, что они согласились разрешить вам оставить его у себя.

— Я тоже, — отозвалась Джеки, думая, как бессильны любые слова передать то, что она и Эйдриан со своими близкими чувствовали в тот день, когда появилась радостная новость. Правда, этот день был лишь одним из целой чреды благословенных дней, которая последовала за тем, как она нашла пороховницу.

К молодоженам вереницей подходили гости, а Джеки между тем все вспоминала счастливые повороты своей судьбы.

Следуя совету Скотта, они с Эйдрианом наняли журналиста, который знал свое дело, и вскоре угол освещения событий в средствах массовой информации изменился на сто восемьдесят градусов. Передача «Доброе утро, Америка» обратилась к ним, желая услышать от них продолжение истории. К тому времени они уже дали много интервью, и Джеки, ободряемая Эйдрианом, после бесконечных тренировок все же научилась свободно держаться перед камерой. Их постоянные шутливые, добродушные подтрунивания друг над другом подали руководству телекомпании идею включить и Джеки в кулинарное шоу. Первые эпизоды после двух месяцев съемок только-только начали выходить в эфир, а передача уже обещала стать уникальным сочетанием кулинарного шоу, комедии и романтического сериала.

Никогда, даже в самых своих смелых мечтах, Джеки и представить себя не могла одной из ведущих кулинарной передачи, материально обеспеченной женщиной, в теплом кругу близких и друзей. Она обводила взглядом зал, где яблоку негде было упасть от несметного количества людей, и думала о том, какое важное место многие из них заняли в ее жизни всего-навсего за какие-то несколько месяцев: съемочная бригада, побросавшая свое оборудование и направившаяся к свадебному буфету; Скотт с Чан-сом, о чем-то болтающие с матросами Джеки, Рори с Элли, беседовавшие в дальнем углу с волонтерами исторического общества.

Невзирая на страшную занятость, Джеки как могла оказывала помощь в создании новой музейной экспозиции. Эта работа позволила ей ощутить себя полноправным членом общества, о чем раньше она и помыслить не могла. Совершенно особым стал для нее день открытия экспозиции. Джеки наблюдала, как люди осматривали точную копию каюты капитана Кингсли, узнавая правду о его героических и благородных поступках.

— Ну, как ты? — спросил Эйдриан через час.

— Держусь, — ответила Джеки. Он слегка обнял ее за талию. — Я рада всему этому, однако не перестаю считать минуты до того момента, когда можно будет, наконец, сбросить с себя этот наряд.

— У меня те же мысли, — улыбнулся Эйдриан.

Когда, наконец, пришло время отправляться в путь, гости выстроились на лужайке вдоль дороги, ведущей вниз к пирсу. Джеки в развевающейся прозрачной фате и с ней Эйдриан, под дождем из крупы, сыпавшейся на них со всех сторон, ринулись со всех ног к кораблю. Чтобы запечатлеть их отплытие на пленку, на причале была установлена камера, второй оператор должен был отправиться в путешествие вместе с ними в составе экипажа и снимать основные эпизоды путешествия для будущих передач.

Пока отчаливала шхуна, Джеки с Эйдрианом подошли к кормовому лееру на квартердеке, чтобы помахать гостям на прощание рукой.

Лучи заходящего солнца окрашивали небо, начали распускаться и заполняться ветром новенькие паруса — целые ярды девственно белой парусины без единого пятнышка или заплатки.

Запрокинув голову, Джеки вообразила, как все это будет выглядеть на экране — как сказка, воплотившаяся в жизнь. Ее сердце затрепетало от счастья, и она крепко обняла Эйдриана.

— Спасибо тебе.

— За что?

Джеки немного отстранилась, чтобы видеть его лицо.

— Ты научил меня верить в то, что порой мечты сбываются.