Механический рай - Александр Трапезников

Драгуров побледнел. Не выпуская из руки терафим, другой рукой он схватил со стола металлическую игрушку и направился к Колычеву. Ему хотелось размозжить негодяю голову, но в этот момент в комнату вбежали Галя и Герасим. Оба выглядели испуганными и тяжело дышали.

Никто еще не успел опомниться, как послышались чьи-то торопливые шаркающие шаги и противный скрипучий голос. На пороге комнаты появился безумный старик. Остановившись, он оглядел всех подслеповатыми красными глазками, и Драгуров узнал своего заказчика, который неделю назад принес металлическую игрушку. Лицо старика как-то странно изменилось, будто его окунули в кислоту, а потом нарумянили. Что-то шамкая, старик посмотрел на куклу в руке Владислава, потянулся к ней, но, сделав пару шагов, передумал. Продолжая бормотать, он задвигался, будто пританцовывал. Заметив Геру, направился к нему и опять остановился.

— Это твоя дочь, — сказал Колычев, показав пальцем на Снежану, которая, казалось, уснула, сидя в кресле.

Старик обрадованно закивал головой, но тут же с беспокойством принялся оглядываться, точно искал что-то.

— Дочь? — с недоумением переспросил Драгуров.

— Ну да, — отозвался Колычев. — И дочь, и внучка… И жена. Она, должно быть, поведала вам свою семейную тайну? Ее зовут не только Снежана, но и Селена.

— Я ничего не знал!

— Теперь это уже не имеет значения. Она умерла. — Алексей наклонился, заглянул девушке в лицо, выпрямился и с усмешкой посмотрел на Геру. — Старик разыскал своего сына. Отдайте кому-нибудь из них терафим. Лучше — младшему. Мне он не нужен.

Сумасшедший быстро закивал и, протянув руку, направился к Драгурову.

— Вот он, — произнес Владислав, разжимая ладонь. Искрящийся блеск завораживал, притягивал взгляды. — Обычный камень. Но, может быть, в нем скоплено ничуть не больше зла и порока, чем в поклоняющихся ему. Человек сам выбирает свой путь, пора бы об этом знать.

— Не делайте этого! — предупредил Колычев. Но Драгуров уже подошел к окну, разбил стекло кулаком и, замахнувшись, с силой бросил кристалл.

Старик завопил и полез на подоконник. Никто его не удерживал. Карина потрясение молчала. Владислав подошел к дочери и обнял ее.

— Смотрите, смотрите! — закричал Герасим.

Старик, ранясь об осколки, свешивался все ниже и ниже и вдруг исчез…

Колычев захохотал, стискивая пальцы.

Будто в ответ ему раздался гром, сотрясая стены. В разбитое окно летел поднятый ветром мусор, смешанный с градом, в небе продолжали сверкать молнии. Ураган уже надвинулся на Москву. Срывая с крыш листы железа, ломая деревья, как спички, переворачивая гаражи-ракушки и сбивая с ног не успевших спрятаться запоздалых прохожих. Эпицентр разбушевавшейся стихии находился где-то рядом. Дом напротив уже был объят пламенем. Казалось, стонет сама земля.

— Скорее вниз, в подвал! — закричал Драгуров. Он схватил растерявшихся Карину и дочь за руки и потащил их к двери. За спиной он слышал безудержный хохот человека с соломенными волосами. Куда делся Гера, Владислав уже не видел. Надо было успеть спастись.