Черная вдова - Анатолий Безуглов

Хозяин вышел, Ярцев — за ним. Феликс секунду поколебался, куда зайти, и наконец произнёс:

— Теперь посмотрим «Фин-люкс».

Эта комната была чуть побольше. Десятка полтора человек, тоже в основном молодёжь, затаив дыхание, наблюдали за жутким зрелищем на цветном экране телевизора.

Глеб в первую секунду даже не понял, что там происходило. А когда разобрался, тошнотворный комок подступил к горлу.

Руки людоеда с длинными загнутыми ногтями погрузились в разверстый человеческий живот. Крупные планы сменялись один за другим — хищный оскал клыкастого рта с куском кровоточащего мяса. Безумные глаза… Кровь, стекающая по подбородку…

Глеб невольно сделал шаг назад и, очнувшись в коридоре, перевёл дух.

— Как машина? — спросил Феликс, вышедший за ним. — Нравится? Последняя модель.

— Хорошая система, — стараясь не выдать своего состояния, согласился Ярцев. — Что за лента?

— Американская. «Белая богиня каннибалов».

Он прижался к стене, пропуская парочку: мужчину лет пятидесяти и совсем ещё молоденькую девушку. Парочка исчезла в одной из дверей.

В третьей комнате было только двое зрителей — мужчина лет сорока и женщина лет тридцати. Сидели на диване, слившись в поцелуе. Когда хозяин заглянул к ним, они спокойно оторвались друг от друга.

— Пардон, — извинился Феликс и хотел ретироваться.

— Заходи, заходи, — добродушно сказала женщина.

— Буквально на минуту, — сказал Феликс, приглашая Глеба.

Тот робко зашёл. А когда глянул на экран, то невольно отвёл глаза. Под томную музыку на роскошной кровати две совершенно обнажённые девицы предавались недвусмысленным ласкам.

Хорошо, что в комнате стоял полумрак и смущения Глеба никто не заметил.

Пахло кофе, и он подумал, что тут, вероятно, отдыхают по второму классу.

Выходя, Феликс многозначительно показал гостям на дверную задвижку.

— Система «Грюндиг», — пояснил он Ярцеву. — Фильм «Мелодии любви».

И он потащил Глеба в следующую комнату. Здесь не было никого. Видеосистемы — тоже.

— Моя конура, — сказал Феликс.

Небольшой письменный стол, рабочее кресло, уютная тахта с полосатым (под тигра) пледом, вдоль одной стены — полки с книгами, вдоль другой — стеллажи с видеокассетами. Их было куда больше, чем книг.

— Вот проспекты, — Феликс взял с полки стопку красочных брошюрок и протянул Глебу. — Характеристика видеосистем, инструкция, как пользоваться…

— Для меня это тёмный лес, — усмехнулся Ярцев, листая глянцевитые листы; тут же был русский перевод, отпечатанный на машинке. — Я доверяю тебе, шеф.

— Лично я посоветовал бы «Панасоник», — сказал Феликс, польщённый словом «шеф». — Кстати, посмотришь систему с Викой. Ты какие фильмы предпочитаешь? — Он обвёл рукой свою видеотеку.

— На твой вкус.

— Та-ак, — протянул хозяин, не зная, что выбрать. — У меня более тысячи кассет. Вот, например, «Кладбище ужасов». Про банду врачей, которые используют больных для своих опытов… Или «Элита убийц»… Как?

— Нет, давай что-нибудь повеселее, — сказал Глеб, вспомнив кошмарный фильм о каннибалах.

— Тогда, может, «Сексконцерт»? По названию видно, о чем речь.

— Сойдёт, — кивнул Ярцев.

— А вот ещё одна забавная штука! — Феликс достал кассету. — Концерт французского театра «голубых».

— Кого? — не понял Глеб.

— Гомосексуалистов, — как ни в чем не бывало пояснил хозяин. — Ещё рекомендую «Жеребца» и «Суку», это, я считаю, самые балдежные фильмы. Англичане умеют подать секс!

— Хорошо, — кивнул Ярцев. — А кассеты с фильмами продашь?

— Ну не будешь же ты на своей системе смотреть «Чапаева»! — засмеялся Феликс. — Вот список, выбирай. — Он протянул Ярцеву несколько листков с машинописным текстом.

Цена за видеокассету колебалась от ста пятидесяти до трехсот рублей.

— Названия мне ничего не говорят. — Глеб возвратил список хозяину. — Подбери, пожалуйста, сам с десяток.

— О'кей! — обрадовался Феликс. — Если эти понравятся, — он показал на отобранные для просмотра кассеты, — я их тоже включу.

— Когда платить? — поинтересовался Ярцев. — И когда можно забрать?

— Вика говорила, что ты завтра уезжаешь?

— Да, — кивнул Глеб. — Поздно вечером.

— Погоди, — Феликс записал в блокнот номер поезда, вагона и время отправления. — Доставлю прямо на вокзал, в упакованном виде. А башли дашь, когда будешь уходить сегодня.

Глеб на какой-то миг растерялся: сумма большая и отдать её заранее…

— Я не навязываюсь, — холодно произнёс Феликс, от которого не ускользнуло замешательство клиента.

— Не-ет, шеф, все в порядке! — поспешил заверить его Ярцев. — Просто может возникнуть ситуация, что я буду вынужден сдать билет… Одно дело горит, очень важное для меня.

— Ну что же, — спокойно сказал хозяин, — тогда позвонишь мне и скажешь, куда привезти товар.

— Договорились.

— Ну а за отдых и прочее рассчитаешься с Людой, — закончил деловую часть хозяин, ставший снова приветливым и доброжелательным.

Им отвели уютную обставленную комнату, предназначения которой Ярцев так и не понял. Тут была мягкая мебель, журнальный столик, большой аквариум с подсветкой. На стене висело несколько старинных ружей и кавказские кинжалы в ножнах, отделанных чеканкой. В углу стоял бар с холодильником.

Глеба, естественно, заинтересовала видеосистема. Экран телевизора был такой же, как у отечественных «Рубинов», но сам приёмник значительно компактней. А вот видеоприставка оказалась плоским ящичком, размером с том Советской энциклопедии. Устройство же дистанционного управления и вовсе было не больше пачки сигарет.

Феликс объяснил, как пользоваться аппаратурой. Впрочем, Вербицкая отлично знала, как с ней обращаться. Хозяин ушёл, пожелав хорошего отдыха. Потом Людочка принесла кофе и тоже удалилась.

За окном горел закат, позолотив чехарду московских крыш. В просветах между ними проскакивали жучки-автомобили, муравьями копошились человеческие фигурки. И в виду этой людской суеты квартира Феликса и то, чем здесь занимаются, показались Ярцеву фантасмагорией, странной реальностью, пока ещё не укладывающейся в его сознании.

Все, что обычно стыдливо скрывается, прячется от глаз и слуха, здесь выставлялось напоказ, было предметом привычной купли-продажи. Предчувствуя, какое предстоит увидеть зрелище, Глеб терялся, не зная, как себя вести. Ну ещё одному, например, или в мужской компании — куда ни шло, а тут с молодой женщиной наедине…

— Что будем пить? — спросила Виктория, открыв бар.