Метро до Африки - Дарья Донцова

– Понимаешь, – с тяжелым вздохом ответила Лёка, – доктора немогут лечить таких, как ее муж, я хотела уберечь Светлану от совсем уж ужаснойжизни. Супруг умрет, а она очутится на улице.

Юля закивала. Она была в курсе многих дел, в том числе зналапро подвал, вход в который вел из буфета. Кто и зачем оборудовал укрытие,Юлечка не интересовалась, но, когда к Леокадии приходили клиенты, девочкачастенько спускалась в бетонный мешок и ждала своего часа. Через некотороевремя Лёка незаметно для посетителя открывала дверь (у убежища имелся крупныйнедостаток – вход в него закрывался автоматически, едва нога ступала на пол, иосвободить человека, находящегося в укрытии, можно было только снаружи).Услыхав тихий скрип, Юля выходила и замирала посередине комнаты. В гостиноймерцала одна свеча, спрятанный на подоконнике вентилятор колыхал белуюночнушку, в которую была облачена Юля, Леокадия заводила речь («медиум» вещалапо необходимости то мужским, то женским голосом). Некоторые оченьвпечатлительные клиенты падали в обморок…

– Лёка с детства ловко имитировала чужую речь, об этом мнесказала Марфа, – шепнула я Дегтяреву.

– Это кто? – тихо спросил полковник.

Я махнула рукой:

– Потом, не мешай слушать!

Полина не обращала на нас внимания. Было ощущение, чтовызволенная узница впала в гипнотический транс – она покачивалась из стороны всторону, прижав к груди стиснутые кулаки, и вещала ровным, монотонным голосом…

Юле нравилось помогать людям, и она знала, что постороннимничего о сеансах рассказывать нельзя. Леокадия с заработанных денег всегдахотела сделать девочке подарок, но все рубли у нее отнимал Андрон. Чем старшестановилась Юля, тем меньше нравился ей родной отец. При чужих он был вежлив, ана самом деле жадный, грубый, жестокий, настоящий хам и мерзавец.

Шли годы, Андрон становился все нетерпимее, он частоустраивал Леокадии скандалы, обвинял ее во всех неприятностях и неудачах, асамое главное – постоянно упрекал в отсутствии денег. Андрон, кстати, приносилв дом копейки (он служил декоратором в театре, расписывал задники, рисовал накартоне замки, деревья, всякие интерьеры для спектаклей), но не забывал парураз в неделю заявить супруге:

– Если бы не ты, я сумел бы создать великую картину. У меняталанта на пять Леонардо да Винчи! Только быт заел, ребенок есть хочет, и ты нашее сидишь.

Леокадия никогда не спорила с Андроном. Наверное, ей былонеприятно слышать несправедливые упреки, но она не хотела раздувать скандал.Лишь один раз она потеряла самообладание и крикнула:

– Я работаю на износ, руки трястись начали! Все для тебясделала, родную дочь вон из дома вышвырнула, и что взамен?

Андрон ударил жену по лицу и заорал:

– Кто из тебя великую пророчицу сделал? Забыла? А насчетдевчонки… Сама была рада от нее избавиться. Кто постоянно ныл, что она слишкомна отца своего похожа и поэтому вызывает у тебя тошноту?

Когда он ушел, Юля подбежала к рыдающей мачехе и сказала:

– Не плачь! Хочешь, я разобью свою копилку и куплю тебеторт?

Леокадия обняла девочку.

– Не надо, прости меня, нервы не выдержали. Наверное, ястарею.

– О какой девочке говорил папа? – спросила Юля.

Лёка покрепче прижала к себе падчерицу.

– Не помнишь? Хотя вы же очень мало общались… У меня быладочь, ее пришлось отправить жить в деревню. Она родилась очень больная, моглаумереть в городе. Больше ни о чем не спрашивай. Потом как-нибудь расскажу тебе,не сейчас.

– Получается, я про тебя не все знаю! – наивно воскликнулаЮля.

Лёка усмехнулась:

– И хорошо. Лучше не рыться в прошлом близких, иногда можноужасное узнать!

Вот таким странным человеком была Леокадия: с одной стороны,вроде мошенница, зарабатывающая липовыми предсказаниями, с другой – искреннехотевшая помогать людям женщина; мать, бросившая своего ребенка, и мачеха,ставшая для падчерицы лучшим другом и опорой; безоглядно любящая мужа жена,готовая ради него на любой подвиг, и порой ненавидящая Андрона. В Леокадии какбы уживались два человека. Наверное, в душе у нее не было покоя и гармонии, новнешне Лёка держалась безупречно, производила впечатление счастливой женщины.

Потом случилась неприятность – на Андрона, который служил ужены менеджером, подыскивал клиентов, наехал некто Олег Тверской, богатыйчеловек, общавшийся с криминальными кругами. Случилась беда, когда Юлязаканчивала школу. Она пришла домой после занятий и застала Андрона с синякамина лице, в разгромленной кухне. На все вопросы испуганной девочки отец рявкал:

– Отстань! Я упал!

Но она не поверила папе. Вокруг валялись поломанныетабуретки, разбитая посуда и осколки телефонного аппарата.

Когда домой пришла Лёка, Андрон налетел на нее с воплем:

– Дура!

Юля, как всегда, юркнула в туалет, из которого быловеликолепно слышно, что происходит в кухоньке, и стала незримым свидетелембеседы родителей.

Оказывается, жена Олега Лариса повадилась чуть ли не каждыйдень бегать к Лёке, чтобы поговорить со своей умершей мамой. Леокадия несчитала Лару вип-клиенткой, поэтому Юля в действе не участвовала (посколькуТверская приходила в первой половине дня, когда Юля была в школе, девочканичего не знала об этой клиентке).

Олег сначала заподозрил жену в измене. Ну как же, супругачерез день куда-то укатывает, потом возвращается страшно счастливая, а скредитки испаряются немалые деньги. Решив расправиться с Ларисой, Олег приказалсвоей службе безопасности выяснить адрес и все данные бойфренда женушки. Бывшиефээсбешники не подвели. Через некоторое время доложили хозяину:

– Она ездит на Кирсарскую улицу, но не на любовные свидания.Она общается с прорицательницей, та вызывает дух ее матери.

Олег возмутился и нагрянул к Андрону (по счастью, Лёки вквартире не оказалось). Разборка была короткой – парни Тверского поломалимебель на кухне, приложили Андрона мордой о подоконник, и Олег сказал:

– Сваливай из Москвы. Сам прослежу, чтоб ты убрался прочь.Сегодня мы тебя просто предупредили, пыль с ушей сдули. Если не послушаешься,получишь по полной.

Андрон перепугался до смерти, и через пару дней они сЛеокадией уехали в Подмосковье. Избавлению Юли от отца предшествовал дикийскандал. Андрон велел дочери собирать вещи, но девочка уперлась.