Без срока давности - Нора Робертс

— Да, пока недостаточно. Продолжить поиск.

Ева прослушала сообщение от Харво.

«Привет, Даллас! Сорок девять образцов — прямо именины сердца! Специально задержусь в лаборатории, чтобы с ними поиграть. Уже опознала по ДНК трех — легче легкого. Данные и фотографии во вложении. Остальных буду посылать по мере поступления.

Харво, Королева В. и В.».

Ева быстро открыла отчет. Новые имена. Три женщины. Возраст — пятьдесят два, тридцать четыре и двадцать три.

Она позвонила в лабораторию. Экран заполнило нечто вроде моря расплавленной лавы. Потом Харво повернулась, и Ева поняла, что это не стихийное бедствие, а ее прическа.

— Привет, Даллас! Как нельзя более вовремя. Только что опознала еще одну. Работаю в алфавитном порядке. Результаты решила отправлять группами.

— Харво, ты моя лучшая подруга.

— Круто! Давай напьемся вместе и закадрим какого-нибудь бодибилдера.

— Потом. У тебя должен быть образец с подписью «Грейс».

— Дай посмотрю… Да, два образца с подписью «Грейс». Брюнетка, на вид натуральная, и рыжая, крашеная.

— Мне нужен образец, взятый между 2035-м и 2043-м. Если можешь проанализировать оба, перезвони, как только получишь результаты. У меня есть подозреваемая — Грейс Картер Блейк, — и мне нужно подтверждение. Ты меня очень обяжешь.

— Все сделаю.

Харво повернулась к какой-то странной машине, и крошечное зеленое колечко в центре ее левой брови блеснуло.

— И не могла бы ты проверить образец с подписью «Элси»? Мне нужна Элси Ли Аддерман.

— Конечно, дружище.

— Обеих проверь сегодня, если сможешь. И еще одну — эту можно завтра — самую первую.

— Придется остановить несколько поисковых операций, но не вопрос. Или могу определить на глаз. Результат не стопроцентный, но я же королева волос и волокон. Отберу вручную пять-шесть наиболее ранних образцов и проведу анализ.

— Делай как знаешь. Когда выяснишь имя первой жертвы, сообщи. Нужно тебе мое влияние, чтобы не было проблем с начальством?

— Даллас! — Харво нарисовала в воздухе круг и ткнула себя пальцем в грудь: — Я же королева! Дикарь никогда не ставит действия королевы под сомнение. Ой, я так понимаю, мы имеем дело с жертвами изнасилования, и не хочу показаться легкомысленной. Но если я начинаю задумываться, это мешает работать.

— Харво, работай, как привыкла. Главное, получить результаты.

— Результаты я получу и отправлю тебе.

— Спасибо. Как называются эти волосы? В смысле, которые у тебя на голове.

Харво расплылась в улыбке.

— Моя королевская корона!

— Угу. Вообще-то я про цвет.

— «Поток лавы». Пикантный, правда?

— Да уж, определенно пикантный. Будем на связи.

Отчет можно обновить и попозже, решила Ева, забрала банку с остатками пепси и пошла проведать Рорка.

Рорк показал ей свой личный кабинет и незарегистрированное оборудование еще на ранней стадии отношений. В знак доверия, решила она. А еще он добавил ее в список тех немногих, кто имел туда доступ.

Ева прижала ладонь к сканеру. Когда дверь открылась, она увидела Рорка — волосы собраны в хвост, пиджак снят, рукава закатаны до локтей. На большом C-образном командном центре светились многочисленные кнопки, а за широкими тонированными окнами — огни Нью-Йорка: на город уже опустилась ночь.

Одной рукой Рорк водил по сенсорному экрану, другой — печатал на клавиатуре. Он на минуту оторвался от работы и посмотрел на Еву.

— Щеки у тебя немного порозовели. А судя по взгляду, тебе повезло больше, чем мне.

— Вычислила неизвестных женщин с картины. Обеих. Молодая покончила с собой осенью прошлого года. Когда копнула немного глубже, выяснилось, что четыре остальные летали в пригород Колумбуса на панихиду. Харво проверяет, есть ли они в коллекции Бетца.

— Хорошо постаралась. Назови мне имя той, что жива, и я попробую что-нибудь разузнать.

— Грейс Картер Блейк. Юрист. Окончила Йельский. Около шести лет назад оставила высокооплачиваемую должность в адвокатской конторе, консультирующей крупные корпорации, где скоро должна была стать партнером. И что же дальше? Основала собственную маленькую фирму, которая специализируется на помощи жертвам изнасилования и женам, пострадавшим от насилия в семье. Кроме того, служит юрисконсультом в трех центрах помощи жертвам изнасилования.

— Да ты времени даром не теряла!

— Картинка складывается сама собой, но я по-прежнему не знаю, где Бетц, Истердей или женщины, которые мечтают их убить. У меня есть имена и адреса. Пошлю кого-нибудь домой и в офис к Блейк, но ее там не будет. Какое-то время она очень хорошо зарабатывала. Возможно, настолько хорошо, что скопила на дом, где можно устраивать пытки, не опасаясь полиции или соседей.

— Я проверю, но сначала тебе нужно поесть.

— Нужно. Живот бунтует и сообщает, что пуст. Чур никакого вонючего бульона. Что-нибудь такое, что можно есть за работой.

— Никакой пиццы.

— Так нечестно! Ни кофе, ни пиццы… это что, тюрьма?

— Тушеная курица с клецками.

Еве не хотелось уступать, но времени не было, к тому же…

— Люблю курицу с клецками.

— Знаю, и в автоповаре она есть. Почему бы тебе не заняться ужином, пока я запускаю следующий поиск?

— Мне нужно настроить пересылку сообщений, чтобы шли прямо сюда.

Рорк повернулся в сторону, поколдовал над блестящими кнопками.

— Готово. Можешь делать все, что необходимо, за дополнительным компьютером — в том числе есть.

Ева запрограммировала автоповар, добавив к курице бутылку вина — Рорк заслужил. Сама она, впрочем, пока предпочла бы воду или пепси. Поскольку Рорк был поглощен работой, она молча поставила перед ним тарелку и бокал с вином и повернулась к собственному компьютеру, который сигнализировал о получении входящего сообщения.

Отчет Рейнеке. Они с Дженкинсоном сделали все, как положено, хотя с самого начала было ясно, что это самоубийство. Ева прочла показания соседей, коллег, родственников, а также врача, прописавшего Элси снотворное.

Девушка страдала бессонницей. Обратилась к психотерапевту с жалобой на кошмары и посещала группу поддержки, потому что кошмары вызывали страх перед мужчинами, сексом, демонами, которые могут ее изнасиловать. Начала ходить в церковь.

Ева прочла копию предсмертной записки:

«Простите за боль, которую вам причиню. Я оказалась недостаточно сильной, недостаточно смелой и больше не могу выносить демонов — бороться с тем, что они сделали с моим сознанием, телом, душой. Я должна положить этому конец, а другого способа не знаю. Простите, что выбрала путь трусов. Я люблю свою семью и понимаю, что мой уход заставит вас страдать. Спасибо моим подругам, моим духовным сестрам за поддержку, понимание, за правду, которую они помогли мне открыть. Но правда слишком темна, слишком жестока, и я навсегда закрываю глаза — закрываю глаза, чтобы обрести покой. Мне легко от сознания того, что это в моей власти. Не горюйте слишком сильно или слишком долго, потому что я ухожу в лучший мир. Пусть эта мысль утешит вас так же, как утешает меня.