Девушка без недостатков - Наталия Левитина

– Безумно счастлив, что удалось хоть этим вас растормошить, – скукожился Валдаев. – Почему у нас нет карты?

– Саш, да никогда не было!

– Была!

– Не было! Несколько кварталов от дома до офиса я и без карты одолею. На Ачаккуль тоже дорога известна. За постом ГАИ налево и по прямой. А ты нас куда завез?

– Сусанин, – вставила Анн-Мари, демонстрируя глубочайшие познания русской истории.

– Завез, потому что на дороге ремонт.

– Ты свернул, а я думал, ты знаешь, куда ехать.

– Ты не слишком много думаешь в последнее время, Платон гималайский?

– Что ты психуешь, Саня?

– Весь салон пропах твоими котлетами!

– Ты невыносим, Валдаев! Включи кондиционер.

– Да ну вас всех!

Александр остановил машину и вылетел из нее, хлопнув дверцей, как беременная, которую внезапно укачало. Анн-Мари и Здоровякин посмотрели друг на друга, придали лицам уместное в данной ситуации выражение крайней озабоченности – да, они переживали за психическое здоровье драгоценного Сашули – и тоже покинули автомобиль.

– Красота-то какая! – воскликнула мадам Деманже. – Природа! Свежесть! Птичьи голоса!

– Восьмой час. Судя по времени, озеро где-то близко.

– Если мы не отклонились в сторону. Да, Ильюша?

– Да.

Валдаев вернулся из леса. Чем он занимался в чаще – неясно. Возможно, поливал растения, юный натуралист. Но настроение его несколько улучшилось. Тоже, наверное, нервничал из-за Поля Деманже. Как ни крути, за месяц они привыкли к резвой старушке, полюбили ее всем сердцем.

– В машину, тушканчики, – скомандовал он. – Вашу руку, мадам. Илья, пакуйся.

– Принимаю твои извинения, – кивнул Здоровякин.

– Там впереди самодельный указатель – «Ачаккуль, 3 км». Мы почти приехали, – обрадовал пассажиров Саша.

– Я не понял, – сказал Илья. – Указатель, что ли, стоит в лесу? Ты же прыгнул в лес, словно взбесившийся сайгак.

– Впереди – поворот. Я срезал угол. И обнаружил знак. Остается только надеяться, что человек, прикрепивший к елке этот указатель, не имеет склонности к остроумным розыгрышам.

– В смысле?

– В смысле, что до Ачаккуля действительно рукой подать, тупая ты инфузория!

Но близость объекта внезапно перестала быть столь явственной: мотор не желал заводиться. Валдаев напрасно дергал ключ, приглушенно матерился. Ответом была тишина.

– Приехали, черт!

Парни снова вылезли из «лендровера» и откинули капот. Все необходимые ингредиенты технического блюда были на месте, ничего из видимых деталей не отвалилось, не сгорело.

– Электроника отказала. Мать вашу капиталистическую!

– Проклятые буржуи, не умеют делать машины!

– Сморчки поганые! Безрукие уроды!

– Болваны узкоглазые! Кретины!

– Наконструировали, изобретатели хреновы!

– Корыто с компьютером! – Валдаев в сердцах пнул колесо джипа.

Безгласный, немного запылившийся, автомобиль громоздился посреди лесной дороги, таращился на хозяев хрустальными фарами и горько усмехался блестящим радиатором: надо же, буквально час назад он был любимым и обожаемым, его мыли шампунем на автомойке, подкармливали вкусным бензином, баловали дорогим маслом. А стоило слегка сломаться – и вот тебе на, «корыто»!

– Анн-Мари, выгружайтесь! Трамвай дальше не идет!

– А нельзя починить?

– Нельзя. Пойдем пешком.

– По этим ямам! Я же на каблуках!

Мадам, и в загородной поездке не изменившая привычке быть по-французски элегантной, показала ногу. Туфли из кожи питона мерцали туманной зеленью. На этой лесной дороге они смотрелись очень уместно.

– Вы на них, вообще, ходить-то можете? – почесал репу Здоровякин.

– Так, ползаю потихоньку.

– Тут бы пригодились ролики, – многозначительно посмотрел на друга Валдаев.

– Или мотоцикл, который ты уронил в баре, – молниеносно парировал Илья.

– Скотина конголезская!

– Упырь самарский!

– Обожаю, когда вы вот так мило пикируетесь, – сказала Анн-Мари. – Это бодрит. Метров десять я, конечно, одолею…

– Да что там, – махнул рукой Здоровякин. – Давайте-ка…

Мадам Деманже не успела сказать ни слова одобрения или протеста, как взмыла вверх, поднятая Ильей.

– Гениально, – оценил решение товарища Валдаев. – Вы сейчас смотритесь прямо как Бельмондо и Урсула Андрес.

– Если не считать, что я лет на пятьсот старше, чем она в том фильме. Как же он назывался?

– «Человек из Гонконга».

– Да. Ильюша, вам не тяжело?

– Что вы, Анн-Мари! Вы весите чуть больше моего сотового телефона!

– Я соблюдаю тибетскую диету.

– Угу, – подтвердил Валдаев. Он шел впереди, перекинув через плечо сумочку Анн-Мари, чтобы она не мешала Здоровякину. – Знаем мы вашу диету. Она состоит из сухого мартини и сигарет «Галуаз». Тибетские монахи страшно бы удивились…