Интеллидженсер - Лесли Силберт

НЬЮ-ЙОРК — 11 ЧАСОВ 01 МИНУТА ВЕЧЕРА. НАШИ ДНИ

— Никакого движения, сенатор, — сказал Макс в трубку Доновану Моргану.

Он проследил Кейт с военного аэродрома Нортхолт до неаполитанского международного аэропорта, а оттуда на Капри. С того момента она не перемещалась.

— Значит, он ее усыпил… либо физически лишил возможности двигаться, — отозвался Морган.

— Верно! — Про себя Макс молился, чтобы Морган оказался прав и де Толомеи ее еще не убил. — Слейд будет тут с минуты на минуту, сенатор. Я позвоню вам, как только что-нибудь узнаю.

— Благодарю вас.

Положив трубку, Макс в который раз прикинул, что скрывают от него Слейд и Морган. По какой-то причине оба они не сомневались, что Кейт нужна де Толомеи живой. Макс был бы рад разделить их уверенность.

И как же он допустил, чтобы все это произошло?

НЕАПОЛИТАНСКИЙ ЗАЛИВ — 5 ЧАСОВ 03 МИНУТЫ УТРА

Два скоростных глиссера «Зодиак» промчались на юг от Сорреитийского полуострова, оставив позади замирающую музыку диско и береговые огни. Вскоре перед ними вырисовался северный берег Капри.

Слева — ярко освещенная пристань Марина-Гранде. Их цель была дальше к западу. Несколько минут спустя они приблизились к дурно знаменитому Голубому фоту. Там уже ждал седой островитянин. Он помог привязать их суденышки, и восьмерка начала взбираться по шатким зигзагам лестницы на обрыв.

Разделившись на пары, Джереми Слейд и семь его подчиненных разными путями направились к дому Луки де Толомеи.

ВАШИНГТОН, ОКРУГ КОЛУМБИЯ — 11 ЧАСОВ 07 МИНУТ ВЕЧЕРА

Он узнал только когда было уже поздно.

Кейт более полугода говорила про своего друга-археолога. У него было уэльское имя, упомянула она. Рийс, потому что предки его матери, как и Донована Моргана, были уэльсцами.

Он еще никогда не видел свою дочь такой счастливой.

Морган должен был познакомиться с Рийсом в ближайший День Благодарения, но Рийсу пришлось уехать, чтобы завершить неотложные полевые розыски для предстоявшей ему презентации. Что-то связанное с древней письменностью.

И в тот же День Благодарения американский шпион с кодовой кличкой Ахерон был отправлен в Иорданию, чтобы обезвредить ячейку террористов, намеревавшихся наводнить газом нью-йоркскую подземку.

Морган не заметил совпадения. В Гарварде были тысячи молодых людей. Ему и в голову не приходила такая возможность. Агент Слейда вырос в Египте. Археолог Кейт был уэльсцем.

Затем пришло новогоднее приглашение. Кейт намеревалась погостить у семьи Хоури в Каире. Морган не понял.

«Разве я тебе не говорила? — спросила Кейт. — Отец Рийса — египтянин. Он вырос там. Сюда приехал в аспирантуру».

Какими были шансы, вероятность?

Морган попытался воспрепятствовать, убедить Кейт, что она еще слишком молода для серьезного чувства к кому-либо, но она и слушать не захотела. А когда он познакомился с Рийсом, когда впервые увидел их вместе, то понял. Помолвка не замедлила. Рийс намеревался рассказать Кейт о своей двойной жизни — но после Ирака, сказал он Моргану. По завершении операции «Гидра». Он не хотел, чтобы Кейт прожила эти месяцы в вечной тревоге.

Сказать ей, будто он отправляется с братом в Гималаи, придумал Рийс.

Ему требовалось как-то объяснить, почему пару месяцев он будет вне досягаемости. А затем он исчез, и Морган промолчал, не желая усугубить горе Кейт.

БЕЛЬВЕДЕР ПУНТА-САННОНЕ, КАПРИ — 5 ЧАСОВ 09 МИНУТ УТРА

Де Толомеи наблюдал.

Уже несколько лет назад он позаботился разместить камеры слежения в доме Моргана. И все — ради этого момента. Увидеть такое знакомое выражение — столько лет его собственное! Эту смесь горя и ожесточенного непреходящего отвращения к самому себе.

Первыми на месте оказались Джейсон Авера и Коннор Блэк.

Вновь одетые как туристы, они взбирались по узким петляющим ступенькам каприйской Виа-Кастелло, минуя оштукатуренные белые дома и сады, щеголяющие пальмами и цитрусовыми деревьями.

Дом де Толомеи оседлал конец улицы почти у самого обрыва. С трех обращенных к острову сторон его окружала заросшая плющом каменная ограда с черным стальным брусом по верху.

— Босс, — тихо доложил Авера, заметив какой-то проблеск в ограде, — за нами следят.

Слейд — возможно, на расстоянии громкого оклика, — ничего не ответил. Камеры разумелись сами собой.

Медленно продвигаясь вдоль ограды, Джейсон продолжал:

— И семтекса тут вокруг достаточно, чтобы превратить в пар нас всех. Один провод-ловушку я вижу, и, думается, тут есть и другие. По меньшей мере с одним детонатором.

ГДЕ-ТО НА СРЕДИЗЕМНОМОРЬЕ — 5 ЧАСОВ 16 МИНУТ УТРА

— Ловушки? — спросила Слейда директор ЦРУ Алекс Круз. Ее личный реактивный самолет начал снижаться к неаполитанскому международному аэропорту.

— Чисто оборонительные, по-моему. Думаю, он хочет посмаковать ситуацию, а не уничтожить нас всех одним махом.

— Но, возможно, они уже мертвы, а это просто уловка, чтобы терзать Донована как можно дольше.

— Не думаю, Лекси, что де Толомеи ищет своей смерти.

— Он хочет реабилитации? Денег?

— Возможно, и того, и того.

— У тебя карт-бланш, как ты знаешь.

— Прекрасно. И держи медико-эвакуатор наготове. Мы быстро.

Кейт заморгала и очнулась. Она сидела в кресле у окна в почти пустой комнате. За окном виднелось только полуночно-синее небо.

— Кофе? — спросил де Толомеи, входя в комнату с исходящей паром кружкой в руке.

Сознание Кейт все еще было затуманено, и кивнула она с опаской. В дополнение к ее растерянности кофе оказался именно таким, какое она предпочитала. Сколько же времени он вел наблюдение за ней?

Ей жгло глаза. Она вспомнила про цветные контактные линзы и сняла их. Она заметила свой парик на столике рядом и положила линзы в него.

— Неплохой маскарад, — сказал де Толомеи. — Пожалуй, мы не нашли бы вас, если бы не…

— Если бы вы не вмонтировали «жучок» и чип слежения в мой мобильник, — докончила Кэт.

Он улыбнулся.