Прекрасна и очень опасна - Елена Арсеньева

Господи, как же она мечтала, чтобы Ярослав взглянул на нееиначе, не только глазами делового партнера, вернее, сообщника! Иногда казалось,что-то просверкивало в его светлых, прозрачных, но при этом совершеннонепроницаемых глазах. И какое же отчаяние она испытала, когда перед Новым годомон распростился с ней совершенно спокойно и даже равнодушно!

«Не позвоню! – поклялась себе Лида. – Ни за что! Ему не надо– ну и не надо!»

Терпения сдержать клятву хватило до 31 декабря. Потом онавсе же начала названивать Ярославу, лицемерно уверяя себя в том, что хочетпросто поздравить его – и ничего более. Однако домашний телефон его молчал,молчал, молчал… Уже ближе к вечеру Лида вспомнила, что Ярослав вроде бысобирался уехать к каким-то друзьям.

А может, к подругам? Может быть, у него есть кто-то?Расставшись с Лолой, он завел другую. А может, он с Лолой-то и помирился?

Ладно, это его личное дело. А она все равно должна емудозвониться, думала Лида. Чтобы попросить прощения за то, что вовлекла его всвои игры. Ведь когда он молча ушел от нее с таким небрежным видом, как если бытолько и мечтал оказаться от нее минимум за десять верст, Лиду словно токомударил стыд.

Тут сыграл свою роль, конечно, и разговор с Виталием. Онапозвонила бывшему мужу, чтобы узнать, была ли у него Майя, и наткнулась навзрыв такой ярости, такого презрения! Она всегда считала Виталия мягкотелым,трусоватым, хитрецом из разряда тех, кто сам себя вокруг пальца обведет, иоторопела, услышав его отповедь. Так и не сказал, приходила ли Майя, – простовыкрикнул Лиде совет: образумиться, остановиться, пока окончательно неозверела. И швырнул трубку.

Лида обмерла. Так это она озверела?! Да Виталик с ума сошел!Это ведь Майя…

Но вдруг откуда ни возьмись нахлынуло воспоминание о сне,который она видела после исчезновения Сережи. О том, как бежали из темного лесапо снегу две красные волчицы. Две…

Ну, насчет Майи все понятно, у ней ни жалости, ни совести,одна волчица – это она. А вторая? Неужели Лида?..

И что, Ярослав тоже о ней так думает? Кем он ее считает? Всамом деле озверелой девкой, у которой настолько прозрачные понятия о чести ипорядочности, что она запросто покрывает несостоявшегося убийцу и отравляетжизнь красивой женщине? Ведь она ничего не рассказывала ни Ярославу (как иВиталию, впрочем) про отношения Сергея и Майи, так что для них Майя – невиннаяжертва ее самодурства. Конечно, Ярослав безропотно помогал Лиде, но это ипонятно: все-таки он у нее, так сказать, на крючке. Жертва ее шантажа…

И она названивала Ярославу вчера, чтобы сказать: никакогошантажа больше не будет. Он свободен.

Лида должна была сказать это ему, даже если бы потом ихдороги никогда больше не пересеклись бы!

Наконец, отчаявшись найти его по домашнему телефону, ужеближе к вечеру, она позвонила на мобильный.

– Аппарат абонента временно заблокирован! – был ответ.

Вот те на… Ярослав не похож на человека, который забываетзаплатить за свои разговоры. А что, если он нарочно заблокировал телефон, чтобыЛида не могла до него дозвониться и испортить праздник какой-нибудь своей новойдурацкой террористической выдумкой?

Лида едва не расплакалась. Бездарно заканчивался год – самыйпечальный, самый трагичный и в то же время самый счастливый в ее жизни. То естьсчастливыми были его последние дни, когда рядом находился Ярослав. И воттеперь…

Она не поверила глазам, уже ближе к полуночи случайновзглянув в окно и увидев знакомый джип. Неподалеку какой-то высокий человек вкостюме Деда Мороза втыкал в сугроб нечто, оказавшееся при более пристальномрассмотрении букетом хризантем. По странному совпадению, букет теперь торчал в томже самом сугробе, откуда почти две недели назад Лида вытащила елочку, чтобыотнести ее к Поливановым, а потом зайти к Ваньке с Валькой, где она и увидела…

Да ведь это никакой не Дед Мороз, а Ярослав! Ну да! Возможноли, чтобы Лида не узнала его – даже в самом неожиданном прикиде? Вдобавок рядомс этим джипом. Ярослав, это Ярослав… вот достает из машины бутылку, вот поднялголову к окну…

Лида замерла. Понимает ли он, что она на него смотрит?

Нет, вряд ли…

На Спасской башне начали бить часы. Лида поспешно налила вфужер шампанское, поднесла к губам. Надо было загадать желание, но у нее сейчасцарил такой сумбур в голове, что она торопливо глотала слишком холодноешампанское (это был «Дом Периньон», который Лида нарочно купила в память опрекрасной Франции, где ей было так хорошо и спокойно) и думала: как можетЯрослав пить на морозе, прямо из бутылки? Он же простудится!

Мелькнула мысль открыть форточку и крикнуть: «Иди сюда!» –но Лида решила подождать, пока он сделает первый шаг.

И вот потянулась ночь.

Ярослав что-то выбросил в сугроб: сначала Лида подумала, чтобутылку, но нет, бутылка осталась в его руках, и он продолжал из нееотхлебывать. Потом снова забрался в джип, а Лида перебралась в другую комнату,где свет был потушен, устроилась поудобнее на столе и принялась ждать. Сначалаона удивлялась, потом недоумевала, потом злилась. Потом поняла, что ничего недождется. И больше уже ничего не могла понять! В соседней комнате работалтелевизор, там играла музыка, там прокисали в хрустальной салатницемаринованные креветки (Лидино фирменное блюдо), засыхали среди увядших салатныхлистьев сыры «Комтэ» и «Горгонзоля» (лучшие из всех, какие она только пробовалаво Франции), воск от свечей стекал на коробочки шоколада «Леонидас» и «Ле Нотр».А она сидела на твердом столе, порою клевала носом, но не могла заставить себяни спуститься к Ярославу, ни просто плюнуть на все и лечь спать.

Только в пятом часу утра, когда джип уехал (то и дело норовявывернуться из колеи – понятно, бутылка «Дом Периньон», принятая в одиночку, неспособствует крепости руля!), Лида наконец-то слезла со стола, кое-как убралаеду в холодильник, умылась и рухнула в постель, слишком усталая, чтобы думать,рассуждать и даже плакать.

Спать. Спать. Утро вечера мудренее!

Чудилось: она только-только уснула, как вдруг что-тозагудело, завизжало над ухом. Господи! Да это же телефон! Кого это разбирает втакую рань – ведь всего лишь половина девятого!

Не подходить, что ли? А вдруг это Ярослав? Нет, он не знаетномера ее телефона… Ну, он же и адреса ее теоретически не знал, а ведь взялсяоткуда-то под окошками в эту новогоднюю ночь, которая манит чудесами… манит ине исполняет своих обещаний!

С надеждой схватила трубку:

– Алло?