Кладбище - Эдриан Маккинти

— И что ты ответила?

— Крикнула, что у тебя живот схватило и срочно понадобилось в туалет, — объяснила Кит и хихикнула.

— А он что на это сказал?

— Да ничего особенного. Он, по-моему, даже не особенно рассердился. Они с папой о чем-то спорили, и ему было не до тебя, но все же велел нам поторопиться.

— Повезло! — отозвался я. — И все-таки тебе следовало меня разбудить.

— Нельзя будить детей, когда они спят, — убежденно сказала Кит. — И вообще — когда Трахнутый мне что-нибудь приказывает, я всегда поступаю одинаково...

— Как же?

— Игнорирую его.

Я протер глаза, сел на бревно и натянул трусы и брюки. Поправил протез и под восхищенным взглядом Кит зашнуровал ботинки. Если она все еще сравнивала меня с Джеки, я, похоже, записал на свой счет очередное очко.

Заметив, что я перехватил ее взгляд, Кит покраснела и отвернулась. А я подумал, что пора сравнений прошла: Джеки теперь обратился в пустяк, не стоящую внимания мелочь. Вопрос, кто кого больней уязвит, больше не стоял. Речь теперь шла о жизни и смерти.

Я подобрал с земли майку и, стряхнув с нее еловые иглы, стал смотреть на Кит. Я смотрел на нее так долго, что она не выдержала и улыбнулась.

— Ты хочешь мне что-то сказать? — спросила она.

— Да. — Я кивнул. — Я жалею, что заснул, потому что у нас мало времени, а другой возможности поговорить нам может не предоставиться. Присядь-ка и послушай, что я тебе скажу, только слушай очень внимательно...

— Ты вдруг стал таким серьезным! — рассмеялась Кит. — Не представляю, как тебе это удается! У меня, например, до сих пор голова кружится от счастья! — добавила она, довольно удачно пародируя манеру выпускницы привилегированной частной школы.

— Я не шучу, Кит. Садись.

Она нахмурилась и села рядом со мной на бревно.

— О'кей, выкладывай, что там у тебя, — проговорила она требовательно.

— Завтра Питера Блекуэлла убьют, — сказал я. — Британское правительство не пойдет на переговоры. Никаких уступок террористам — и британцы, и американцы уже давно придерживаются этого жесткого правила. Существует специальная инструкция: никогда и ни в чем не уступать шантажистам, похитителям и прочим... — Я старался говорить как можно медленнее и доходчивей.

— Но Рейган однажды уступил! — возразила Кит.

Я покачал головой:

— Это было исключение из правил — абсолютно незаконное и не санкционированное высшей властью. Какой-то полковник проявил дурацкую инициативу... Британское и американское правительства никогда не пойдут на подобную сделку. Питера не будут ни на кого обменивать — Ньюаркское Трио останется в тюрьме, это я тебе гарантирую. Как ты думаешь, что случится дальше?.. На карту поставлена репутация Трахнутого, так что ему просто придется убить парня. А ты станешь соучастницей...

— И ты тоже, — сказала Кит.

— И я. И все остальные. Потому что Трахнутый наверняка убьет его; это так же верно, как то, что мы с тобой сидим сейчас на этом дереве.

Кит вздрогнула:

— Я не думаю, что до этого дойдет. Трахнутый просто блефует, как в покере.

— Трахнутый убил уже много людей. У него на совести десятки жизней. Помнишь женщину, которая работала в «Настоящих английских товарах»? Трахнутый убил ее за день до нашего отъезда сюда. А Джеки пришлось убирать следы — помнишь, он об этом упомянул? Трахнутый изнасиловал ее, потом долго пытал, разрезал ей живот до самого горла и спокойно смотрел, как она истекает кровью...

Последние следы беззаботности изгладились с лица Кит. Теперь я полностью завладел ее вниманием.

Я дал ей несколько мгновений, чтобы обдумать услышанное, и продолжил:

— Трахнутый — настоящий психопат. Он готов убить тебя, меня и любого, кто встанет у него на пути. Он сумасшедший, фанатик. Если не веришь, что он убил ту женщину, — спроси Джеки. Он был там и своими глазами видел, что с ней сделал Трахнутый. Его даже стошнило — так это было ужасно. Трахнутый жестоко пытал ее на протяжении нескольких часов, она долго мучилась, прежде чем умереть. И я уверен, то же самое ждет этого мальчика — Питера Блекуэлла. А сколько ему, по-твоему, лет? Не больше двадцати, правда? И он не совершил никакого преступления.

— Они сказали, что просто выставили эту женщину из города, — проговорила Кит непослушными губами, но я видел, что ей самой эти слова кажутся неправдоподобными.

— Выставили из города?! Брось, Кит, ведь ты сама этому не веришь! Ты слишком умна, чтобы попасться на столь очевидную ложь. Мы же не в кино о Диком Западе, это там героические ковбои могут вышвырнуть из города неугодного человека. Нет, Кит, ты не поверила этому, когда тебе об этом сказали, и ты не веришь этому сейчас. Ты знаешь, что ее убили. Трахнутый убил, а мы с Джерри и Джеки погрузили труп в фургон, отвезли на Плам-Айленд и закопали на солончаковом болоте.

Кит выглядела потрясенной. Несомненно, она о многом догадывалась, но не позволяла себе об этом задумываться. Она старалась не думать о том, каким бизнесом занимается ее приемный отец на самом деле, о его возможной причастности к разного рода темным делишкам. Кит нравилось жить в большом, богатом доме, кататься на серфборде и слушать романтические сказки об Ирландии. Носить зеленое, петь республиканские гимны и обожать отважных борцов за свободу — Джерри Маккагана и его верного соратника Трахнутого Мак-Гигана. Но она знала. Не могла не знать. Теперь она пребывала в нерешительности, и слезы, вновь выступившие у нее на глазах, были отнюдь не слезами радости.

— И эта англичанка была не первой его жертвой. Трахнутый проговорился, что в прошлом году у него возникли сходные проблемы с другой женщиной. Ее он тоже прикончил. Он сказал это в присутствии Джеки и твоего отца. Если хочешь удостовериться, спроси у них. Но я не вру, мне это совершенно ни к чему. Меня заботит только одно: когда Трахнутый поймет, что его затея провалилась, он замучит и убьет Питера, который выглядит как чертов хиппи, в жизни не причинивший вреда ни одному живому существу!

Кит вытерла слезы и бросила на меня надменный взгляд.

— Мой папа не позволит Трахнутому убить этого мальчика! — сказала она.

— Но ведь позволил же он ему расправиться с женщиной.

— Она была агентом ФБР.

— Так утверждает Трахнутый, но ведь ты сама видела ее, разговаривала с ней. Неужели она хоть чем-то похожа на агента? Впрочем, даже если она была агентом, разве она заслужила, чтобы он ее насиловал и мучил?

Кит покачала головой.

— К чему ты затеял это разговор, Шон? — спросила она осторожно.

Я взял Кит за руку и взглянул в ее чуть влажные, синие и ясные глаза.

— Мы можем его остановить. Ты и я — мы можем это сделать!

— Как?

— Тебе придется под каким-нибудь предлогом взять машину и поехать в Белфаст. Там ты позвонишь в ФБР. Они приедут и арестуют нас всех. Конечно, мы получим срок за похищение, но не за убийство! А этот парень останется в живых, — сказал я.