Кто-то третий - Николай Иванович Леонов

— Ну что вы, Ольга Владимировна, — улыбнулся Лев. — У меня и мыслей не было вас в чем-то подозревать. У меня глаз наметанный, я честных людей за версту вижу. Честных и порядочных. Марина вам регулярно платила?

— Да, тут я грех на душу не возьму, — заверила Левашова. — Платила всегда вовремя, аккуратно. И к содержанию квартиры претензий у меня нет. Она часть вещей вывезла, а потом ко мне пришла, денег отдала немного и сказала, что в другом месте будет снимать. Ей там куда-то ближе с той, с другой квартиры. Нервничала очень. Я и начала переживать, вдруг не заплатит. Она так до конца все вещи не забрала и деньги больше не привезла. Уж, не знаю, то ли к вам в полицию обращаться, то ли в суд подавать вместе с агентством.

— А Марина говорила, может, хоть как-то намекала, куда она переезжает, в какой район?

— Вот не помню… — задумалась Левашова. — Но выглядела она, конечно, расстроенной. А может, заболела? Лицо нездоровое было, точно.

Гуров попытался наводящими вопросами заставить женщину вспомнить хоть какие-то еще детали ее последнего разговора с Кирилловой. Но Ольга Владимировна больше ничего важного так и не вспомнила. Ни про место работы девушки, ни адреса или хотя бы района, в который она собралась переехать.

Из вещей, на взгляд Гурова, особенно ценного ничего не было. Может, кроме зимнего пуховика, сапог и одного джемпера. Он старательно осмотрел все вещи, проверил карманы, но никаких намеков или подсказок к ответам на свои вопросы не получил. Зато Левашова его просто засыпала расспросами, а кто эта Марина на самом деле, а за что ее разыскивает полиция? Пришлось немного исказить информацию, чтобы уж совсем не врать, и рассказать, что мать девушки очень за нее переживает, а найти не может. Вот и попросила знакомых сделать что-то, разыскать девушку. Боится мама, что какой-нибудь аферист голову доченьке вскружит.

Лев собрался уже уходить, когда в прихожей неожиданно резко прозвучал звонок.

— Кого это принесло? — удивилась Левашова. — Уж не вашу ли пропажу?

Он вместе с ней вышел в коридор и, когда Ольга Владимировна открыла дверь на лестничную площадку, увидел девушку лет 25–28 с длинными распущенными волосами.

— Здравствуйте, — вежливо кивнула гостья. — А мне Марину.

— А заходите! — с энтузиазмом предложил Гуров, успев опередить хозяйку квартиры, пытавшуюся сказать, что Марины нет.

Девушка вошла и остановилась в нерешительности, глядя то на мужчину, то на женщину. Гуров сделал серьезное лицо и спросил:

— Только Марины сейчас дома нет. А вы с ней договаривались, да?

— Нет, — пожала плечами девушка. — Просто мы давно не виделись. Я уезжала за границу, в Чехию. Вот только вернулась. Звоню Марине, а она трубку не берет. И в Инстаграме ее давно не было, ни одну мою фотку не прокомментировала. Я уж думала, что с ней что-то случилось.

— Вас как зовут?

— Надя, а…

— А вот это Ольга Владимировна, хозяйка квартиры, которую снимала Марина. А меня зовут Лев Иванович. Я разыскиваю Марину и не могу найти. Она не была здесь почти три месяца. Вы сказали, что у вас есть ее телефон?

— Простите, — насторожилась девушка и покосилась на входную дверь. — Я бы не хотела без ведома Марины раздавать ее телефон незнакомым людям. И вам, хозяйке квартиры, она ведь свой телефон наверняка давала?

— Номер, который Марина дала Ольге Владимировне полгода назад, не обслуживается, — ответил Лев и полез в карман. — Кстати, этот же номер она когда-то давала и матери, Оксане Сергеевне. Она тоже не может дозвониться дочери. А я… Полковник полиции Гуров. Вот мои документы. Скажите, когда вы в последний раз видели Марину Кириллову и когда в последний раз разговаривали с ней по телефону?

— Уехала я в конце декабря. Мы с Мариной еще в кафе посидели тогда на прощание. До этого звонила, а после уже нет. Дорого из-за границы. И потом, мы в Инстаграме общались.

— До последнего дня общались? Когда Кириллова перестала выходить на связь?

— Месяца три, наверное, назад. Я могу посмотреть точно. А что с ней?

— Мы не знаем, Надя, но мама очень беспокоится. Видите ли, Марина все контакты оборвала…

Гуров ворвался в кабинет Орлова и со стоном облегчения буквально упал в кресло возле рабочего стола своего начальника. Пластиковая папка с листами бумаги упала с громким шлепком на приставной стол.

— Все, Петр! Поздравь меня! — выдохнул он, тыкая пальцем в папку.

— Поздравляю, — посмотрел на него поверх очков генерал. — Ты меня чуть до инфаркта не довел. Что случилось? Марину Кириллову нашел, что ли?

— Точно, — улыбнулся Лев. — Нашел. Ну, скорее, нащупал ее теплый след. Я уж боялся, что ее и в живых уже нет, а нет. Есть она!

— «Почти» в нашем деле не считается, — покачал головой Орлов и, сняв очки, потер переносицу. — Ну-ка, поделись успехами! Что это еще за «почти» появилось в твоем лексиконе.

— Я тебе говорил, что нашел старую подругу Кирилловой, которая уезжала в Чехию и временно теряла с Мариной связь? Так вот у нее был последний номер телефона, которого не знала мать Марины и остальные старые приятели. Номер не отвечал, как и предупреждала эта подруга Надя. Я взял распечатки звонков Марины за эти последние месяцы. Видимо, месяца два телефон вообще выключен, потому что никакой активности на ее номере не было. А вот перед этим она звонила. Звонила на работу, своему начальнику. Но с работы она уволилась, и ее места жительства никто не знал. Прописана Марина у матери и всюду указывает тот адрес. Подругами она тоже не обзавелась. По паре раз звонила, видимо, по работе, своим коллегам, но те не знают ее фактического адреса. Я обошел всех, но безрезультатно. И это все до тех пор, пока я не проверил очередной номер. Вот этот! — Гуров раскрыл папку, вытащил ворох распечаток и показал жирно подчеркнутую маркером строку. — Она именно два месяца назад несколько раз звонила в кардиологический центр «Пульсар» в Раменском. Я только что звонил туда. Марина Кириллова лежит там на обследовании. У нее какая-то серьезная патология, и ей нужна операция. По квоте она попала в список бесплатных операций, и они теперь ждут какого-то хирурга, который вот-вот вернется из командировки.

— А ты-то как по телефону узнал, что она там? Обычно справки такого рода незнакомым людям не дают и на слово, что ты из полиции, не верят. Только по запросу.

— Неужели ты думаешь, что, дослужившись до полковника, я, старый оперативник, не решу такую простую проблему? — засмеялся Гуров. — Хороши были бы мы со