Запах соли, крики птиц - Камилла Лэкберг

Он смаковал эти слова — «другая пара». Надо же, на склоне лет он вдруг оказался в «паре». Мельберг усмехнулся про себя. Да, они с Роз-Мари в постели еще могут дать фору молодежи. Она совершенно великолепна, во всех отношениях.

Закончив дело, он уже собирался развернуться и уйти, как его вдруг посетила блестящая идея.

— Сколько у меня осталось на счете? — с воодушевлением спросил он кассиршу.

— Шестнадцать тысяч четыреста, — ответила та, и Мельберг почти молниеносно принял решение.

— Я хочу снять все. Наличными.

— Наличными? — переспросила кассирша, и он поспешно закивал.

В голове созревал план, который казался ему все более правильным по мере того, как он его обдумывал. Аккуратно засунув деньги в бумажник, Мельберг отправился обратно на работу. Раньше он даже предположить не мог, что тратить деньги так приятно.

— Мартин, — запыхавшимся голосом произнес Патрик, влетая в кабинет, и тот сразу заинтересовался, что происходит. — Мартин, — повторил Патрик, садясь, чтобы отдышаться.

— Тебя что, заело? — с улыбкой спросил приятель. — Тебе следовало бы поработать над дыханием.

Патрик замахал руками и, в виде исключения, не ухватился за возможность вступить в дружескую пикировку.

— Они связаны, — сказал он, наклоняясь вперед.

— Кто связан? — Мартин недоумевал, что такое на Патрика нашло. Казалось, у него просто голова идет кругом.

— Наши расследования, — торжествующе сообщил Патрик.

— Да-а, — медленно произнес Мартин, растерявшись еще больше. — Мы ведь уже установили, что общим является пьянство за рулем… — Он нахмурил брови и попытался вникнуть в тот бред, который нес Патрик.

— Не те расследования. Наши отдельные расследования. Убийство Лиллемур связано с остальными. Убийца один и тот же.

Тут Мартин окончательно убедился в том, что у коллеги поехала крыша. Он с беспокойством подумал, что это вызвано стрессом, навалившейся в последнее время массой работы в сочетании с предсвадебными волнениями. Даже самый стойкий мозг…

Патрик, похоже, увидел, о чем он думает, и с раздражением прервал его.

— Я тебе говорю, что они связаны. Вот послушай.

Он кратко пересказал разговор с Вильготом Рунбергом, и по мере его рассказа Мартин все больше изумлялся. Просто не мог поверить — это звучало слишком неправдоподобно.

— Значит, ты говоришь, что жертвой номер два является Ян-Улов Перссон, который приходится отцом Лиллемур Перссон. — Он смотрел на Патрика, пытаясь уловить все факты. — И Лиллемур видела убийцу, когда ей было десять лет.

— Да, — подтвердил Патрик, испытывая облегчение оттого, что Мартин, похоже, начал вникать. — Все сходится! Вспомни, что она написала в дневнике. Она кого-то узнала, но не могла толком сообразить почему. Мимолетная встреча восемь лет назад, когда ей было десять, не могла особенно четко отложиться у нее в памяти.

— Но убийца понял, кто она такая, и боялся, что она его все-таки вспомнит.

— И поэтому ему пришлось ее убить, пока она его не вычислила и тем самым не связала с убийством Марит.

— А в дальнейшем и с остальными убийствами, — возбужденно дополнил Мартин.

— Точно, так и есть, — таким же возбужденным голосом подхватил Патрик.

— Значит, если мы поймаем убийцу Лиллемур Перссон, то раскроем и остальные преступления, — тихо заключил Мартин.

— Да. Или в обратном порядке. Если раскроем остальные преступления, то выйдем на того, кто убил Лиллемур.

— Да.

Оба ненадолго умолкли. Патрику хотелось закричать: «Эврика!», но он решил, что это не совсем уместно.

— Какие у нас имеются зацепки в убийстве Лиллемур? — риторически спросил Патрик. — У нас есть собачьи волосы и пленка, отснятая в вечер событий. Ты ведь снова просматривал ее в понедельник. Обнаружил что-нибудь интересное?

У Мартина в подсознании что-то шевелилось, но никак не желало выходить наружу, поэтому он помотал головой.

— Нет, ничего нового я не увидел. Только то, что записано в нашем с Ханной рапорте о том вечере.

Патрик медленно кивнул.

— Тогда придется начать с проверки списка владельцев собак. Анника на днях мне его передала. — Он встал. — Пойду расскажу новость остальным.

— Давай, — отозвался Мартин с отсутствующим видом.

Он по-прежнему пытался сообразить, что же от него ускользнуло. Что же, черт возьми, он увидел на пленке? Или не увидел? Чем больше он пытался вызвать это в памяти, тем дальше оно убегало. Мартин вздохнул. Лучше на время выкинуть это из головы.

Новость произвела в отделении эффект разорвавшейся бомбы. Поначалу все реагировали столь же недоверчиво, как и Мартин, но, по мере того как Патрик излагал факты, народ все больше проникался пониманием. Проинформировав всех, Патрик вернулся к своему письменному столу, чтобы попытаться сформулировать стратегию дальнейших действий.

— Убойную новостишку ты нам подбросил, — сказал из дверей Йоста, на что Патрик лишь кивнул.

— Проходи, садись, — пригласил он, и Йоста подчинился. — Да, проблема только в том, что я толком не пойму, как с ней разбираться, — посетовал Патрик. — Вот, собирался просмотреть составленный тобою список владельцев собак и бумаги, полученные из Уртсбуды. — Он показал на лежавшие на столе факсы, которые пришли десять минут назад.

— Да, тут есть на что взглянуть, — вздохнул Йоста и посмотрел на развешанные по стенам материалы. — Это похоже на гигантскую паутину, без намека на след паука.

Патрик усмехнулся.

— Сравнение тоже убойное. Раньше я в тебе, Йоста, поэтической жилки не замечал.

Тот лишь что-то пробормотал в ответ, потом встал и медленно двинулся вдоль стен кабинета, почти ведя носом по развешанным документам и фотографиям.

— Непременно должна иметься какая-нибудь мелочь, малюсенькая деталька, которую мы упустили.

— Ну, если что-нибудь найдешь, я буду тебе премного благодарен. Мне кажется, я тут уже до того насмотрелся, что просто ничего не вижу. — Патрик обвел маленький кабинет рукой.

— Лично я вообще не понимаю, как ты можешь работать, когда у тебя за спиной такое. — Йоста показал на фотографии жертв, расположенные в порядке гибели: Эльса — возле самого окна и Марит — ближе всего к двери. — Ты еще не вставил Яна-Улова, — сухо констатировал Йоста, указывая на место справа от Эльсы Форселль.

— Да, пока не успел, — отозвался Патрик, с улыбкой всматриваясь в коллегу. У старого доброго Йосты Флюгаре иногда вспыхивала какая-то жажда деятельности, и сейчас явно был именно такой момент. — Мне убраться? — спросил он, когда Йоста попытался протиснуться позади письменного стола.

— Да, было бы проще, — ответил тот, отходя в сторону и пропуская хозяина кабинета.