Беззвучный крик - Сандра Браун

Но он не спал. Его пальцы нежно гладили Анну по голове, перебирали ее волосы. Небритая щека царапала ей ухо, зубы покусывали шею. Анна надеялась, что сейчас ему так же хорошо, как и ей.

Однако в конце концов он откатился в сторону и лег на бок. Она тоже повернулась на бок, чтобы видеть его лицо.

— Я сделал тебе больно? — спросил Джек. Анна покачала головой.

— Мне показалось, что ты… ну, как-то напряглась, когда…

Улыбнувшись, она закрыла ему рот рукой. Когда он вошел в нее, действительно было немного больно. Анна давно не была с мужчиной. Надо же, как Джек это заметил!

Правда, легкий дискомфорт она ощущала только долю секунды. Потом она обхватила ногами его бедра, откровенно побуждая войти глубже. Теперь Анна краснеет, вспоминая о том, как бесстыдно себя вела.

Она практически заставила его заняться любовью. Она так испугалась, что он остановится после первого поцелуя, что взяла инициативу в свои руки.

Да, она хотела его. Если бы сегодня этого не произошло, она потом жалела бы всю жизнь. А завтра будь что будет. Но сейчас она с ним, и он смотрит на нее таким же затуманенным взглядом, что и она на него.

Джек погладил ее по щеке.

— Ты такая красивая, Анна.

— И ты тоже, — показала она. Он засмеялся.

— Я? Красивый? Не смеши.

— Красивый, — настаивала она.

— Я думал, у меня просто выразительное лицо.

— И это тоже. — Она готова была поклясться, что он ее дразнит.

Его улыбка постепенно погасла.

— И что оно тебе сейчас говорит?

Знаки медленно складывались в слова.

— Что ты счастлив быть здесь.

— Ну, оно и вправду не обманывает, — обронил он.

— Так что ты сказал?

— Я сказал, что оно…

Анна отмахнулась.

— Это я поняла. Что ты сказал, когда…

— Когда что? — Джек удивленно поднял брови. Она смотрела на него не отрываясь.

— А, ты имеешь в виду, когда я… когда ты… когда мы?

Она кивнула.

— Черт возьми, Анна, я не помню. Разве это имеет значение?

— Только в том случае, если ты назвал имя другой женщины.

— Клянусь, что нет.

— Тогда ладно.

Он провел пальцем по ее губам и немного печально улыбнулся.

— Я правда не помню, что сказал, Анна, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что я чувствовал.

Уткнувшись лицом ему в грудь, она подняла руку вверх, чтобы Джек мог разобрать слова, которые она изображала.

— Мне хотелось бы это услышать. Он отвел ее голову назад.

— Я бы тоже этого хотел.

Анна хотела сказать ему, что снова начала учиться говорить, но не решилась. А вдруг она не сможет вновь научиться тому, что забыла? Те навыки, которые она с таким трудом приобрела, могли быть полностью утрачены. Она только пробудит в нем напрасные надежды, за которыми последует разочарование. Ее собственное разочарование — это уже плохо.

А если разуверится он, это разобьет ей сердце.

Так что лучше пока держать все в секрете. Когда она в первый раз произнесет его имя, это надо будет сделать хорошо. А пока она станет молчать и тайно тренироваться.

— Я знаю, как звучит твой голос, — вместо этого показала Анна.

— Да неужели?

Анна кивнула и провела ладонями по его заросшим щекам.

— Щетина? — Немного подумав, он произнес:

— Что ж, не такое уж и плохое описание. Мой голос действительно грубоват.

Увидев его глупую ухмылку, она рассмеялась, зная, что и сама сейчас улыбается точно так же. Продолжая ласкать друг друга, они коротко поцеловались. Пальцы Анны зарылись в густых волосах, растущих на груди Джека. Это ощущение было для нее незнакомым, потому что у Дина волосы на груди не росли.

Обследовав его плечо, она с любопытством потрогала бицепс, и Джек с готовностью напряг мышцы.

— У меня к тебе два вопроса, — показала она.

— Ну да, я знаю, что я силач, но не стоит меня чересчур баловать.

Анна шлепнула его по руке.

— Извини, я просто не мог удержаться. — Он поцеловал ее и откинулся на подушку. — Давай.

Она приподняла палец в знак того, что задает первый вопрос.

— Что случилось сегодня утром?

— В управлении шерифа? Они меня отпустили. За отсутствием улик. Я этого не делал, Анна.

— Я знаю. Я не верила, что ты мог отравить наших коров, но…

Он взял ее за руки.

— Ты имеешь право на подозрения. Просто так, к сведению, — это был Эмори Ломакс.

Анна не удивилась, но спросила, откуда он об этом знает.

Джек рассказал ей о человеке по имени Джесси Гарсия и о своем столкновении с Ломаксом в банке. Слушая его, она смеялась, представляя себе эту картину.

— Ты угрожал ему ножом?

— Я не смог придумать ничего лучшего, чтобы привлечь его внимание.

Обхватив руками его лицо, она принялась целовать его, но Джек высвободился и серьезно посмотрел на нее.

— Анна, я не хочу, чтобы ты страдала из-за того, что я здесь.

Это заявление ее удивило, а серьезное выражение лица Джека испугало. Анна покачала головой.

— Ну да, — сказал он. — В конце концов ты ничего обо мне не знаешь. Разве Делрей не говорил тебе, что я все время переезжаю с места на место? Что я…

— Бродяга, — показала она.

— Верно, — глядя ей в глаза, подтвердил он. — Но ты не спрашивала меня, почему я так живу.

Да, не спрашивала. Более того, Анна чувствовала, что ей это безразлично. Она знала о нем то, что ей было нужно знать, — что он добрый и нежный, гордый, сильный и умный. Для нее было важно его настоящее, а не прошлое, которое, очевидно, не давало ему покоя. Какие бы обстоятельства ни заставили его вести такой образ жизни, она этому только радовалась. Но было бы очень долго передавать это знаками, поэтому она просто показала:

— Я знаю то, что мне необходимо знать, Джек.

— Я мог бы с этим поспорить, — нахмурившись, сказал он и добавил:

— Ты должна подумать вот еще о чем. Люди бывают злобными — такова уж человеческая натура. А ты подходящий объект для сплетен, потому что ты вдова, да к тому же глухая, хотя в принципе никому не должно быть дела до того, с кем ты спишь.

Ей очень не понравились его слова, но Анна знала, что он прав.