Вдовы - Линда Ла Плант

– Он любил мочиться на них, – ответила Долли.

Ширли заметила, как на губах женщины промелькнула тень улыбки.

– Особенно на розы соседей.

– Давайте я стащу для него одну розу? – предложила Ширли.

Долли уставилась на девушку. Та нередко говорила удивительные глупости, но Долли все равно ее любила.

– Нет, милая. Этого цветка вполне достаточно. Спасибо, что позаботилась о Вулфе вместо меня. Я не смогла бы похоронить его.

– Не за что, – сказала Ширли, потом, помолчав немного, спросила: – Можно мне принять ванну? Я вся запачкалась, пока копалась в земле…

К девяти вечера они обе были совершенно без сил. После ванны Ширли переоделась в ночную сорочку и халат, которые одолжила ей Долли. Через узкую щель в занавесках в спальне она проверяла, что делается за окном.

Из ванной вышла Долли и села на кровать:

– Все заперто?

Ширли кивнула:

– Я проверила окна и двери. И приготовила вам молока. – Девушка показала на прикроватную тумбочку.

Долли достала из флакончика в верхнем ящике таблетку и запила ее глотком молока.

– А ты не хочешь принять снотворное? – спросила она у Ширли. – Чтобы лучше спать с больной ногой.

– Да… – рассеянно ответила девушка, все еще глядя на улицу. – Долли, после вашего возвращения я уже в третий раз смотрю в окно и каждый раз вижу у вашего дома «БМВ», только сначала там было двое мужчин, а сейчас остался один. Вы думаете, это полиция или….

Долли встала рядом с Ширли у окна.

– Наверняка полиция, – успокоила она девушку. – Тот человек уже не вернется, можешь не бояться. С нами ведь полиция! – Она не хотела пугать Ширли и поэтому не стала говорить, что машина у дома – не тот автомобиль без опознавательных знаков, который раньше все время там стоял. – Ну все, спать. – С этими словами Долли забралась под одеяло. – Если я не посплю, то умру от усталости. Возьми снотворное и забудь обо всем до утра.

Ширли села на край ее кровати и проглотила таблетку, запивая теплым молоком. На тумбочке она заметила фотографию Долли и Гарри. Они выглядели такой счастливой, любящей парой – Долли в красивом платье и Гарри, неотразимый, в очень дорогом костюме. То были лучшие времена для них обоих.

– Ты сегодня была молодец, – сказала Долли, улыбаясь девушке. – Вела себя храбро и стойко. Я горжусь тобой. А теперь ложись, тебе тоже надо выспаться.

Ширли приподняла стакан, предлагая Долли допить молоко, но та покачала головой и закрыла глаза. Прихлебывая молоко, Ширли смотрела на Долли. Казалось, что прошедший день состарил ее лет на десять, таким утомленным и осунувшимся было ее лицо. Ширли легко прикоснулась к руке Долли и прошептала:

– Храни вас Бог.

Долли на секунду сжала руку Ширли – так крепко, что той стало больно, – и потом отпустила.

Ширли унесла остатки молока в соседнюю спальню и поставила стакан около кровати, на которой ей предстояло провести ночь. Эта комната была больше, чем спальня в ее доме. Стены украшали стильные фотографии Долли и Гарри. Вот они на море, вот на вечеринке, вот с друзьями. Допив молоко, Ширли все продолжала ходить вдоль стен, рассматривая снимки. «Какая чудесная жизнь была у Долли…» – думала она. И вдруг остановилась – ее взгляд зацепился за небольшое фото на туалетном столике. Ширли схватила его и с колотящимся сердцем побежала обратно в спальню Долли.

– Проснитесь! – тревожно зашептала она, включила настенное бра и затрясла Долли за плечо.

Долли не сразу вынырнула из сна, но едва приоткрыла глаза и увидела панику на лице Ширли, как тут же пробудилась.

– Кто этот человек в центре, который обнимает вас с Гарри? Кто это? – Дрожащими руками Ширли протягивала фото.

Долли протерла глаза и спросонок секунду или две пыталась сфокусировать взгляд.

– Это Эдди, – ответила она. – Эдди Роулинс, кузен Гарри. А что?

– Это был он, Долли! Это он вломился сегодня в ваш дом, набросился на меня и убил Вулфа.

Долли села в кровати и выхватила фотографию из рук Ширли:

– Ты уверена?

– Я же не придумала это сама, Долли! Клянусь, это был он! Я знаю, что это был он. Вулф сначала вел себя так, будто пришел кто-то из своих, а он и есть свой. Что, если это он сейчас сидит в машине у дома? Что, если он вернется?

Долли взяла Ширли за руку:

– Нет, он не вернется. Ты его как следует напугала. Деньги в безопасности. Мы в безопасности. Перед домом в той машине – полицейские, я ведь тебе уже говорила. Верь мне, Ширли. Ты же мне доверяешь?

Ширли кивнула. Она доверила бы Долли свою жизнь.

Долли отвела девушку обратно в гостевую спальню, уложила в постель и подоткнула одеяло:

– Я позабочусь о тебе, милая. О тебе, Линде и Белле. Не переживай так сильно, прошу тебя. Я знаю, для тебя все это очень необычно, а я долгие годы жила на нервах, поэтому верь мне, когда я говорю, что все будет в порядке. – Выключив бра над кроватью, она посидела рядом с Ширли, пока та не заснула.

Потом Долли вернулась в свою комнату и взяла в руки фотографию, обнаруженную Ширли. С ней она подошла к окну, приоткрыла занавеску и посмотрела на стоящую внизу машину. Ночная тьма не позволяла разглядеть, кто в ней сидит, но Долли умела ждать. В конце концов мимо проехал другой автомобиль и на миг осветил лицо человека за рулем. Словно ледяная стрела пронзила сердце Долли.

– Ах, Эдди! – ахнула она. – Глупый, глупый Эдди!

На глазах у Долли выступили слезы, но в мозгу уже шла напряженная работа. Эдди слабак и не способен действовать самостоятельно. Не могло быть и речи о том, чтобы он по собственной инициативе вломился в ее дом, напал на Ширли и затоптал бедного Вулфа.

– Кто же дергает тебя за ниточки, Эдди? – прошептала Долли, но уже знала ответ, хотя и боялась себе в этом признаться.

Золотая зажигалка в квартире Джимми Нанна.

Жестокая расправа над Боксером Дэвисом.

Появление в гараже Билла Гранта, который знал, кто она такая.

Эдди, орудующий внутри и снаружи ее дома по чьему-то приказу.

Долли села на край кровати и сжала руками свою усталую, полную спутанных мыслей голову.

– Это был всего лишь слух, – попробовала она убедить саму себя. – Я его придумала. Это неправда. Это не может быть правдой!

Но при всей своей невозможности, чудовищности, унизительности найденный ответ прочно засел у нее в голове.

– Нет, нет, нет! Я видела твои часы.

О сне можно было забыть. Теперь она не сомкнет глаз до утра, а сердце будет болеть, словно зажатое в тисках.

– Но я же видела твои часы, – выкрикнула Долли в темноту. – Я видела твои часы!