Обед у людоеда - Дарья Донцова

– Я никого не… – заблеял художник.

– Ой, ладно, – отмахнулся Родион.

– Так где Ольга Кац? – не успокаиваласья.

– Нет ее и никогда не было, –пояснил Громов, – тебя вызвали в Ломакино, на заброшенную дачу, котораяпринадлежит приятелям Корчагиных, уехавшим в Америку. Уехать-то они уехали, афазенду продать не успели, вот и оставили Андрюше и Валерочке доверенность,чтобы те занялись реализацией имущества. Лучше места для трупа и непридумать – подвал заброшенного дома, куда гарантированно в ближайшие пятьлет никто не придет. Да тебя, Лампа, ни один экстрасенс не нашел бы.В доме, куда ты так спешила, распевая арии, тебя ждал киллер.

– Но… – начала я заикаться, –но откуда ты узнал?

– Записочку, слава богу, ты написала и нахолодильнике прикрепила. Я приехал домой, гляжу, мобильный выключен.Позвонил Ирише, думал, она меня разыскивает, а доча, такая сердитая, кричит:

– Лампудель совсем умом тронулась, опятьсоседа снизу залила, а сама в какое-то Ломакино подалась, ночью!

А поскольку я кое-что знал, чего другимнеизвестно, то разом и полетел птичку перехватывать.

– А-а-а, – протянула я, –значит, Китаец, переодетый мной, вышел на дачу, а там…

– Именно так, – подтвердилГвоздь, – наш маленький, худенький Китаец отличный профессионал и в боюстоит целой роты. Но наемный убийца поджидал слабую женщину, неспособнуюоказать сопротивление, и расслабился.

– За что, – я никак не могла прийтив себя, – ну почему они хотели меня убить?

– О, – отозвался ЛеняДубовский, – это мрачная история, небось Лампа раскопала правду про говно.

– Думаю, да, – спокойно подтвердилРодион.

– Сволочи! – завопила всегдакорректная и подчеркнуто воспитанная Валерия. – Бл…и, негодяи!

– Фи, – поморщился Родион, –какие выражения для дамы, хотя если учесть, что она занимается дерьмом…

Валерия быстрее кошки подскочила к столу,схватила большую миску с салатом и метнула ее в меня. Я едва успела отпрыгнуть.Куски огурцов и зерна кукурузы, щедро сдобренные майонезом, брызгамиразлетелись по сторонам.

Громов проводил взглядом неаппетитные ошметки.Валерия визгливо рыдала в кресле. Андрей пытался напоить ее водой.

– О каком дерьме вы все времяговорите? – спросила я.

– Класс! – завопил Дубовский. –Она не знает!

Родион посмотрел на меня:

– Правда не знаешь?

– Да что такое?!

– Почти все общественные туалеты городапринадлежат Валерии, она и качает из них деньги.

Я разинула рот. Вот это да!

– По мне, так деньги не пахнут, –вздохнул Родион, – неважно, откуда прибыль идет, но для светской дамы этооказалось решающим моментом. Тонкая, интеллигентная снобка, вся из себя… Да онадаже руки не подает человеку, который занимается продажей водки. Фу, какоймоветон. А сама черпала баксы из туалетных кабинок. Представляете, какойшум поднялся бы во всех светских салонах, куда она вхожа… ВалерияКорчагина – золотарь, ассенизатор! Да после такого разоблачения ей быоставалось только повеситься, и тайну свою она собиралась сберечь. В концеконцов, из-за этого и погиб Никита.

– Никита! – закричали мы с Зюкой водин голос.

Валерия продолжала судорожно рыдать. ВнезапноРодион подошел к ней, положил руку на плечо и проговорил:

– Слушай, умей проигрывать. Видишь, всемвсе известно, заканчивай лить сопли.

Внезапно Лера подняла опухшее лицо и сказала:

– Вот, Андрей, мне всю жизнь был нужентакой мужчина, а не слизняк, как ты!

Дубовский опять захохотал, глядя, как Корчагинставит на столик стакан с водой.

– Вот она дамская благодарность, ты еепокрывал, а она…

– Ладно, кисонька, рассказывай, –вздохнул Громов, – ну не звать же мне к тебе заплечных дел мастера… все –таки дама, хоть и убийца.

Валерия принялась каяться:

– Через несколько дней после смерти Жаннымне позвонил Кит…

Сначала они с парнем обсудили кое-какие деталипохорон Малышевой, а потом Никита неожиданно спросил:

– Сколько заплатишь мне за Жанкиндневник?