Охота на охотников - Валерий Поволяев

- Я сейчас, - сказал он и вприпрыжку, словно молодой козленок, добежал до фуры, взял рацию, лежавшую на приборной доске. Вызвал Стефановича.

Голос у бригадира был слабым, трескучим, покрытым коррозией пространства - видать, колонна уже оторвалась от Рогожкина километра на три, не меньше.

- Чего там у тебя стряслось? - спросил Стефанович.

Рогожкин пояснил. Добавил к тому, что уже сказал:

- Это займет минут десять, не больше. В Кунцеве я вас догоню. Место, где будем разгружаться, я знаю.

- Ладно, - помедлив, разрешил Стефанович. - С милицией ссориться не хочется. Если не добровольно, так они силком заставят поменять себе колесо.

- Это точно, - подтвердил Рогожкин, - много раз на себе испытал. Проверено.

- Но долго не задерживайся, - предупредил Стефанович, - десять минут - это максимум.

Рогожкин отключился. Из инструментального железного ящичка - очень удобного, купленного год назад у военных - достал увесистый молоток с укороченной ручкой и зубило. Спрыгнул на землю.

- Гайка эта ещё послужит, - сказал он, прилаживаясь с зубилом к секретке, - мы её аккуратненько свинтим, а зазубрины, что останутся после зубила, спилим, и секретка будет, как новенькая. Ведь ключ под неё где-то же есть? Есть. - Рогожкин сделал несколько сильных ударов, пытаясь стронуть гайку с места, но та не поддалась. - Керосинчику бы сюда - размочить. Или специальной жидкости для снятия коррозии. У вас, товарищ капитан, такой жидкости нет? А?

- Нет. - Капитан опустился рядом с Рогожкиным на корточки.

Рогожкин вновь несколько раз сильно ударил, стараясь сшевельнуть гайку, подать её, стронуть хотя бы на полнитки - стронется секретка и дело тогда пойдет, как по маслу, но гайка сидела мертво, будто её приварили автогеном к диску колеса. Рогожкин был терпеливым человеком, умел работать с железом, опять сильно ударил по секретке, сбивая с неё очередной слой окалины, поморщился, словно бил по живому и, закусив нижнюю губу, сделал ещё четыре коротких жестких удара.

Терпение и хватка взяли свое - гайка подалась.

Зажав её пассатижами, Рогожкин изловчился и через минуту вывернул из заржавелой железной норки.

- Вот и все! - объявил он довольно милиционерам. - Как ни сопротивлялась... Напильничек у вас есть? Гайку надо подправить обязательно - уж больно ершистая стала.

- Нет напильника, - капитан отрицательно качнул головой. Глаза у него сделались недобрыми, словно он засек нарушителя закона.

Рогожкин крякнул и сбегал к своей машине за напильником. Ведь если сейчас гайку не поправить, то потом на неё никакой ключ не полезет. А брать снова зубилом опасно - гайка может не выдержать. Он быстро обработал гайку, сдул с неё окалину.

- Неплохо бы литольчика сюда, резьбу смазать - секретка тогда будет работать, как новая.

- А может, этого как раз и не надо? - Капитан насмешливо сощурил льдистые глаза.

- Может, и не надо, - охотно согласился Рогожкин, ловко водя напильником по гайке, - а секретка... секреточка - это всегда хорошо. Хрен какой грабитель снимет колесо. Только вот, - Рогожкин потерся щекой о плечо, движение это было доверчиво-домашним, - колеса ныне вроде бы перестали воровать.

- Не совсем, - сказал капитан.

- Об этом не мне судить, - примирительно произнес Рогожкин, - я - не из Москвы. - Он оглянулся на сержанта. - Давайте сюда запасное колесо. Я его заодно вам поставлю, чтобы вы руки не пачкали... Мне-то уж все равно, Рогожкин посмотрел на свои грязные ладони, вытер их тряпкой, - а вам ни к чему.

Капитан повелительно покосился на автоматчика:

- Илья, достань запаску из багажника!

Через минуту запасное колесо стояло на машине. Рогожкин проверил его, провернув на домкрате, потом опустил пятку домкрата и снова вытер руки тряпкой. Улыбнулся - приятно было помочь незнакомым людям.

- Вот и все!

- Нет, не все, - холодно, совсем не разделяя настроения Рогожкина и не думая его благодарить, хотя простое "спасибо" не помешало бы, проговорил капитан, свел брови вместе. - Что везете, водитель?

- На память не помню, - продолжая безмятежно улыбаться, произнес Рогожкин, - в бумагах все указано.

- Предъявите бумаги! - бесстрастно потребовал капитан.

- Вот те раз! - с прежней бесшабашной веселостью воскликнул Рогожкин. Он не верил в то, что эти люди за доброе дело "отблагодарят" его злом. Мне же колонну ещё догонять надо.

- Предъявите документы и поезжайте догонять свою колонну, - сказал капитан. В следующий миг тон его смягчился, на крепкий каленый лед глаз наполз туман, взгляд сделался чуть теплее. - Все дело в том, что по ориентировке, в машине, очень похожей на вашу, везут наркотики. Сейчас по всей трассе расставлены посты - мы пытаемся поймать эту машину. Если не мы проверим у вас документы, то проверят другие.

Лицо у Рогожкина суматошно дернулось, в глазах возникла досада - и надо же было ему остановиться! Нет бы проследовать с колонной дальше, а он - нет, проявил глупое благородство, пришел на выручку двум ментам... Тьфу! Правильно гласит библейская истина: содеявший добро подставляй спину для наказания. Чтобы плетями, веревками либо палками малость научили дурака жизни. И это - обязательно. "Ах, дурак ты, дурак!" - мысленно выругал он себя, вздохнул: делать было нечего - придется предъявлять документы.

Под плотную куртку к нему пробрался холод, пополз снизу вверх, достиг лопаток, Рогожкин снова вытер руки тряпкой - движение было машинальным, недоуменным, - спросил с легким сожалеющим вздохом, удивляясь вопросу, который решил задать милиционерам:

- А как же другие посты будут знать, что вы у меня проверили документы?

- Передадим по радиосвязи, - спокойно и сухо ответил капитан, - об этом не беспокойтесь.

Поерзав плечами - попытка избавиться от холода, забравшегося под куртку, успеха не принесла, - и погрустнев лицом, Рогожкин вновь пошел к своей фуре.

Да, действительно, лучше бы он не останавливался! Без напарников своих по колонне, без мрачноватого, скупого на язык Стефановича, без суетливого малютки с лягушачьими глазами Шушкевича, без небритого, колючего, как кактус, Рашпиля ему сделалось одиноко и печально. Ну будто бы он конец света почувствовал. В ушах что-то тревожно затенькало, голову сжала тупая боль.

- Ладно, предъявлю я вам документы, - пробормотал он со вздохом, не поворачивая головы - слышал, как совсем рядом скрипел снег под ногами капитана. Капитан, судя по всему, решил держать его на коротком поводке, и это ещё больше задевало Рогожкина: отчего же не верит ему капитан? Неужели его так часто обманывают водители-дальнобойщики? - Единственная моя просьба - проверьте как можно скорее документы и отпустите меня, - попросил Рогожкин.

- Ладно, - спокойно и глухо пообещал капитан.