Не оглядывайся - Дженнифер Арментроут

— …ее крови, — шепотом закончила я, вспоминая, как кричала ее имя, а затем чувство страха и безысходности, когда мои ноги буквально разъехались подо мной; падающее на меня небо, приближающуюся землю, готовую принять меня.

— Ты упала с самого обрыва. — Голос его стал хриплым.

— А ты оставил меня там умирать.

Моя боль буквально захлестывала меня, и я боялась утонуть в ней.

— Нет! Нет! — Быстро подойдя ко мне, он схватил меня за плечи и слегка тряхнул. — Я спустился с утеса и проверил. Клянусь, я думал, что ты не дышишь. Я пощупал твой пульс — пульса не было, и ты не подавала никаких признаков жизни, а вокруг все было залито кровью. Детка, я подумал, что ты мертва.

Меня всю передернуло. В ту ночь, когда я поняла, что пишу записки сама себе, — в ту ночь я проснулась от кошмарного сна, который был воспоминанием о том, что сделал отец.

— Ты же мог вызвать полицию! Ты должен был что-то делать!

— Я запаниковал! — взревел он, впиваясь пальцами мне в плечо. — Я решил, что ты тоже погибла. Пойми, я просто запаниковал!

Я попыталась стряхнуть с плеча его руку. От его пальцев на коже наверняка останутся синяки. И это мой отец — моя кровь и плоть, и он бросил меня, потому что испугался.

— И после того, что случилось дальше, ты ни разу не испытывал желания обратиться в полицию? Ни разу, даже когда я считалась пропавшей?

Он смотрел мне прямо в глаза.

— Я взял твой телефон и не мог…

— Ты…

Это настолько поразило меня, что я закричала. Ведь он мог обратиться в полицию после того, как паника улеглась. Но он не стал этого делать. Все было кончено, а риск оказался слишком большим. Могла всплыть правда о его любовных похождениях, и он мог лишиться всего и вдобавок быть обвиненным в непреднамеренном убийстве Касси.

Деньги для него были важнее. Отношения с собственной дочерью — пустяк, как и моя жизнь.

— Мне сейчас будет плохо, — прошептала я.

Его пальцы разжались.

— Мне так жаль.

Я все еще верила ему, потому что видела боль в его глазах.

— А что ты подумал, когда меня нашли?

Он молчал, опустив глаза.

Я зашлась в очередном приступе рыданий.

— А что бы ты сделал, если бы я вспомнила обо всем тогда? — задыхаясь, спросила я, стараясь вывернуться из его рук. — И что ты намерен делать сейчас?

— Тогда я надеялся, что ты ничего не вспомнишь, но потом ты принялась действовать, писала эти записки, пыталась выяснить, что произошло. — Вид у него был настолько разочарованный, как будто я провалила порученное мне дело. — В тот день, когда ты решилась поехать на утес, я отправился следом за тобой.

Внутри меня с переменным успехом боролись два чувства: ужас и ярость. Мои пальцы крепко сжались в кулаки.

— А ведь я думала, что ненормальная. И ты позволял мне так думать.

— Я же не мог сказать тебе правду. Ты должна это понять. — Отец потряс головой. — Меня не было в машине, детка. У тебя случился приступ паники или что-то подобное, но я нашел записку и сообщил по телефону об аварии.

Он сказал это так, словно пытался оправдаться. Он случайно убил Касси, а потом бросил меня умирать… и все это для того, чтобы сохранить свой комфортный образ жизни.

Он зачем-то погладил меня по щеке, что вызвало новую волну отвращения.

— Ты моя малышка, моя принцесса.

Касси тоже была его малышкой, но это для него ровным счетом ничего не значило. Я заметила за спиной отца какое-то движение. Глядя поверх его плеча, увидела, что дверь чуть приоткрылась. Длинная тень легла на пол. У меня остановилось дыхание, когда я увидела, как вначале появились ноги в джинсах, а потом длинные загорелые пальцы обхватили косяк двери.

Карсон.

Сосредоточив взгляд на отце, я с трудом сглотнула.

— А зачем ты подарил ей такую же музыкальную шкатулку, если хотел, чтобы она ни о чем не знала?

Он растерянно заморгал, захваченный врасплох моим вопросом.

— Я подарил ее Кейт, но это было так давно. — Его губы раздвинулись в слабой улыбке. — Эти шкатулки сделали для меня в Филадельфии. И они уникальные. Это была глупая сентиментальная затея. — Он хрипло и отрывисто засмеялся. — Ну откуда мне было знать, что в один прекрасный день вы станете подругами? Кейт уехала из города. Я никогда не думал, что она вернется. Эти шкатулки…

Неслышно перемещаясь позади нас, Карсон втиснулся в пространство между дверью и стеной, возле которой стояла моя кровать. Он неотрывно следил за нами, а я старалась понять, что у него на уме. Я хотела, чтобы он исчез, ведь мой отец мог быть вооружен.

Если Карсон пострадает во всей этой…

— Мне очень жаль. — Рука отца переместилась с моей щеки на шею. — Я никогда не предполагал, что может произойти что-то подобное.

По моему телу вновь прошла дрожь.

— Пожалуйста, не надо…

Карсон наступил на кусок стекла. Раздался треск, похожий на ружейный выстрел. Отец развернулся, и все дальнейшие события разворачивались с невероятной скоростью. Я подпрыгнула, когда Карсон ринулся вперед, словно намереваясь схватить моего отца, но тот оказался быстрее, двигаясь, словно молния, и схватив что-то с пола, бросился на Карсона.

Раздался крик боли, и Карсон зашатался. Кровь брызнула из его левого плеча, и он, отшатнувшись, врезался в стену. Я закричала во всю силу, на которую была способна. Отец выдернул осколок зеркала из плеча Карсона и отвел руку назад.

Времени думать не было.

Бросившись вперед, я схватила тяжелое основание музыкальной шкатулки и с криком, вырвавшимся из самой глубины моего существа, со всего маха опустила его на голову отца.

Окровавленный кусок зеркала выпал из его руки, ноги подкосились. Тяжело, как куль с мукой, он повалился на пол.

Все еще держа в руках то, что осталось от музыкальной шкатулки, я отскочила назад.

— Папа, — шепотом позвала его я, но он молчал и не шевелился.

Я, наверное… убила отца… Обойдя его, я бросилась к Карсону.

— Как ты?

Побледневшее лицо Карсона было искажено мучительной гримасой, но, зажимая рукой кровоточащую рану, он выдавил:

— Это просто царапина. Я думал… я же хотел спасти тебя, — он издал короткий смешок. — Ну и дела, Саманта, ну и дела…

Бросив шкатулку на пол, я накрыла своей ладонью его руку, зажимавшую рану. От вида крови, сочившейся между его пальцами, у меня скрутило желудок.

— Прости меня, мне так жаль…

— Перестань, — оттолкнувшись от стены, он схватил меня за руку и потянул к двери. — Ты ни в чем не виновата. Надо вызвать полицию, но… сначала давай выберемся отсюда.