Сеть - Павел Астахов

У полицейского, дежурившего у больничной койки задержанного, порученная работа вызывала неприязнь. И не потому, что более скучное занятие вряд ли можно было придумать. Велико геройство – стеречь хилого седого мужичка с пробитой, забинтованной шеей, из которой торчат трубки. Впридачу он его все же пристегнул наручниками к стальному бортику койки. Нет, дело не в этом.

Неприятие вызывал сам субъект, лежащий на кровати. Иногда он улыбался и что-то шептал, глядя на сержанта, но тот едва мог разобрать слова. Впрочем, даже если бы полицейский знал, о чем его спрашивает прикованный к койке, он ему не ответил бы. Инструкцией не положено.

Полицейский был крупным, высоким и широкоплечим мужчиной, но почему-то, когда его взгляд встречался с холодным блеском немигающих глаз задержанного, ему становилось не по себе. Сержанту казалось, что на него пристально смотрит кобра, раздувая свой капюшон, словно готовясь к смертельному броску.

Кажется, сейчас он спал, и полицейский молча сидел на стуле, мысленно считая про себя секунды.

«Скорее бы закончилась смена», – думал он с нетерпением.

Но об этом можно было только мечтать – его сменщик придет лишь через три с половиной часа…

Искоса взглянув на спящего, полицейский нахмурился. Что-то в позе лежащего показалось ему неестественным. Уж не умер ли он?!

Сержант подошел и склонился над мужчиной, как вдруг тот внезапно открыл глаза, оскалившись в злой улыбке.

Полицейский вздрогнул от неожиданности.

«Вот же гад. Почти что напугал», – мелькнула у него мысль.

– Я хочу пить, – прошептал задержанный.

Полицейский молча поднялся, налил из-под крана воды в пластиковый стаканчик и, вернувшись к койке, протянул его седому.

– Что, стеклянные стаканы тут не положены? – спросил прикованный, подмигнув сержанту. – Боитесь?

Он быстро осушил стакан и бросил его на пол.

Так же молча, с непроницаемым лицом полицейский поднял его и выбросил в корзину под раковиной.

– У тебя есть дети, сержант? – осведомился седой. Цокнул языком. – Я вижу кольцо на твоем безымянном пальце. Значит, по крайне мере, ты женат. Как бы то ни было, следи за своими детьми, парень. Особенно за тем, какие сайты в Интернете они посещают. Слышишь меня? Ведь там, в Сети, целый мир. В котором свои правила и законы. И эти правила не всегда соответствуют тем нормам, которых вы все придерживаетесь в реальной жизни…

Затрещала рация, притороченная к ремню сержанта, и он, сняв ее, негромко произнес:

– Четвертый на связи.

Сквозь шорох и помехи пробился чей-то мужской голос:

– Четвертый, Пятый на связи. К объекту посетитель. Адвокат Павлов, встреча согласована. Оставь их минут на десять.

– Понял.

– Отбой.

Когда рация затихла, сержант перевел взор на входную дверь.

«Неужели тот самый Павлов? Или просто совпадение в фамилии? – с удивлением подумал он. – А если тот самый, то зачем ему защищать эту шваль?!»

Спустя минуту в палату постучали, и сержант, соблюдая меры предосторожности, открыл дверь.

Поздоровавшись, Павлов показал свое удостоверение, и сержант вышел в коридор.

Артем сел на стул, подвинув его ближе к койке.

– Привет, адвокат, – хихикнул Пастор, тут же закашлявшись. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

– Как вы себя чувствуете, Соболев? Так понимаю, что разговаривать вы в состоянии, да?

– С тобой, да, Павлов. Остальные мне неинтересны. Тупые и скучные, как овцы. Только «бе» да «ме»…

– Зачем вы хотели покончить с собой? – задал вопрос адвокат. – Мне просто интересно.