Огненный холод - Антон Леонтьев

– Я этого не допущу! Сучка поплатится за то, что сделала! А его высочество тоже желает ее смерти – тогда у него появится шанс унаследовать то, что ему и так по праву причитается.

– Вот оно что... – усмехнулся Костя Бык. – И герцог, разумеется, отвалит тебе часть, причем немаленькую, своего наследства? Ну, хотите вы хлопнуть бабу, и что с того? Эка невидаль! Конечно, за границей это сделать сложнее, чем в России, но пускай его голубое высочество наймет киллера, тот прихлопнет тетку, и все будет в порядке. Я-то здесь при чем?

Анжела в упор посмотрела на Костю.

– А при том, мой милый, что операция чрезвычайно важная и не должна закончиться провалом. Поэтому нужен человек не со стороны, а тот, кому можно доверять на сто процентов. Тот, который сделает все, как нужно. Тот, который не подведет. То есть ты, Костя Бык!

Герцог, внимательно следивший за их разговором, ведшимся по-русски, замотал жирной шеей, словно понимая, о чем идет речь. Анжела закурила сигарету, выпустила дым и заключила:

– Убить Марину Сфорца-Малатеста должен ты. И ты сделаешь это ради меня, ведь так, Костя Бык?

* * *

Удивительно, но Кирилл не узнал ее тогда, во время переговоров и подписания контракта. Еще бы, ведь прошло больше двадцати лет, и она из обыкновенной советской студентки, не совсем уверенной в себе, наивной и пугливой, превратилась в могущественную и богатую герцогиню Марину Сфорца-Малатеста.

Но Кирилл в любом случае должен понести заслуженное наказание. Причем не только Кирилл, но и два его дружка. Как же их звали... Максим Зотов и Артем Белоцерковский.

Договор был подписан четыре дня спустя, и состоялся даже прием а-ля фуршет, на котором Кирилл, уже не совсем трезвый, говорил итальянской гостье плоские комплименты и старался завоевать ее внимание. Надо же, когда-то он Марине даже показался приятным молодым человеком. Правда, его мерзкая сущность проявилась быстро. Теперь же перед ней находился мужчина средних лет, пересыщенный жизнью и не умеющий держать себя в руках. Обыкновенный неудачник, которому сначала помогал могущественный папа, а потом после его смерти те же функции на себя взяла старшая сестра.

Марина внимательно наблюдала за Анжелой Извольской. Та достигла многого – но какими путями! Про нее говорили, что своего богатого мужа она убила, а конкурентов нещадно устраняла, запугивала и подкупала.

Вернувшись в Рим, Марина тотчас обратилась в одно из старейших европейских сыскных агентств, потребовав собрать информацию на трех человек – Кирилла Гелло, Максима Зотова и Артема Белоцерковского. И неделю спустя у нее на столе лежали три папки.

Она начала с Кирилла. Тот, как Марина и предполагала, ничего в жизни не достиг. Собственно, ему и не требовалось ничего достигать. Брал от жизни по максимуму, купался в наслаждениях и богатстве после того, как унаследовал от покойного отца половину его состояния. Но всем в их семье заправляла Анжела, в том числе и братом, который являлся номинальным главой нескольких предприятий. Женат Кирилл не был, зато с завидной регулярностью менял любовниц. Несколько раз проходил курс лечения от алкоголизма и наркозависимости в России и за рубежом, однако, судя по всему, оно ничего не дало – он по-прежнему пил и принимал наркотики.

Максим Зотов являлся ныне крупным бизнесменом, сфера его деятельности – деревообрабатывающая и целлюлозная промышленность. Нажил огромное состояние, являлся одним из так называемых олигархов, причем чрезвычайно лояльным к власти. У него имелись жена и двое детей. С Кириллом Гелло встречался эпизодически, но отношений не поддерживал. Помимо всего прочего, избирался депутатом Госдумы, однако в прошлом году добровольно сложил полномочия, чтобы вновь иметь возможность сконцентрироваться на бизнесе. Был в числе руководства одной из самых крупных российских партий, которую поддерживал финансово.

Артем Белоцерковский окончил медицинский институт, защитил в двадцать четыре года кандидатскую диссертацию, а в тридцать три – докторскую. Он, как и мечтал, превратился в нейрохирурга, известного не только в России, но и по всему миру. У него имелась частная клиника в Москве, однако он не меньше шести месяцев в году проводил вне пределов родины – оперировал за границей. Считался одним из гениальных хирургов, спас сотни человеческих жизней, в первую очередь чрезвычайно состоятельных пациентов. Был женат, но сейчас в разводе. Его сын в данный момент учился в Америке.

Что же, три человека, и у каждого своя судьба. Причем каждый из этих троих имеет непосредственное отношение к ее собственной судьбе. По всей видимости, настало время действовать...

* * *

Так уж получилось, что вскоре на каком-то приеме Марина столкнулась с Артемом Белоцерковским – тот был одним из гостей. Артем – как и двадцать лет назад, высокий и худой – выглядел моложаво и прибыл не один, а в сопровождении юной спутницы, какой-то модельки. Он отлично говорил по-английски и по-итальянски, вел себя как настоящий джентльмен. Марина попросила хозяйку приема представить их друг другу.

Артем поцеловал ей руку и произнес по-русски:

– Герцогиня, я слышал, что вы родом из России. Это правда?

Марина по-английски ответила:

– Когда-то это было правдой... Но мне пришлось покинуть родину, потому что мой жених умер.

– Какая трагическая история! – дежурно произнес Артем. – Несчастный случай или внезапная болезнь?

– Убийство, – пояснила Марина. – Заказное убийство. Мой жених был журналистом и докопался до одной грязной истории, в которую были замешаны отпрыски влиятельных лиц страны. Он хотел предать эту историю огласке, за что и поплатился жизнью.

На лице Артема застыла мина растерянности:

– Увы, такое в России происходит часто. Система законов несовершенна, знаете ли...

– Но ведь и в Советском Союзе такое тоже бывало, – продолжала Марина. – Кто-то мне рассказывал, что много лет назад, на Черном море, погибли две девушки-студентки, и к их смерти были причастны дети влиятельных лиц. Дело, конечно, замяли. А вам ничего об этом не известно?

Артем дернулся, в глазах за стеклами очков вспыхнул страх.

– О, что вы, герцогиня! Откуда мне знать? – заявил он поспешно. И постарался сменить тему разговора: – Я всегда был прилежным студентом! Мой сын, знаете ли, тоже намеревается стать нейрохирургом, сейчас начинает обучение в Медицинской школе Гарвардского университета. Не поверите, но он чрезвычайно талантливый юноша...

Марина поняла – Артему неприятно говорить о прошлом. Значит, он не забыл, значит, помнит, значит, его мучает совесть.

Марина не стала продолжать беседу о давних событиях, чтобы Артем ничего не заподозрил. Хотя ему все равно оставались считаные дни на свободе.

Она могла понять, что тогда молодые люди не хотели портить себе жизнь. И даже могла понять, что они не считали себя виноватыми. И даже могла понять, что три сынка высокопоставленных родителей забыли о произошедшем и не вспоминали о своих жертвах...