Пусть мертвецы подождут - Роберт Райан

– Не могу это обещать. Но, возможно, я сумею облегчить его состояние.

Пока они пробирались по тропе, озаряемой болезненно-жёлтым светом лампы, Ватсон спросил мисс Дин, как они с Холмсом встретились.

– Он нашёл меня на берегу однажды вечером, когда я рисовала, – это было посреди зарослей критмума – и заговорил о пейзаже на острове. Насколько он необычный, как долго здесь живут люди. Он указал на Брумвей…

– На что?

– Брумвей. Это тропа, которая уводит в море по пескам.

– Приливная?

– Да.

– И куда она ведёт?

– Ступайте осторожнее, – сказала она. – Дорога тут очень неровная. Гляньте, ваш коттедж вон там.

Он всмотрелся во мрак и увидел очертания тростниковой крыши на фоне почти беззвёздного ночного неба.

– Всего десять минут до комендантского часа, – послышалось из темноты.

Ватсон увидел чьи-то очертания: солдат территориальных войск, как он предположил, сидел в самодельной сторожке на краю сада.

– Не беспокойтесь… капрал Дил, верно?

«У неё глаза лучше моих», – подумал Ватсон.

– Да, мисс.

– Я просто отведу майора Ватсона и тотчас же вернусь куда следует. Вас это устроит?

– Поторапливайтесь, мисс. Старик сейчас не очень-то благодушен. Мы потеряли одну женщину, и всё такое.

– Правда?

– Лучше спросите вашего друга-джентльмена об этом. – Капрал и сам был не в духе, судя по голосу.

Пока они шли дальше, Ватсон объяснил более подробно, в чём заключается необходимость вывезти Холмса с острова для проведения медицинского обследования. Он не упомянул о танках или Левассе, который сделал побег вещью куда более срочной, чем когда бы то ни было. Кто-то должен был отправиться во Францию и предупредить военных о том, кто затесался в их ряды. Даже если этим «кем-то», не дай бог, окажется майор Джон Ватсон.

– Как давно вы здесь? – спросил он.

– Пару недель. – Она подождала вопроса, который неизбежно должен был прозвучать следом. – Хотите знать, почему меня выслали?

– Только если вы сами хотите рассказать.

– У меня есть брат… ох, не имеет значения. Я была небрежна, только и всего. Я повздорила со старшим офицером батареи, и однажды утром в мою дверь постучалась полиция. Вышло так, что я представляю риск для государственной безопасности и защиты королевства.

– Что ж, я странным образом доволен, что вы здесь. Ради блага Холмса. Я опасался, что найду его довольно истощённым.

– О, сомневаюсь, что я сильно на это повлияла. Мне показалось, женщины его на самом деле не очень-то интересуют. Тот факт, что я люблю наблюдать за птицами и рисовать их, оказался куда более важным, чем мой пол.

– Не думаю, что могу с этим спорить.

– Впрочем, тот факт, что я могу приготовить сносный пирог с мясом и почками, похоже, также привлёк его внимание.

Оба рассмеялись вслед за этими словами. Холмс всегда любил поесть. И она, сама того не зная, кормила его пищей, которая могла сдерживать анемию.

– Вот мы и пришли. Хотите, чтобы я вошла и зажгла огонь?

– Мисс Дин, вы балуете всех мужчин на острове?

Она хихикнула:

– Только знаменитых, доктор Ватсон. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. О, мисс Дин, ещё кое-что. Этот Брумвей. Что ещё Холмс о нём рассказал?

– Что он идёт до большой земли. И что это самая смертоносная дорога в Британии.

Сочетание темноты и тумана было необычайно благоприятным для миссис Грегсон. Тем не менее она выжидала в своём убежище – в шкафу для хранения инвентаря возле носовой части «Короля Бёрнхэма», справа по борту, – пока не убедилась, что судно пришвартовалось на ночь.

Пробираясь по палубе и вглядываясь во тьму, чтобы увидеть, не остались ли на борту какие-нибудь моряки, она размышляла о том, как хорошо сработала их уловка. Доктору Ватсону надо было лишь крикнуть «Женщина за бортом!» и бросить спасательный пояс в узкий залив. Но то, как неистово он стянул жакет и забрался на перила, явно в нескольких секундах от того, чтобы нырнуть в тёмную воду внизу, убедило капитана и команду, что миссис Грегсон и впрямь предпочла прыгнуть, лишь бы не возвращаться на Фаулнис. Его стянули с перил, применив силу. Последовавшие за этим стенания Ватсона и скрежет зубов, как ей показалось, граничили с мелодрамой, но, похоже, фокус удался. На борту никто искать не стал, и даже на Фаулнисе её попытку побега приняли за чистую монету. Оставалось лишь дождаться, пока «Король» вернётся в Бёрнхэм, и подгадать благоприятный момент.

В верхней части трапа, ведущего на пирс, была цепь, и миссис Грегсон, действуя аккуратно, чтобы не звякнуть, сняла её, прошла на трап и повесила на место. На борту раздавались голоса, звон стаканов и смех, но, насколько она могла судить, вся команда благоразумно была внутри, а не снаружи, в тумане.

Она поспешила на сушу и направилась к выходу с пристани, который должен был привести её к началу главной улицы. По ней, потом по Стейшен-роуд – и она успеет вовремя, чтобы сесть на один из последних поездов до Ливерпуль-стрит^[131]. А потом…

– Мисс?

Мужчина нарисовался в тумане и встал у неё на пути, оказавшись перед богато украшенными воротами, которые отделяли миссис Грегсон от её свободы. За пятьдесят, чисто выбрит, в униформе одного из подразделений территориальных войск. Караульный был вооружён винтовкой «Мартини-Генри», которая была старше его самого.

– Что это вы здесь делаете, мисс? Сюда запрещено проходить, когда ворота закрыты.

– Миссис, – поправила она и указала назад, на «Короля Бёрнхэма»: – Я просто принесла ужин моему мальчику, Сэму.

– Вы здесь не проходили.

– Проходила.

Караульный прищурился:

– Не видал я вас тут. – Он окинул её взглядом с ног до головы.

По крайней мере миссис Грегсон была не в какой-нибудь тюремной униформе, но пальто, которое ей выделили, оказалось на два размера больше и с воротником, побитым молью. Не самый элегантный вид. Она почти могла оказаться…

Миссис Грегсон подпустила в голос хрипотцы:

– Ну лады, ты меня поймал. Сколько? – Она повела бедром.

– Чего сколько?

– Сколько возьмёшь из той суммы, которую я только что заработала с морячками, милый мой. – Она шагнула ближе, и караульный немного попятился. – Я стрясла немного деньжат с матросов сегодня вечером. Полагаю, если немного поделиться, это будет справедливо. Полкроны – и дело с концом? – Она начала копаться в своей сумке.