Эта вдова не плачет - Картер Браун

Пока Карен хлопотала возле бара, я серьезно раздумывал, не стоит ли мне выскользнуть из комнаты за полицейской дубинкой. Потом вдруг сообразил, что у меня ее все равно нет.

Блондинка протянула мне полный бокал, затем вернулась к своему креслу. Я не сводил с нее глаз, но она была невозмутима. Так что мне не оставалось ничего иного, как примириться с тем, что она не пошутила.

— Сэмми Дайк сказал мне, что сегодня утром вы были в хижине, — неожиданно заговорила она.

— Сэмми Дайк? — переспросил я.

— Вы с ним немного поговорили, прежде чем уйти.

— А-а, — сообразил я. — Сэмми — тот парень из младшего персонала?

— Потом, сегодня вечером, — продолжала она, — когда вы прошли в проекционную, я подслушивала под дверью.

— По всей вероятности, у вас особый интерес к данному делу?

— Манни Крюгер, — просто сказала она. Я недоверчиво покачал головой:

— Никто не смог бы заинтересоваться Манни Крюгером бескорыстно.

— Вам не понять! — фыркнула Карен. — Но я довольно долго работала вместе с ним и теперь знаю, что делаю.

— Насколько близки вы были? — прямо поинтересовался я.

Ее лицо вспыхнуло.

— Именно такого вопроса и можно было ожидать от человека с вашим воображением. Вообще-то вас это не касается. Но случилось так, что мои взаимоотношения с Манни чисто деловые. Возможно, вас это удивит, но Манни на редкость симпатичный человек. И мне не хотелось бы, чтобы его интересы пострадали.

— Ну и что дальше?

— Сэмми рассказал, какое вам дали поручение. Как сегодня утром Рейзер и...

— Сэмми — второй специалист по подслушиванию у замочной скважины? — перебил ее я.

— Это не столь важно! — Она чуть не топнула ногой. — После того как я подслушала разговор в проекционной, мне стало ясно, что ваша задача невыполнима. У вас нет никаких шансов добиться успеха, вы все испортите, а козлом отпущения станет Манни. Именно он, а не вы, получит пинок от Рейзера.

— Откуда такие предположения?

— Джо Рейзер — всего лишь вымышленное имя, — гневно крикнула она. — На самом деле его зовут Иван Грозный! Когда что-то идет вкривь и вкось, он всегда сваливает вину на кого-то. Вы не числитесь в его штате, а Манни — его работник. — Она вздернула подбородок. — Возможно, это покажется вам странным, но Манни во многих отношениях совершенно беззащитен. Я слышала, как он говорил о нецелесообразности траты времени на невыполнимое поручение. Джо Рейзер чуть не набросился на него с кулаками... И если вы сейчас позвоните Рейзеру и заявите, что передумали, он не сможет обвинить в этом Манни. Ведь так?

— Так, — согласился я. — Он обвинит меня. И погубит мою репутацию в этом городе, как он и обещал.

— Вы слишком крупная фигура, чтобы он мог вам повредить! — Девушка, облизнув губы, одарила меня ослепительной, но фальшивой улыбкой. — Кроме того, если вы прислушаетесь к моим словам, то я постараюсь восполнить вам потерю благосклонности Рейзера.

— Новым ударом по физиономии? — спросил я с иронией. — Нет. Манни придется рисковать вместе со всеми остальными.

— Ненавижу мужчин! — воскликнула она.

— А я ненавижу женщин-боксеров. Наша взаимная неприязнь нас никуда не приведет. Есть всего один путь помочь Манни: помогать мне.

— Уточните, — попросила она.

— Чем быстрее я выясню, была ли смерть Гейл самоубийством, тем меньше шансов у Годфри узнать, что я делаю, — спокойно произнес я. — Вы работаете с Манни около трех лет и, может быть, помните людей, которые были близки к Ллойду Карлайлу в то время, когда умерла его жена?

Я почти физически ощущал, как заработал компьютер в ее мозгу.

— Вы хитрый дьявол, Холман! — наконец сказала она несколько растерянно. — Не знаю, как это у вас получается, но я приехала сюда, чтобы предложить вам сделку, а теперь уже вы мне ее предлагаете. И знаете, я склонна принять ваши условия.

— Хотите, чтобы я прыгнул вам на колени, а потом ударил между глаз для закрепления договоренности? — спросил я игриво.

Она не отозвалась на шутку, потому что снова о чем-то глубоко задумалась. Глаза ее смотрели серьезно.

— Манни и Ллойд всегда были добрыми друзьями, — медленно заговорила она. — Они встречались, проводили вместе время. А я, как верный Пятница при Манни, тоже часто видела Ллойда. Мы с Манни провели пару тревожных ночей после самоубийства Гейл. Не спали ни минуты, пока не стало ясно, что все будет в порядке.

— Она умерла от избыточной дозы снотворного? — спросил я.

Карен Брайн кивнула.

— Вскрытие это подтвердило, но согласно вердикту коронера это был несчастный случай. Все знали, что Гейл была не только милой женщиной, но чуть ли не профессиональной теннисисткой и потрясающей пловчихой. Это была симпатичная женщина, без всяких комплексов... — Карен выразительно пожала плечами. — А приятные, здоровые молодые женщины не кончают жизнь самоубийством.

— Однако почему такой молодой здоровой женщине потребовалось снотворное? — спросил я.

— Она его не употребляла — пилюли принадлежали Ллойду. Именно это и помогло сделать заключение о “несчастном случае”. Было высказано предположение, что она не могла заснуть, поэтому наглоталась таблеток, не подозревая, что большая их доза может быть опасной и даже смертельной.

— Вы думаете, она намеренно покончила с собой?

— Гейл искренне любила Ллойда. Он же не хотел отказаться от своей любовницы. Поэтому жена дошла до такого состояния, что больше не могла с этим мириться. Вы знаете, как это бывает...

— Какое место в этой истории занимает Лестер Фосс?

— Лестер Фосс? — Ее брови удивленно взметнулись вверх.

— Он же был ее любовником, не так ли? — поспешил уточнить я.

— Фосс? — Карен коротко рассмеялась. — Вы, должно быть, шутите? Или, вернее, кто-то посмеялся над вами?

— Так он не был ее любовником?

— Нет, нет и еще тысячу раз нет! Правда, он много времени проводил в их доме. Но ведь Лестер был давнишним приятелем Ллойда, только и всего.

— Что скажете о Вивиен, любовнице Ллойда?

— Я как-то не могу себе представить, чтобы она пробралась среди ночи в дом и заставила Гейл проглотить все эти таблетки. — Ее голос был холоден. — Но это не значит, что она не попыталась бы это сделать, если бы, конечно, была уверена, что ей удастся выйти сухой из воды.

— Что за человек был Карлайл? Карен Брайн вздохнула:

— Это черт знает что за вопрос! Полагаю, это был точно такой же человек, как и любой другой: в нем сочетались не менее шести разных индивидуумов. Во-первых, был кинообраз, созданный Карлайлом: красивый динамичный сорвиголова, готовый победить мир. Во-вторых, он был профессионалом и знал все особенности кинобизнеса. Кроме того, он был способен очаровать любую женщину и забраться в ее постель на следующий же день. Далее: ненасытный любовник — ему необходимо было иметь как минимум двух женщин — жену и любовницу, — чтобы доказать самому себе, что мрачный шарм и мужественность все еще присущи ему. Наконец, не следует забывать холодного мерзавца, который безжалостно уничтожил бы всякого, кто посмел встать у него на пути... Вы удовлетворены, Холман?