Бегущая от Мендельсона - Марина Серова

Удовлетворенно отметив, что ничего другого не следовало и ожидать, я все-таки взяла себе порцию проспоренного самой себе мороженого, чтобы совсем уж скучно не было. Третья порция подряд – слишком даже для меня, большой любительницы этого продукта. Но, увы, любая работа требует дополнительных сил.

С этим человеком явно требовалось познакомиться ближе, вот только я пока не могла придумать, как лучше это сделать. Прямо подойти и в лоб спросить, какого рожна ты пасешь мою клиентку, не казалось мне замечательной идеей. В другом подобном случае я могла бы так поступить, но не сейчас. Меня не покидало ощущение, что Ксения рассказала мне не все. И мне сразу же стало гораздо интереснее, чем вчера вечером.

Тогда я думала, что, скорее всего, за Ксенией таскается либо мальчик, решивший поиграть в благородного рыцаря, либо сексуальный маньяк, либо обычный мошенник. Теперь же я была приятно удивлена, что дело становится все более и более любопытным. А чем дольше я думала, тем меньше сомнений оставалось и тем более крепла моя уверенность. Дело здесь было нечисто.

Я закурила сигарету и, полуотвернувшись, чтобы не слишком мозолить глаза парню, задумалась о том, как же поступить дальше. В этих раздумьях прошло немногим менее часа, но я приняла решение. Сидеть здесь дольше было небезопасно в том смысле, что шпионившего за Ксенией парня могла заинтересовать моя персона. Нужно было перебазироваться и занять такую позицию, при которой и парень, и оба выхода из здания академии оставались в поле моего зрения, а вот я сама была скрыта от глаз преследователя.

Я неторопливо поднялась, не удостоив тянувшего колу парня даже мимолетным взглядом, достала сотовый и, сделав вид, что возмущена неслыханным хамством, принялась выговаривать несуществующему абоненту свое негодование.

– Я торчу здесь уже битый час, как последняя дура! – зло и громко проговорила я, проходя мимо столика, за которым сидел преследователь. – А ты просто тупо проспал!

Костеря на чем свет стоит немую и покорную трубку, я покинула территорию кафе и двинулась вдоль по улице в сторону сквера. Сам сквер как таковой меня не интересовал, мне нужно было попасть в туалет, расположенный неподалеку. Бросив женщине на входе металлическую десятку, я прошла в кабинку и раскрыла сумку. Маскировка была проведена оперативно: поверх кофточки был надет черный блейзер на «молнии», а серенькие бриджи я быстро сменила на плиссированную юбку-брюки, очень свободную и не стесняющую движений.

Долой унылую резинку, и вот мои темные волосы пышной волной упали на плечи. Смочив руки водой, я быстро взбила локоны и смазала гелем, создав эффект мокрых волос. Подправить почти незаметный макияж было делом трех минут, в результате чего я стала обладательницей сочно-красных губ, утолщенных помадой под африканские. Темные очки, элегантный клатч, выуженный из задрипанной сумки. Саму сумку я свернула и сунула в яркий пакет, украшенный разноцветными бабочками: теперь они поменялись местами, до этого пакет лежал в сумке, дожидаясь своего часа.

От образа серой мышки не осталось и следа. Теперь из зеркала на меня смотрела зрелая дама, знающая себе цену. Томно улыбнувшись отражению, я вышла из туалета. Женщина, продающая билеты, не выразила ни малейшего удивления от такой метаморфозы, что объяснялось просто: за день мимо нее шныряет столько народу, что она и не думает следить, кто скрылся в кабинке, а кто потом из нее вышел. К тому же для того чтобы разглядеть сами кабинки, ей нужно как минимум встать и пройти в соседнее отделение, чего она без нужды делать не собиралась.

Теперь я без всякой опаски вышла на свет божий, тут же отметив, что парень по-прежнему сидит в летнем кафе, только теперь к его бутылке колы добавилась еще и бутылка минеральной воды, а также чашка кофе.

«При таком подходе к работе ему следует носить памперсы», – невольно усмехнулась я про себя, зная, что многие профессиональные сыщики поступают именно так, что существенно облегчает им жизнь.

Я не спеша прошла в глубь сквера, купила на лотке какой-то женский журнал и присела на лавочку. Место дислокации было выбрано очень удачно: парень был у меня как на ладони, но при этом меня не видел – я сидела в стороне, в тени высокого тополя. Посмотрела на часы. До окончания учебы Ксении оставалось больше трех часов. И это тоже подтверждало, что парень ждет ее не потому, что томим страстью нежной. Иначе он бы просто умер с голода, тратя все время, в которое положено либо работать, либо учиться, на протирание штанов.

Ну, ждать я умела, этому еще в первом классе Ворошиловки учат. Парень, видимо, тоже освоил эту науку с отличием, потому что никоим образом не выдавал того, как он мается от сидения на месте. Наконец в три часа двери академии часто-часто захлопали, открываясь и закрываясь, и из них принялись выныривать студенты обоих полов, расходящиеся в разные стороны. Многие шли через сквер, проходили мимо меня – молодые, смеющиеся, спешащие жить…

Я подобралась и поверх темных очков принялась вглядываться в двери.

Мой подопечный внезапно поднялся со стула и вышел из кафе. Я увидела, что Ксения появилась из центрального выхода академии, удобнее повесила на плече сумочку на длинном ремешке и пошла по направлению к центру города.

Она заглянула в пару магазинчиков и спустилась в район недавно открытого рынка, который стал именоваться Привозом. Здесь прямо на улице торговали овощами и фруктами, а в павильонах можно было купить все, что угодно: начиная от мяса и заканчивая краской для волос. Я следила за девушкой, возможно, она завернула сюда для того, чтобы прикупить чего-нибудь на ужин. Однако она почему-то не спешила этого делать.

Ксения медленно побрела по рядам лотков с разнокалиберным товаром, ничего не покупая и не выбирая. Она даже не останавливалась, периодически с рассеянным видом качая головой в ответ на зазывные предложения продавцов приобрести именно их товар. Ее не волновали ни «огурцы-молодцы», ни «вай, какой пэрсик!», ни «свежие арбузы».

Парень, чтобы не потерять Ксению в толпе, вынужден был приблизиться. Я сделала то же самое, а мысленно чуть-чуть расслабилась.

То, что мне было нужно в первом приближении, я уже выяснила: за моей клиенткой на самом деле идет слежка. Причем делается это на хорошем уровне, и, главное, пока угроз для нее я не вижу. Цели слежки придется обговаривать с преследователем при личной с ним встрече. Это становится явно необходимым делом, но его-то как раз можно отложить: ни он против Ксении, ни я против него без ненужного риска ничего не сможем предпринять среди бела дня и на глазах у людей.

Значит, сейчас нужно спокойно дождаться, пока Ксения нагуляется по базару, а затем проводить ее домой и обсудить ситуацию. Дома можно вообще не волноваться за ее безопасность: вряд ли этот парень станет ломиться в многоквартирный дом с оружием. И вообще, у меня создалось впечатление, что он просто-напросто следит за перемещениями Ксении, просто фиксируя их и не собираясь при этом предпринимать ничего другого! Но зачем ему это нужно?

Я бросила взгляд на Ксению и парня, торчащего у нее за спиной на расстоянии пяти-семи метров. Ксения явно не спешила уходить с рынка, но ничего не покупала и вроде бы не намеревалась. При этом вид у нее был такой, словно она занята каким-то важным делом. Она хмурила брови и смотрела по сторонам с сосредоточенным видом, словно кого-то высматривая. Это меня насторожило. И вообще, мы не договаривались, что Ксения пойдет в Привоз, она должна была отправляться сразу же после занятий домой. Почему она сменила тактику?