Я стану тобой - Наталья Андреева

– Ну, ежели такая красивая барышня просит… И хозяйка дозволяет. Из уважения к присутствующим дамам! – гаркнул Микоша. Голос у него был зычный, как у какого-нибудь двухметрового гиганта с соответствующим объемом легких, и такая же не по росту большая нога. Глянешь на сапоги – великан, а глаза поднимешь: где ж великан-то? Метр с кепкой. Но зато голосище! Вот какой был Микоша.

Он бережно, стараясь не дрожать рукой, поднес рюмку ко рту и, сложив губы трубочкой, не выпил, а скорее вытянул из нее водку. Высосал до капли, причем беззвучно, без чмоканья, без вульгарного бульканья, со всем глубочайшим уважением к употребляемому продукту. После чего нюхнул кусок хлеба, положил его на стол рядом с пустой тарелкой и с тоской уставился на бутылку, в которой водки еще было больше половины.

– Передохни чуток, – пробасил Кит, ставя перед Микошей миску с нарезанным толстыми ломтями бело-розовым салом.

– То не мне, гостям, – важно сказал тот.

– А ты что ж? – насмешливо спросила Лидия. – И не закусываешь никогда?

– Чего тут закусывать? – вздохнул Микоша. – Я ж сегодня лояльный и обоюдный.

– Как-как? – прыснула Машенька.

– Трезвый, говорю, как стекло. С утра готовился.

– А-а-а… – протянула Лидия, а Лева хмыкнул.

– Погода-то, а? – стал подводить разговор к очередной рюмке Микоша. У него были свои, годами отработанные методы пития на халяву и своеобразный кодекс чести. Кодекс чести алкоголика, как ни смешно это звучит. – С утра передавали штормовое предупреждение, – важно сказал он.

– Кит, ты бы включил телевизор, – заволновалась Лидия.

– А что нам погода? – пожал могучими плечами тот.

– Включи, говорю!

Кит послушно взялся за пульт.

– …специальный выпуск новостей…

– А я что говорю? – встрепенулся Микоша. – Вот за хорошую погоду…

– Да погоди ты! – прикрикнула Лидия. – Это местные новости. Не о том они сейчас.

– …сбежал опасный преступник.

– Откуда сбежал? – заволновалась Машенька.

– …из психиатрической больницы, – равнодушно сообщила хорошенькая дикторша с экрана телевизора. – Убиты главный врач Маргарита Павловна Абрамова и один из санитаров. Почти шесть лет назад Владимир Тычковский, совершивший с особой жестокостью несколько изнасилований и убийств, был признан судом невменяемым и помещен в психиатрический стационар закрытого типа под усиленное наблюдение. Сегодня ему удалось оттуда бежать. Помните, что этот человек особо опасен, к тому же у него сейчас рецидив болезни. Немедленно сообщайте в милицию о его появлении! Приметы Тычковского: высокого роста, среднего телосложения, темноволосый, черты лица правильные…

– Лучше бы фото показали, – проворчал Лева.

– Обратите внимание на фото: перед вами опасный преступник… – словно в ответ на его слова сказала хорошенькая дикторша.

Лидия, подавшись вперед, впилась взглядом в экран телевизора, Машенька тоже не на шутку разволновалась. И в этот момент по экрану пошли широкие полосы, раздалось шипение, треск, потом изображение и вовсе исчезло, звук тоже.

– Кит! – закричала Лидия. – Что это такое?!

– Должно быть, антенна отошла, Лидуша, – пробормотал тот.

– Да почему ж она отошла?!

– Так ураган… – развел руками Кит. – Хорошо хоть свет есть. В такую погоду всякое бывает.

– А еще этот маньяк, – вздрогнула Машенька. – Б-р-р-р…

– Да чего нам бояться? – Кит сжал огромные кулаки и показал их всем. – Пущай только тронет кого из вас! А антенну я, Лидуша, починю. Хочешь, сейчас и полезу на крышу?

– Ты что, спятил? – рассердилась Лидия. – Куда ты, чудило, полезешь? На улице ураган! Ну не дал бог человеку мозгов, чисто дитя малое! Господи, прости, – она торопливо перекрестилась. – Не умрем без телевизора. Вон, радио есть, – кивнула она на видавший виды тюнер.

– Вот за радио… – потянулся к бутылке Микоша. – Давай выпьем, тезка!

По паспорту его, как и Кита, звали Николаем, хотя об этом все давно уже позабыли, поэтому переглянулись удивленно.

– Тю! Неугомонный! – покачал головой Кит. – Ладно, наливай.

– Николай! – строго сказала Лидия. – Помни!

– Да ты бы не волновалась, соседка, – заступился за Кита Микоша, наливая две полные рюмки водки себе и ему. Он уже прекрасно знал, кто сколько пьет, знал, что Леве предлагать бесполезно, Машенька тоже вряд ли поддержит. Единственная надежда – Кит, если удастся уговорить Лидию немного отпустить вожжи. – Ты глянь на него. Ему ж ведро надо, чтобы захмелеть. То ли дело я. Нюхну – и готово.

– Знаю я, как ты нюхнешь. Раз нюхнешь – бутылки нет. Потом ищи тебя в блюде со студнем, веди домой, спать укладывай. А коли не допил, так на ссору начнешь нарываться, руки распускать. Мороки с тобой, – поморщилась Лидия. – Хотя куда ты сегодня пойдешь? – вздохнула она. – Метель на дворе, да и на улице ни души, ссоры искать не с кем. А здесь тебя Коля мигом успокоит. Похоже, все мы сегодня в одной лодке. Пейте, черт с вами, – неожиданно грубо сказала она.

– Ну, за стихию! – поднял рюмку Микоша. – Чтоб никакой маньяк не помешал нам, товарищи, культурно посидеть. То есть чтоб она бы помешала какому-нибудь маньяку помешать нам… – Он сбился, Машенька с Левой переглянулись и прыснули. – В общем, за нас! – закончил путаный тост Микоша. – Хорошо сидим!

– Чего сказал-то? – вздрогнул Кит.

– То не я, то классика! – Микоша поднял вверх указательный палец. – Не нравится, скажу по-другому: как же я вас люблю, дорогие мои соседи и их дорогие товарищи гости! Вот за это и выпьем. За любовь! – гаркнул он.

Не успел Микоша поднести рюмку ко рту, как раздался стук в дверь.

– Кого там несет? – удивленно спросила Лидия. – В такую-то погоду!

– Еще гости? – предположила Машенька.

– Мы никого не ждем, – сурово сказала именинница.

– А Хватовы? – напомнил Лева.

– Они не пойдут, у них кабанчик, – тут же заступился за Хватовых Микоша. – И брага выхаживалась, сам видел. Нынче гнать будут, – мечтательно сказал он. – На первак не позовут, так я завтра на остаточки нагряну. Не, точно не Хватовы.

– А кто? – переглянулись женщины.

– Я посмотрю, – встал из-за стола Кит.

– Осторожнее там, – предупредила его Лидия.

– А пойдемте все! – предложил Лева и тоже встал.

– Все так все. Имеются в виду мужчины, бабам там делать нечего. Ну, за нас, за мужчин! Походную, так сказать. – Микоша махом опрокинул рюмку водки и, путаясь в ногах, стал вылезать из-за стола.

– Машенька, и в самом деле, останься здесь со мной, – попросила Лидия. – Они сами разберутся.

– А если это он? – вздрогнула девушка.