Ящик Скиннера - Лэй Ми

Он дал сигнал через одностороннее зеркало, и спустя мгновение дверь допросной распахнулась, впуская двух полицейских.

Фан Му встал.

– Отведите его обратно в камеру. Продолжим позже.

Полицейские, подчиняясь приказу, снова надели на Люо Цзяхая наручники и кандалы, потом подняли его и повели к двери. На пороге он внезапно обернулся и позвал через плечо:

– Офицер Фан!

Фан Му жестом показал полицейским ждать. На лице у Люо Цзяхая появилось умоляющее выражение, и он хрипло произнес:

– Когда найдете Шен Сянь… вы позволите мне… я смогу… увидеть ее в последний раз?

Несколько секунд Фан Му смотрел на него, а потом медленно кивнул.

Как только Люо Цзяхая увели, на Фан Му навалилась усталость. Он опустился на стул, вытащил из пачки очередную сигарету и уже собирался прикурить, когда перед ним возникла чья-то рука, щелкнуло колесико зажигалки и вспыхнул оранжевый огонек.

Фан Му прикурил – и только потом развернулся. Это был Тай Вей.

Он пододвинул себе стул и сел с ним рядом. Внезапно поглядел на Фан Му и рассмеялся.

– Похоже, кое-чему ты все-таки научился, парень.

Фан Му выпустил струю дыма и чуть заметно улыбнулся.

– Думаешь, они могут быть еще живы? – спросил офицер.

На миг Фан Му задумался, а потом покачал головой.

– Крайне маловероятно. Люо Цзяхай ведет себя как человек, который сжег все мосты.

Тай Вей вздохнул.

– Мне тоже так показалось.

– Тебе надо срочно возвращаться?

– Да нет. – Полицейский расслабленно откинулся на спинку стула. – Они так и так уже мертвы. Задержись я на денек-другой, это роли не сыграет.

Фан Му затушил сигарету.

– Тогда идем обедать. Я приглашаю.

* * *

Фан Му и Тай Вей сидели напротив друг друга в ресторанчике неподалеку от участка. Дожидаясь, пока принесут еду, оба молча курили. Казалось, говорить было не о чем.

Первым нарушил молчание Фан Му:

– Ты женился?

Тай Вей отхлебнул чая. Потом вытер салфеткой рот и спросил:

– Откуда ты знаешь?

Фан Му улыбнулся и показал на левый безымянный палец: на коже осталась бледная полоска от кольца. Тай Вей заметно покраснел и потер след на пальце, словно пытаясь избавиться от него.

Фан Му ухмыльнулся:

– Твоя жена с характером. Но она очень тебя любит.

Тай Вей прищурился:

– Как догадался?

– Ну, ты снимаешь кольцо, когда уходишь на работу, и снова надеваешь, возвращаясь домой. Очевидно, ты до сих пор побаиваешься рассердить жену. Женщина, способная внушить страх человеку вроде тебя, должна обладать поистине выдающимися личностными качествами. – Фан Му рассмеялся. – Но это показывает также, что она очень ценит ваш брак – значит, любит тебя. Мои поздравления.

На лице Тай Вея появилось непривычно теплое выражение. Он усмехнулся:

– Она как малое дитя. Хочет, чтобы мы держались за руки даже во сне.

Очевидно потому, что поделился с Фан Му чем-то глубоко личным, Тай Вей вдруг расслабился и разговорился. Мужчина, заливавший в себя пиво стакан за стаканом и не выпускавший сигарету изо рта, снова стал похож на полицейского, который однажды на полном серьезе дал Фан Му пулю в качестве подарка.

В душе юноши возродились прежние дружеские чувства.

Пока они чокались и произносили тосты, он успел узнать, что Тай Вей не только женился, но и получил повышение, что Чжао Юнгуя сделали начальником участка, что несколько полицейских, работавших над делом Сун Пу, тоже продвинулись по службе, а еще кто-то лишился жизни.

Фан Му поведал Тай Вею, что сдал экзамены на государственную службу и теперь работает в Институте криминальной психологии при Департаменте общественной безопасности под руководством Бьян Пиня, тоже выпускника профессора Цяо.

Поскольку они давно не виделись, беседа вращалась в основном вокруг общих воспоминаний. Не все они были радостными, но тут уж ничего не попишешь. Помимо дела Сун Пу, у Фан Му и Тай Вея было немного общих тем.

– Иногда я приезжаю к общежитию в кампусе университета, иду на баскетбольную площадку, потом в спорткомплекс и в тот подвал. – Уже немного пьяный, Тай Вей посмотрелся в стекло ресторанного окна, но его профиль был почти неразличим в клубах дыма. – Я ничего не делаю, просто сижу там. Иногда мне кажется, что все, что случилось в тот год, – просто сон. Если б я не видел этого собственными глазами, просто не поверил бы, что человек может быть способен на такую жестокость… – Он рассмеялся. – Ты спас мне жизнь. А я, между прочим, так тебя за это и не поблагодарил.

Фан Му опустил голову и, немного помолчав, ответил:

– И не надо.

Тай Вею, похоже, тоже не хотелось об этом говорить. Он посмотрел в лицо Фан Му.

– А ты как? Похоже, неплохо устроился?

– Как сказать… Иногда работа ужасно скучная. Вообще-то изначально я хотел пойти в Департамент общественной безопасности, но Бьян Пинь настоял, чтобы меня перевели к нему.

Тай Вей фыркнул.

– Жалуешься, что нечем заняться? Попади ты в департамент, узнал бы, что значит работать на износ! – Он снова развернулся к окну, и лицо его помрачнело. – Ну, так или иначе, а ты все равно стал копом. Это из-за профессора Цяо?

Фан Му отпил из своей кружки и молча кивнул.

Тай Вей негромко вздохнул.

– На самом деле я до сих пор считаю, что работа в полиции тебе не подходит.

Фан Му криво улыбнулся и взял себе новую сигарету.

– Не думал сменить профессию?

– Никогда! – На этот раз ответ Фан Му был решительным и однозначным.

– Никогда, – повторил за ним Тай Вей.

Фан Му знал: тот прекрасно помнит, что он ответил в прошлый раз. Ответ остался прежним, только вот вопрос был другой. И никто не смог бы сказать, чья тут вина – Тай Вея или бледного парня с пронзительным взглядом, недавно сидевшего напротив него.

Тай Вей постарался немного смягчить тон:

– В будущем, если представится такая возможность, все-таки попробуй.

Несколько секунд Фан Му молчал. Потом вдруг вздернул голову и спросил:

– Когда ты пришел к выводу, что я не смогу стать копом?

Тай Вей смерил его глазами.

– Там, в подвале.

– О? – Брови Фан Му взлетели вверх, и он слабо усмехнулся: – Может, донесешь на меня?

Тай Вей, не сдерживаясь, рассмеялся.

– Нет. Ни за что. Но по той же причине я никогда не поверю, что ты способен быть хорошим копом.

– А что это вообще такое, хороший коп?

Тай Вей задумался. Помолчав некоторое время, сказал:

– Сам не знаю. Но это точно не ты. Ты не можешь эмоционально не вовлекаться в дело, вкладываешь в него слишком много себя. И, если законными путями