Раз улика, два улика! - Екатерина Вильмонт

– В таком случае, я предлагаю завтра с утра продолжитьзанятия, а потом смотаемся на машине в Пальму, погуляем там, пообедаем ивернемся опять на пляж. Годится?

– Годится! – воскликнул Гошка.

– Только вот насчет обеда… – осторожно вставилНикита. – Надо с мамами договориться…

– Договоримся, без проблем!

Из воды мальчики выползли еле живые и буквально рухнули напесок.

– Умаялись?

– Не то слово!

– Так, может, больше не хотите?

– Сегодня? – испуганно спросил Никита.

– Да нет, вообще?

– Хотим, конечно, хотим, просто…

– Понял! Вы пока отдышитесь, а я пойду отнесу серфинг!

– Папа, давай мы сами?

– Нет уж, отдыхайте! – и легкой спортивной походкой онотправился к пункту проката.

– Да, Гошка, если бы еще сегодня утром тебе кто-нибудьсказал, что ты встретишь отца…

– Не говори. Чего только в жизни не бывает! Слушай, Никит, аможет, посоветоваться с ним?

– Насчет чего?

– Насчет этой истории, а?

– Зачем? Мы ведь уже все решили… Не надо, Гошка, ее уже всеравно не вернешь.

– Да, наверное, ты прав…

– Ну, парни, живо в воду! – раздался голос АндреяИвановича. – Смойте с себя песок, переоденьте портки, и айда в кафе! Послепляжа милое дело попить чего-нибудь прохладительного!

Они не заставили себя просить дважды, и вскоре все втроемсидели в кафе и пили апельсиновый сок.

– Мороженого не предлагаю, ибо скоро ужин!

При этих словах оба мальчика ощутили поистине зверскийголод. Еще бы, в обед они почти не ели, а потом потратили столько энергии, чтосрочно нуждались в подкреплении. Но мужественно промолчали, потягиваяапельсиновый сок.

– Ну вот что, мои дорогие, вам пора! – сказал АндрейИванович, взглянув на часы. – Да и мне тоже!

– А ты… Ты не зайдешь к маме? – не без робости спросилГошка.

– Нет, сегодня не смогу, а вот завтра утром… полагаю, вашиммамам тоже захочется взглянуть на ваши успехи.

– Какие успехи! – завопил Гошка. – Позорище!

– Вот вы где! – раздался голос ОльгиАлександровны. – А мы вас искали на пляже…

– Как же мы разминулись? – удивилась Юлия Александровна. –Господи, какой у вас измученный вид!

– Мама, учиться всегда трудно! – ответил Гошка. –Но здорово!

– Все, хватит разговоров, пора ужинать, вы же за обедомничего не ели! – напомнила Ольга Александровна.

Андрей Иванович на прощание потрепал Гошку по волосам,похлопал по плечу и сказал внезапно охрипшим голосом:

– Ну, до завтра… Сегодня у меня такой хороший день… – и,отвернувшись, он быстро ушел.

После ужина мамы предложили мальчикам прогуляться по Кан Пастилье,но у ребят просто не было сил. Они пошли к себе и завалились спать, необменявшись даже последними впечатлениями.

Зато утром они проснулись одновременно.

– Ну и денек вчера был… – проговорил Никита, потягиваясь впостели. – Гошка, ты рад?

– Рад… – не очень уверенно ответил Гошка.

– Но, кажется, не очень?

– Да нет… Просто я не понимаю, что теперь будет…

– Ты про что?

– Ну ты же видишь, мама с ним… как чужая… И он с ней… Азначит, мы опять разъедемся, и… его опять след простынет…

– Нет, почему? Он, по-моему, просто в полном кайфе, что унего такой сын. И конечно, не захочет снова тебя потерять. Только в Россию онне вернется…

– Вот видишь…

– Гошка, ты хочешь все и сразу? Так не бывает… Сам подумай,еще вчера утром у тебя, считай, не было отца, а сегодня он уже учил наскататься на серфинге, завтра повезет в Пальму… И вообще, сколько ребят я знаю,у которых родители в разводе, а они живут себе и общаются с отцами вполненормально. Он, наверное, пригласит тебя к себе в Германию…

– Это все не то… Вот если бы они помирились с мамой…

– Тоже не исключено…

– Да ну, мама на него так обижена… И потом у нее есть одиндруг, я слыхал, они хотят пожениться… И у отца тоже, наверное, есть подружка.

– Это не факт. Была бы, приехала бы с ним сюда. А вообще,Гошка, тебя все равно не спросят…

– Это точно.

– Слушай, а если бы отец тебе предложил уехать с ним вГерманию?

– Насовсем?

– Ага, насовсем.

– Ни за какие коврижки. Я маму не брошу. И вообще… Я хочужить в Москве, говорить по-русски, нет… Насовсем я бы не согласился. Так, намесячишко, пожалуйста, а потом домой… Только это все чепухня, не предложит онмне такое… Зачем? Он про меня и не вспоминал целых пять лет, так зачем я емутеперь? Одна морока.

– Тогда ты маленький был, а теперь вон какой вымахал…

– Ну и что? Как говорит одна наша знакомая, маленькие детки– маленькие бедки, а с большими хлопот не оберешься. Ну все, Никита, поравставать, чур я первый в душ!

…Выйдя после завтрака в холл, они сразу увидели АндреяИвановича.

– Какая невероятная пунктуальность, – пробормотала ЮлияАлександровна. – Раньше он этим не отличался.

– Действительно! – усмехнулась Ольга Александровна.

– С добрым утром! – широко улыбнулся АндрейИванович. – Юля, Оля, вы позволите забрать ребят до вечера? Мы поедем вПальму и будем там обедать, вы не возражаете?

– Да нет, – чуть помедлив, сказала Юлия Александровна.

– Отлично! Тогда так, сейчас мы идем на пляж…

– Мы тоже! Нам только в час дня надо быть в отеле, у насвстреча с гидом…

– Понятно. Мальчики, я жду вас на пляже. С серфингом!

И он ушел. А они помчались переодеваться.

Вскоре все пятеро собрались на пляже. Мамы сразу полезли вводу и оттуда наблюдали, как их сыновья пытаются овладеть новым видом спорта.Гошка опять несколько раз свалился в воду, а потом вдруг случилось чудо – он сумелустоять на доске и удержать парус. Правда, это длилось не больше минуты и онопять свалился, но то, что он успел ощутить за эту минуту, стоило любых, самыхмучительных усилий.

– Папа, папа, получилось! – завопил он.

– Молодчина! – одобрил его Андрей Иванович. – Язнал, что у тебя получится! Никита, теперь давай ты!

У Никиты пока ничего не получалось. Но он, стиснув зубы,пытался снова и снова. Гошке не терпелось опять влезть на доску, но онпомалкивал. Но вот Никита упал в очередной раз и сказал: