Тур в никуда - Марина Серова

– А мне плевать! – с вызовом сказала Новохатская. – И не надо мне читать нравоучения, а то я подумаю, что вы не телохранитель, а из детской комнаты милиции. А что касается самолета… Один раз уже такое было: задержали рейс, когда папочка припозднился, – пояснила она.

– А, ну хорошо, сейчас я наберу Георгия Валентиновича и сообщу ему, где мы в данный момент находимся. – Я с готовностью вытащила из сумки сотовый.

– Стойте, подождите, не надо, – заволновалась Елизавета.

– Так мы едем в аэропорт? – спросила я.

– Да, – чуть слышно ответила Новохатская.

Она первая вышла из туалета. Не успели мы пройти и несколько шагов, как нам навстречу двинулась компания из трех парней и одной устрашающе накрашенной девицы. Один из парней – маленький и коренастый с копной рыжих волос – вышагивал как автомат со стеклянным выражением глаз и перекошенным ртом. Он вдруг преградил Елизавете дорогу.

– А ну стой! – крикнул он.

– А ну пошел! – в тон ему тоже прикрикнула Новохатская.

Парень удивленно воззрился на нее:

– Ты, сучка, че, в натуре, совсем… да?

Тут мне стало ясно, что вся честная компания хорошо обширялась или обнюхалась. Причем совершенно не имело значения, чем они обдолбались: может быть, травкой, или героином, или тем же кокаином. Просто в силу неадекватного восприятия реальности они выдавали на нее агрессивную реакцию.

Охраны, конечно же, как всегда, не было на месте: поблизости не маячил ни один вышибала.

– Я тя спрашиваю, – не отставал рыжий, – че молчишь, в натуре?

И он занес руку над головой Елизаветы. Тут же ее окружили остальные нарики. По их виду было понятно без всяких слов, что они явно жаждут крови.

Что же, они сами напросились. Я мгновенно перехватила руку рыжего, боковым зрением заметив, что его дружок, долговязый блондин с длинными волосами, собранными в хвост, тоже собирается нанести удар.

Руку рыжего я резко выкрутила так, что был отчетливо слышен звук ломаемой кости и почти одновременно с этим – душераздирающий вопль. Не дав ему опомниться, я подставила рыжего под удар блондина, который был предназначен для меня.

Кулак у него был тяжелый, он чуть не раскроил рыжему череп. Я тут же набросилась на блондина и нанесла ему три удара ногой. После третьего – в пах – он свалился на пол, как мешок с картошкой. Кажется, он даже и не понял толком, что произошло.

Оставался еще один, третий наркоман. Он до этих пор был в стороне, но теперь, видя, что его дружки повержены, издал боевой клич и ринулся на меня.

Ага, ты жаждешь продолжения боя? Всегда – пожалуйста.

Я легко ушла от его удара, а затем в прыжке с разворотом пяткой достала его затылок. Завершающий удар в переносицу я нанесла костяшками кулака.

Уф, кажется, все. Нет, еще не все, девица, увидев своих поверженных кавалеров, разразилась трехэтажным матом и ринулась на меня.

Я остановила ее ударом в лоб.

Вот наконец-то и охранник подоспел, как всегда, вовремя: как раз к окончанию боя. Правда, он сначала не разобрался, где «красные», а где «белые», и набросился на меня.

– Полиция, – спокойно сказала я и достала из сумки купленные в переходе метро «корочки». – Что же вы тут наркоманов развели? – спросила я, указав на лежащих рядком парней.

– Прошу прощения, недоглядели, – залебезил охранник.

– Да? – Я удивленно приподняла брови. – А может, вы им сами и поставляете товар?

– Да вы что?! Да никогда!

– Ну, хорошо, – смилостивилась я, – вызывайте наряд и вывозите отсюда этих.

Я взяла под руку ошалевшую Елизавету, которая наблюдала битву широко раскрытыми глазами, и повела ее к выходу.

Мы сели в машину и доехали до аэропорта, на этот раз без приключений. Новохатская всю дорогу молчала, не проронив ни слова.

Мы летели стыковочным рейсом с остановкой в Стокгольме. В нашем распоряжении было девять свободных часов.

Елизавета заявила, что пойдет осматривать город.

– Я, конечно, здесь уже сто раз была, но… пойду в сто первый. А вы, Евгения Максимовна, можете отдыхать, – небрежным тоном разрешила она.

– Ну уж нет, Елизавета Георгиевна, я вас буду сопровождать, я здесь именно для этого, – непреклонно ответила я.

Мы взяли такси и поехали по центральным улицам. Потом Новохатской вздумалось пройтись пешком, размяться, как она выразилась.

На нашем пути попался ювелирный салон-магазин.

– О! Вот как кстати! – воскликнула Елизавета. – Пойду прикуплю чего-нибудь.

Новохатская, не обращая внимания на меня, быстро поднялась по лестнице.

Я последовала за ней. На вывеске я прочитала: David Harper.

«Вот это да, – подумала я, – уж не тот ли это ювелирный магазин, о котором рассказывала Алевтина Климентьевна и который подвергся ограблению? Ну да ладно: дважды в одну воронку снаряд не попадает».

Мы и другие посетители ходили по салону, смотрели на витрины.

Елизавета попросила девушку-консультанта показать ей комплект из серег и колье. Потом я увидела, как кто-то еще подозвал девушку-консультанта, чтобы посмотреть украшение поближе.

И вдруг… один из посетителей – он был в солнцезащитных очках – выхватил пистолет и закричал: «Это ограбление! Всем стоять!»

Как только этот, в черных очках, крикнул, откуда ни возьмись, появился его напарник, тоже в черных очках.

Посетители тут же все попадали на пол. Девушка-консультант тоже хотела было сползти под витрину, но не тут-то было. Первый бандит схватил ее за волосы, раскрыл маленький плоский чемоданчик и велел ей ссыпать туда драгоценности.

Я видела, как он вытаскивал футляры с украшениями и все из них вытряхивал в кейс. Его сообщник с пистолетом встал у боковой служебной двери. А еще один контролировал входную дверь.

Внезапно боковая дверь резко раскрылась, и из нее выскочил охранник. Преступник, который стоял у входа в это помещение, очевидно, служебное, моментально выстрелил.

Охранник качнулся назад и