Осыпь меня золотом - Марина Серова

– Ну, я не знаю… – пробормотала Темникова, растерянно поглядывая на своих компаньонов. – Стоит ли ее беспокоить, она подавлена, расстроена.

– Зови! – только и сказал Бабурин, и Темникова, вздохнув, вышла из кухни.

Вернулась она довольно быстро, а следом за ней с недовольным лицом шла девушка, по виду которой сложно было определить, представительницей какого пола она являлась. У нее были абсолютно прямые жгуче-черные волосы. Косая рваная челка через все лицо, полностью закрывающая левый глаз. Возле носа блестела бусинка пирсинга. Глаза густо обведены черно-розовыми кругами. Одета она была тоже в подобных тонах: черная футболка, черные узкие джинсы с ярко-розовым ремнем из кожзаменителя. На футболке – приколотое розовое сердечко. Фигура ее была худой и нескладной, она еще не перешагнула порог, за которым оставался подросток и появлялась женщина.

«Девочка, видимо, относит себя к представителям субкультуры эмо, – отметила я про себя. – Эмоциональные выбросы, экзальтированность, протест против действительности, одиночество и непонимание, чаще мнимое…Что ж, вполне характерно для ее возраста».

Девчонка окинула всех собравшихся враждебным взглядом, плюхнулась на стул и сразу же потянулась к вазе с фруктами. Достав из нее мандарин, она принялась меланхолично счищать с него кожуру.

– Привет, Кристина, – улыбнулась я ей.

– Здрас-сте, – безразлично процедила девушка.

– Мы приехали, чтобы тебе помочь, – взяла я инициативу в свои руки, поскольку мужчины помалкивали, а мать уже, наверное, переговорила с Кристиной не один раз.

– В чем? – не меняя интонаций и не поднимая головы, спросила Кристина.

– Мама рассказала нам о том, что с тобой случилось утром. Мы хотели бы услышать твой рассказ.

Кристина подняла голову на мать.

– Зачем ты привлекаешь к этому посторонних? – резко спросила она, отодвигая очищенный мандарин.

– Кристина, Евгения Максимовна не посторонняя! Она нанята для охраны нашего концерна и для защиты лично нас! – как можно убедительнее произнесла Темникова.

Это было большим преувеличением, я была нанята лично Ильичевым и лично для его охраны и настояла на разговоре с Кристиной только потому, что все происшествия с компаньонами Владимира Николаевича и их родными могли иметь к нему непосредственное отношение. Но подобная интерпретация сейчас была более значима в глазах Кристины.

– А остальные? – Кристина недвусмысленно кивнула в сторону Ильичева и Бабурина.

– Кристина, ну как ты не понимаешь! – повысила голос мать. – Мы же все связаны одним делом! И если страдает кто-то один, под угрозой находится и другой! Где гарантия, что завтра не пострадает, например, Алексей Федорович?

И она показала на Бабурина.

«Вот было бы здорово!» – явственно прочиталось в глазах Кристины.

«Интересно, она просто так всех терпеть не может, без разбора? Или только знакомых матери мужского пола? Интересно, она воспитывается отцом? Елена замужем? И если да, то родной ли это отец Кристины или отчим? И где в таком случае родной?» – промелькнули у меня в голове сразу несколько мыслей, ответы на которые я решила узнать позже у Ильичева или кого-то еще из хорошо знающих Темникову людей.

– Ты это… – подал голос сам Бабурин. – Не дури, говори давай!

– А вы здесь не командуйте! – с ненавистью в голосе процедила Кристина.

– Кристина, я все-таки прошу тебя вспомнить, что произошло, – снова вступила я.

– Ничего я не хочу вспоминать! – упрямо сказала девчонка. – И вообще… Я устала, я перепугалась, я вся на нервах! – неожиданно высоким, тонким голосом прокричала она. И тут же, понизив его до нормальной высоты, спросила, капризно растягивая слова: – Ма-ам, можно я не пойду завтра в школу?

– Это еще почему? – нахмурилась Елена.

Кристина красноречиво посмотрела на мать, и та, поняв, вспыхнула, однако не спешила с ответом.

– Ты хочешь повторения, да? – Голос Кристины снова пошел по нарастающей. – Тебе на меня совсем наплевать, да?

– Кристина, что ты такое говоришь? – воскликнула мать. – Хочешь – оставайся дома, я не против! Только уроки учи!

Кристина поморщилась.

– Кстати… – вдруг прищурилась мать. – А почему ты сегодня так рано возвращалась из школы?

– Почему рано? – не смутилась Кристина. – Нормально!

– Ты позвонила мне в одиннадцать! – стояла на своем мать. – А вы заканчиваете в два!

– У нас трех уроков не было, нас отпустили, – сказала Кристина.

– А вчера? – подозрительно скосилась на нее мать. – Вчера я звонила тебе в час, а ты уже сидела дома!

– Вчера тоже отпустили, – не моргнув глазом, ответила дочь. – Учебный год только начался, еще не всех учителей набрали. Никто не хочет в эту долбаную школу идти за копейки гробиться!

– Я вот в лицей позвоню… – пригрозила Елена Константиновна, но как-то не очень уверенно.

– Звони, – равнодушно пожала плечами Кристина, по одной отправляя в рот мандариновые дольки.

– По-моему, мы теряем время, – не выдержал наконец Ильичев, посмотрев на часы.

– Кристина! – уже резче сказала Темникова.

– Ничего я при них говорить не буду! – заартачилась девчонка, надув губы.

– Кристина, если хочешь, пойдем с тобой в комнату, и ты все расскажешь мне одной, – предложила я.

Кристина посмотрела на меня и неожиданно легко согласилась:

– Ладно, пойдемте!

Я сделала успокаивающий жест в сторону Елены Константиновны и проследовала за девчонкой в ее комнату. Типичная нора типичного современного подростка. Легкий бардак, на стенах плакаты, изображающие бесполых музыкантов с выражением лица либо глубоко несчастным, либо восторженно-идиотским. Кроме того, несколько фотографий полуобнаженных обнимающихся и целующихся отнюдь не по-детски девушек. Кристины, правда, среди них не было. Компьютер, музыкальный центр. Незаправленная постель, на которой свалены в кучу несколько черно-розовых предметов гардероба – Кристина хранила верность одной цветовой гамме.

Она сгребла свое барахло в сторону и с ногами забралась на кровать, предложив мне устроиться на стуле у компьютерного стола. Сама же нажала кнопку на музыкальном центре, и из колонок полилась какая-то слезливая песенка, исполняемая жиденьким тенорком гомосексуального тембра. Я не стала просить выключить музыку, дабы не обострять ситуацию, и сказала:

– Давай сразу к делу – так мы быстрее закончим. В общих чертах я ситуацию знаю, поэтому давай подробности. Сколько было парней?

– Четверо, – чуть подумав, ответила Кристина.

– И ты никого из них не знаешь?

– Нет. Хотя они и были в шлемах, но я уверена, что раньше их не видела.