Homeland: Родина Кэрри - Эндрю Каплан

Саул резко хватил ладонью по столу, так что Кэрри подпрыгнула от неожиданности.

— Не смей говорить со мной таким тоном! Ты меня знаешь. Если ты и с Филдингом так разговаривала… правильно он дал тебе пинка под зад. А знаешь, что самое страшное, Кэрри? Знаешь? Информация от твоей пташки Джулии настолько важна, что я пытался сообразить, как отправить тебя назад в Бейрут.

Вот тебе и на! Кэрри ощутила облегчение и благодарность Саулу. Он все еще верит в нее. Он на ее стороне! Просто надо обойти бюрократию. Доказать Саулу, что она по-прежнему та самая Кэрри. Кэрри, которая со всеми ссорится, даже с ним.

— Ты поговоришь с директором? Будем работать?

— Я послал информацию наверх, — сказал Саул, глянув в потолок. — Больше от меня ничего не зависит. Такие угрозы поступают к нам каждый день.

— Джулия всегда давала надежную информацию, сам знаешь. Помнишь, как она сообщила о покушении на Харири? С этой инфой тоже можно работать, Саул.

— Серьезно? Ты так считаешь? Джулия не дала деталей, совсем никаких. Скоро будет теракт… вот и все. Мы не знаем: где? как? когда? Цель неизвестна. Мы даже не знаем, кто совершит теракт: «Хезболла» или кто-то другой, кто только поручил теракт «Хезболле», чтобы отвлечь наше внимание. Что нам делать с этой инфой?

— Значит, так? Отдаем информацию наверх и надеемся на лучшее? Вот как мы защищаем страну?

— Не мути воду, Кэрри. Я предупредил Эстеса и замдиректора, что информация надежная, с ней можно работать. Теперь их ход. Еще я велел Филдингу в Бейруте копать дальше.

— Филдингу… — скривилась Кэрри. Она отошла к окну и посмотрела на зеленую лужайку, на запасную парковку. — В Бейруте серьезная беда с безопасностью. Что с «Ахиллесом»?

— Филдинг говорит, будто ты привела врага на конспиративку. — Пощелкав мышкой, Саул отыскал нужный файл на компьютере и прочел вслух: «Мэтисон проявила потрясающий дилетантизм в работе, поддалась панике в нештатной ситуации, доверилась непроверенному контакту, местной жительнице, которая — если верить вышеупомянутому оперативному работнику — по доброте душевной безвозмездно предоставила личный транспорт незнакомке. Затем, оставив машину в людном месте, Мэтисон не потрудилась избавиться от предполагаемой слежки и привела врага прямиком на конспиративную квартиру на улице Адонис. В результате конспиративная квартира была уничтожена, рабочие материалы захвачены, а все наши операции поставлены под угрозу».

Саул взглянул на Кэрри поверх очков.

— Что прикажешь с этим делать?

Нет, Саул в такой бред не поверит. Только не он.

— Передай Филдингу: пусть подотрется своим отчетом, — резко ответила Кэрри. — Я сбросила «хвост» еще в районе Хамра и пешком добралась до квартала Рас-Бейрут. Ни в здании, ни поблизости никого не было, зато потом — откуда ни возьмись — появились местные шпионы и напали на конспиративку, будто заранее знали о ней. Меня подставили.

— Кто? — Саул вскинул руку. — Давай-ка по порядку.

— Соловей — это раз, — сказала Кэрри и оперлась на стол обеими руками, словно бегун перед стартом. — Дима — два. Отправь меня назад, Саул, я их обоих к ногтю прижму. Найду утечку.

Он покачал головой.

— Это невозможно. Даже если принять, что ты на сто процентов права, а Филдинг — нет, я не могу.

— Почему? Что между вами не так?

Что-то Саул недоговаривал.

— У него связи, ясно? — с отвращением произнес Саул. — Филдинг и Дэвид Эстес, директор Контртеррористического центра, протеже Билла Уолдена.

— Директора ЦРУ?

— Самого старика. Без связей шагу не ступишь, а Уолден метит в политики. Пересекаться с ним — дело гиблое. Ты… ты просто оперативница, попавшая в спорную ситуацию. Люди наверху долго над ней думать не станут. Я уж не говорю о том, что нас сто раз реорганизовывали. Теперь я напрямую отчитываюсь перед Эстесом. Все непросто.

— Что же нам делать?

Саул кивнул.

— Филдинг сделал тебя козлом отпущения, и на какое-то время лучше все оставить как есть. Будешь возникать — и я тебе не смогу помочь. Пока все, — поднял он руки.

— То есть мне лучше быть девочкой-паинькой? Закрыть рот, нагнуться и ждать, что со мной сделают?

— Ждать момента и дать ответный бой. — Саул снова кивнул. — В общем, в одном я с тобой согласен: дело с Соловьем действительно грязное. Филдинг, самое меньшее, должен был предоставить тебе прикрытие. Зато у меня ты без работы сидеть не станешь.

Саул поднялся, вышел из-за стола к Кэрри и оперся о столешницу. Он верил ей, он все еще был на ее стороне. Кэрри вздохнула с облегчением.

— Ну и? — спросила она.

— Помнишь, что я сказал, когда выдернул тебя пораньше с занятий на Ферме? Моя прекрасная золотая девочка с мозгами, как у Стивена Хокинга. — Он улыбнулся. — Помнишь мои слова?

— О том, как мне затвердить науку в поле… и что-то там о пруде?

— В этом пруду тебе тесно. Тебе надо плавать в океане.

— Плавать среди акул можно, только став акулой. Да, помню. Что же мне делать?

— Достань Соловья и выясни все про теракт. Достань его, работая здесь.

— Не понимаю.

— Назначаю тебя связной между Отделом разведки по Ближнему Востоку и Контртеррористическим центром. Они неофициально поглощают отделение «Алек». — На жаргоне ЦРУ так называлось единственное отделение, приписанное не к местности, а к цели: «Аль-Каиде». — Отчитываться будешь перед Эстесом, — Саул наклонился к ней, так что Кэрри уловила запах его лосьона после бритья «Поло», — а работать на меня.

— Шпионим за своими же?

— Все не без греха. А что еще остается?

— Что с инфой Джулии? Готовится теракт, Саул. Большой. Мы оба это знаем.

Саул тяжело вздохнул.

— Сколько у нас времени? — спросил он.

— Где-то пару недель. Муж Джулии сказал: скоро. Точнее: «khaliban zhada» — очень скоро.