Искатель, 2001 № 02 - Журнал «Искатель»

— Зато цена умеренная.

Я коротко представился: возраст, образование и место работы.

Представился и он:

— Вы имеете дело с сильным энергетом.

— Энергетиком? — не совсем понял я.

— У меня очень мощное биополе, которым могу разминать органы человека изнутри.

Я не знал, что ответить, поскольку мои органы и без того были сильно помяты жизнью, как изнутри, так и вовне. Путаясь и сбиваясь, я изложил суть своего состояния. Экстрасенс изучал меня высоковольтным взглядом. Впрочем, я тоже разглядывал, найдя его лицо оригинальным. Он мне казался немножко негром при белой коже. Видимо, оттого, что черная шевелюра, черные ресницы и брови, углистые усики как бы застили светлую кожу. Он задал несколько вопросов, почему-то заинтересовавшись не краснорожей птицей, а цифрами во сне.

— Диагноз мне ясен, как под рентгеном, — сообщил он.

— И какой же?

— Дело в том, что ваше биополе сдвинуто вправо.

— А нельзя его того… отцентрировать?

— Садитесь сюда.

Экстрасенс устроил меня за довольно шаткий стол, положил школьную тетрадку и дал карандаш: не знаю, был ли он мят биополем, но зубами определенно. Мне хотелось задать ему вопрос: почему, имея, в сущности, волшебное биополе, он не разбогатеет? Но экстрасенс велел писать цифры, которые мне снились.

Их я видел тысячи, поэтому пришлось дважды затачивать карандаш и заполнить половину тетрадки. Взяв ее, экстрасенс поинтересовался:

— В каком порядке писали?

— В каком запомнил.

Он улыбнулся с радостью удачливого добытчика и начал почти судорожно обводить некоторые числа кружочками. Кончив это дело, он показал мне:

— Видите?

— Что?

— Некоторые группы цифр повторяются.

— Потому что их много…

— Пять групп по семь одинаковых цифр, стоявших в одном порядке. Что это, по-вашему?

— По-моему, это ничего.

— Дорогой клиент, это номер телефона.

— Чей? — опешил я.

— А вы не знаете?

— Впервые вижу.

Он задумался. Я ждал, но меня осенило скорее:

— Что-нибудь из детства?..

— Тогда не было семизначных номеров. Дело в том, что человек, чей этот номер, постоянно думает о вас, чем и вызывает сны.

В какой-то степени я верил в передачу мыслей на расстояние; вернее, в передачу настроения. Если долго и упорно о ком-то думать, то он тебя вспомнит. Но мысленная передача на расстояние номера телефона? Да ведь есть выход проще уличного перехода…

— Позвонить по этому номеру!

Мне показалось, что экстрасенс от страха еще больше почернел.

— Спаси вас силы небесные!

— А что?

— Вы же не знаете, чей это телефон.

— Вот и узнаю.

— А если это черная сила? В этом ее и цель: вы позвоните, и она мгновенно ляжет на вас. Ведь для этого и снится, как бы провоцируя.

Мне хотелось спросить, на кой черт я понадобился черной силе, но задал вопрос практический:

— Что же делать?

— Узнайте, кому принадлежит номер телефона.

— А потом?

— А потом и звоните.

Я опустился. Петр ввернул в моей комнатушке стосвечовую лампочку, свет резанул по притемненным углам, и он же, этот свет, ударил по мозгам — я опустился. Раньше читал, думал, познавал, мечтал… Слушал умных людей. Например, отца. Студентом записал его мысль, верную, как теорема: «Будь разумен, деятелен и добр — все остальное приложится». И будешь счастлив, добавил бы я. Но счастливым я не стал, потому что формулу при женитьбе нарушил: был деятелен, добр, но не разумен. Теперь эти слова смысла для меня не имели: никакой деятельности не было, не к чему приложить разумность и не с кем быть добрым. Только если с Петром.

Я рассказал ему про экстрасенса. Характеристика целителю была дана в соответствии со временем:

— Теперь каждый гложет, как может.

— Думаешь, халтурщик?

— В натуре. Со мной-то случай был, когда еще на заводе круто заколачивал. Желудок у меня зажгло, водкой сильно грузанулся. Пошел к знахарке. Просит пару дней, чтобы связаться с какой-то там целебной силой. Потом сообщает: поскольку я не помогаю сестре-инвалиду в Рязанской области, дьявол свил в моем брюхе ядовитый комок.

— И верно не помогал?

— Да я в детстве уехал из деревни и об этой сестре память мхом заросла. Как и у нее обо мне. Ну, думаю, если ядовитый клубок в животе, то надо выходить из положения. Написал сестре письмо и послал денег. Полный год ежемесячно посылал переводы и получал благодарственные телеграммы. Как-то встретил земляка… Мать мою в сосочку! Эта сестра умерла одиннадцать лет тому назад. Втерла знахарка мне по ушам: за год приличную сумму отхватила.

— Ну, а живот?

— Все как рукой сняло.

Значит, и мне втирали по ушам. Но я приучил себя начатое доделывать. Да и любопытство подтачивало: чей же это номер телефона мне снится? Как узнать фамилию абонента Петр не знал.

— Есть какие-то справочные, на телефонном узле…

И я вспомнил, что у меня есть личный детектив, как, скажем, семейный адвокат у американцев. Тот, который в свое время застукал в кабине выпивающую Наталью…

В его офисе появился компьютер и кофеварка. Но поразило другое: детектив меня не узнал. Специалист, главным достоинством которого была компьютерная память, не узнает бывшего клиента. Разумеется, начинать все сначала я не стал.

Протянув ему бумажку с номером телефона, попросил:

— Мне нужно имя этого человека и адрес.

Он усмехнулся:

— Самому не узнать такой пустяк?

— Вы не нуждаетесь в клиентах?

Он усмехнулся еще раз, видимо, не посчитав меня клиентом. Детектив ушел в соседнюю комнату и отсутствовал минут десять. Вернувшись, протянул мне листок, на котором были отпечатаны номер телефона, фамилия, имя, отчество и адрес. Номер телефона я сам дал ему, адрес мне был неизвестен, а имя…

— Кто это? — полушепотом спросил я.

— Лучкина Наталья Ильинична, — удивился он, что клиент не может прочесть. — Знакомая?

— Жена…

— Отлично, нашли жену.

— Но я убил ее восемь лет назад.

Ушел я от детектива… Нет, не в состоянии ужаса, страха или даже тревоги. Пожалуй, в состоянии недоумения. Первая версия: детектив напутал, поскольку не солидный он, детектив. Но что он мог напутать? Номер телефона я принес, имя жены правильное, ее адрес можно проверить… Можно позвонить. Позвонить по номеру телефона, который видел во сне? Но ведь детектив нашел по этому номеру адрес?

Я давно заметил, что все новое с единого захода сразу не воспринимается. Человек, книга, фильм… Нужно повторное восприятие, потому что этому новому просто некуда лечь — нет для него предыдущей информации.

Я достал из кармана листок: номер телефона, адрес, имя и фамилия. Лучкина Наталья Ильинична. Итак, информация мною воспринята дважды, отчего яснее она не стала.

Недоумение перешло в равнодушие высшей степени,