Белое станет черным - Антон Грановский

С бьющимся сердцем журналистка подняла руку и стала нащупывать на стене выключатель, чтобы зажечь свет, но вовремя остановилась. Нельзя! Соседи могут увидеть свет и вызвать милицию.

«Да и нет там никого, – убеждала себя Марго, все еще не в силах отвести взгляд от приоткрытой двери ванной. – Слава богу, у милиции есть хорошая привычка – забирать трупы с собой».

Сделав над собой усилие, Марго отвернулась от приоткрытой двери и двинулась в гостиную, спиной и затылком чувствуя черную, страшную щель.

В гостиной царил тот же беспорядок, что и днем. За окном стало почти совсем темно. Марго достала из сумочки маленький фонарик, включила его и пробежала желтым лучиком по полу. Потом перевернула несколько книг, пошарила рукой под креслом и в сердцах пробормотала:

– Черт, куда же она подевалась?

– Что-то потеряли? – проговорил у нее за спиной спокойный мужской голос. Марго хотела закричать, но чья-то сильная ладонь закрыла ей рот.

4

– Тише. Тише, успокойтесь.

– М-м-м, – мычала Марго, дергая головой из стороны в сторону, чтобы сбросить с лица страшную руку.

– Да успокойтесь же, – шептал у нее над ухом злоумышленник, одной рукой удерживая ей руки, другой зажимая рот. – Я не собираюсь вас душить.

Глупо, но в этот жуткий момент Марго вдруг подумала, что от негодяя пахнет неплохим парфюмом. Возможно, именно этот пустяк в сочетании с мягким голосом незнакомца помог ей совладать с собой.

– Перестаньте дергаться, и я вас отпущу, – сказал злоумышленник.

Марго послушно замерла.

– Если я вас отпущу, вы не будете кричать? – поинтересовался мужчина.

Марго покачала головой.

– Смотрите, вы обещали, – сказал он и выпустил Марго из своих стальных объятий.

И совершил ошибку. В то же мгновение Марго выхватила их сумочки футляр с отмычками и что есть силы шарахнула им злоумышленника по голове. Тот ойкнул и отшатнулся. Марго хотела ударить еще раз, но он перехватил ее руку и сказал страдальческим голосом:

– Марго, если вы не перестанете драться, мне придется вас связать.

– Марго? – Журналистка замерла с вытаращенными от удивления глазами. – Вы что, меня знаете?

В комнате было слишком темно, чтобы Марго смогла разглядеть лицо нападавшего, но его голос показался ей знакомым. Мужчина поднял с пола фонарик Марго и направил луч себе на лицо.

– Добрый вечер, Марго! – с мягкой улыбкой сказал он. – Вижу, вы до сих пор предпочитаете экстремальные виды отдыха.

– Отец Андрей! – выдохнула Марго. – О господи! Как я рада!

Она бросилась дьякону на шею.

– Ну-ну, будет вам, – насмешливо проговорил дьякон, слегка отстраняясь. – Что за телячьи нежности.

– Вы меня напугали! – выпалила Марго. – Как вы могли, негодяй вы этакий!

– У меня не было другого выхода. Рано или поздно вы бы на меня наткнулись.

Дьякон достал из сумки, которая болталась у него на плече, небольшой фонарь, что-то вроде модернизированной «летучей мыши», поставил его на пол и зажег свет. Свет был тусклый, с улицы его, пожалуй, никто бы не заметил, но комнату он более-менее осветил.

– И все равно вы негодяй, – улыбнулась Марго, радуясь тому, что все так хорошо закончилось и что убийца и насильник оказался старым знакомым. – А я-то думаю, почему от бандита так хорошо пахнет? Постойте… – Марго вынула из пальцев дьякона фонарик и направила луч ему на лицо. – А ну, признавайтесь: что вы здесь делаете?

– То же, что и вы, – спокойно ответил отец Андрей, прикрываясь рукой от света. – Ищу улики.

– Улики? Какие улики?

Дьякон откинул с лица длинную прядь темных волос и потер пальцами высокий лоб.

– Череп цел, но шишка нешуточная, – резюмировал он. – Отмычки в умелых руках – страшное оружие.

– Не уходите от ответа, – строго сказала Марго. – Как вы здесь очутились?

– Видите ли, – с неохотой начал дьякон, – Рудольф Шихтер был моим приятелем. В свое время он здорово мне помог в одном запутанном деле. А теперь его убили, и я не могу стоять в стороне.

– Н-да… – проговорила Марго. – А еще говорят, судьбы не существует. Кстати, дьякон, вам эта ситуация ничего не напоминает? Ночь, отмычки, светящиеся буквы на стене…

– И пианино, – весело добавил дьякон.

– Да, точно – пианино! Ночная вылазка в квартиру Тихомирова! Мы тогда чуть весь дом не перебудили. Шумные воришки![1]

Они засмеялись.

– Черт, как же я рада вас видеть, – повторила Марго, стараясь разглядеть в полумраке комнаты лицо отца Андрея. Дьякон был так же худ и подтянут, как год назад. Но лицо его показалось Марго каким-то утомленным, усталым. А на левом виске появился небольшой шрамик. Марго хотела спросить, откуда он, но дьякон ее опередил:

– Я тоже рад встрече с вами. Позвольте вас похвалить, Марго: вы действовали смело и решительно. Вот только слишком долго возились с замком. Я даже заскучал, ожидая, когда же вы его наконец откроете.

– Ну, я не такой умелый взломщик, как вы, – съязвила Марго.

– Бесспорно, – ничуть не смутился дьякон. – Теперь, когда мы все обсудили, пришла ваша очередь признаваться. Что вы хотели здесь найти, Марго?

– Книгу, – со вздохом ответила Марго. – Всего лишь книгу. «Теория и практика рисования». Старая книжка, еще дореволюционная.

Дьякон сунул руку в сумку, вынул книгу и протянул ее Марго:

– Эту?

Марго взяла книгу, откинула обложку и, увидев автограф Родченко, кивнула:

– Да.

– Вас привлекла подпись Родченко?

– Угу.

– Меня тоже, – сказал дьякон. – Это единственная книга из библиотеки Шихтера, на которой стоит автограф. Шихтер гонялся за старинными снимками и негативами, но он никогда не был идолопоклонником и не занимался коллекционированием раритетных книг или вещей. Если бы вы принесли ему кепку Родченко, он бы на нее даже не взглянул.

– Но эту книгу он все же где-то достал, – возразила Марго.

Отец Андрей кивнул:

– В том-то и дело. Вы обратили внимание на цифры?

– Цифры? – Марго поднесла книгу к фонарю. Теперь и она увидела рядом с автографом две бледные, почти выцветшие цифры, обведенные кружком:

– Кстати, это не единственная моя находка. – Отец Андрей достал из своей сумки какой-то листок и протянул его Марго. – Взгляните на это.