Челюсти судьбы - Дарья Калинина

Подруги изобразили на лицах еще больший ужас. Впрочем, им особенно и притворяться не пришлось. Они и так были в панике, особенно Кира.

– Что вы говорите? Всю семью расстреляли?

– Всю!

– И сыновей?

– И мать, и сыновей, и даже кухарку!

– А ее-то за что?

– Уж не знаю! Конечно, Розалия была еще та штучка. Выскочка. Воображала из себя невесть что. Вечно на всех ругалась, хорошим манерам наших поселковых учила. Но чтобы за это убивать…

И, помолчав, тетка решительно заявила:

– Нет, лично я зла этой женщине никогда не желала. Хотя она была крайне неприятна. Вечно своими испанскими корнями хвастала. Чуть что, сразу же кричит: «Я – испанка! Во мне испанская кровь течет! Поэтому вы тут все быдло, а я одна королева!»

– Чушь какая-то!

– Чушь! – согласилась тетка. – Сама-то работала кухаркой у богатых людей.

– В самом деле.

– Но Розалии было на это наплевать. Держалась всегда с видом королевы! Не ходила, а несла себя! За покупками сама не ходила, шофер ей из города продукты привозил. А если она с ним и ехала, то никогда сумок сама не несла. Упаси бог! Уж не знаю, как она до чистки картошки опускалась. Может, и того не делала. Покупала уже чищенный и в вакуум упакованный. Только кидай в кастрюльку и вари. Ни мыть, ни чистить его не надо.

– Только вместе с вакуумом в этот картофель небось еще столько разной дряни вкачали, чтобы он не портился и выглядел бы нарядно, что покушаешь его и отравишься, – проговорила Кира.

– Ну, этого я не знаю. А только хочу сказать, что Розалию мне ни капли не жалко. И если она и перед бандитами решила выпендриться со своей испанской кровью, то запросто могла схлопотать пулю первой.

– А их всех точно убили?

Тетка с ответом замялась. Потом начала снова, и у Киры затеплился лучик надежды.

По словам председательницы, на семью Антоновых было совершено разбойное нападение. Дом был ограблен. Это зафиксировали видеокамеры. Но вот ушли все Антоновы из своего дома своими ногами. И если кого-то из женщин похитители поддерживали, то мужчины шли точно сами.

– А откуда у вас такие подробности? – удивилась Кира.

– Так как же? Меня же первой на опознание пригласили. Я же глава поселка! Кому же, как не мне, было опознавать, что на пленке действительно Антоновы?

Кому? Например, ближайшим соседям! Но, похоже, председательница любила быть в курсе всех дел. И сама, раздвинув локтями других претендентов и пользуясь своим положением, пролезла в главные свидетели.

– Значит, вы бывали в доме Антоновых?

– Много раз! Говорю же вам, все в поселке проходит через меня. И когда Юсуповы продавали этот свой, с позволения сказать, дом, и когда Антоновы у них его покупали, я там была. И когда Антоновы перестройку затеяли, снова мне там пришлось побывать. Ведь перепланировка дома – это вам не шуточки. Тут и электрика, и сантехника, и трубы. Полностью обесточить дом, к кому идти? К нам! Воду отключить – снова к нам в правление. Ну и так далее, по цепочке.

– Ясно, ясно, – закивали подруги. – Значит, вы лично хорошо знали этих людей?

– Антоновых? Да нет, не особо. Они больше между собой общались. Друзей у нас в поселке, насколько я знаю, не имели. Утром уезжали, вечером приезжали. Сыновья, я имею в виду. А женщины в доме оставались.

– А кто там числился хозяином?

– Собственность у них на мать была оформлена. Как приехали к нам год назад, так сделку оформили и за перестройку дома принялись.

– А откуда они приехали?

– Розалия говорила, что раньше они в Прибалтике жили. А после перестройки в Россию вернулись.

– И сразу купили дом у вас в поселке?

– Нет. Тут они всего год как живут.

– А где до этого жили?

– Не знаю. Но дом они у Юсуповых недорого купили. Гораздо больше потом в реконструкцию вложили.

– Значит, денег у них было много?

– Да уж на ремонт они приличную сумму угрохали! У Юсуповых-то не дом был, а так, одно недоразумение одноэтажное. А теперь три этажа, да все каменные! И обстановочка в доме, скажу я вам, недешевая. Грабители знали, куда вламывались! Дом Антоновых у нас самый богатый во всей округе!

– И ни мать, ни жена старшего брата при этом не работали? Целыми днями дома сидели?

– Выходит, что не работали.

– А братья чем занимались?

И тут всезнающая председательница спасовала. Она лишь развела руками и пожала плечами. Мол, не знаю. Самой бы очень хотелось знать, но, увы.

– Говорю же, они не рвались к общению, Антоновы-то эти. Но так люди тихие, приличные. Приедут, уедут. А так их и не слыхать. Одна их Розалия выпендриться любила.

– Кухарка? Которую убили?

– Зарезали ее! Следователь при мне нож, которым ее убили, в пластиковом мешочке достал и мне показал. Мол, узнаю я этот нож или нет?

– А вы?

– Обычный кухонный нож. У Антоновых на кухне таких штук семь было. В специальной подставке торчали, ручками наружу. Видимо, там их преступники и взяли, когда на Розалию набросились.

– Значит, ее зарезали?

– Именно! Я ведь как про труп кухарки в пластиковом мешке для мусора услышала, все, говорю, допрыгалась наша Розалия. А следователь сразу ко мне. Да за что? Да почему вы так говорите? Да не имела ли покойница каких-либо врагов?

– А она имела?

– Так многие были бы рады пристукнуть нашу Розалию. Она многим в поселке кровь попортила.

– Даже так?

– А то! Вечно в чужие дела совалась да всех между собой ссорила. Уж не знаю, как Антоновы со своим сокровищем справлялись, а только от Розалии весь поселок стонал. И как ей в доверие к людям удавалось втираться? Ведь простая кухарка. А во все дома вхожа была. Правда, и дома у нас в поселке по большей части недорогие. Люди там простые живут. Кухарок не держат. Одни Антоновы себе каменный трехэтажный дом со всеми удобствами отгрохали.

Подруги это и сами уже видели. И невольно к ним закрался один вопрос: а зачем? Чего ради Антоновы так выпячивали свое богатство на фоне окружающей их серости? Просто из желания похвалиться своими деньгами?

– Но вы же сказали, что Антоновы этот дом купили у кого-то?

– Верно. У Юсуповых. Только у Юсуповых один этаж был. А Антоновы сверху еще два надстроили. И всяких излишеств туда напихали. Они вам свой бассейн показывали?

Услышав про бассейн, Кира ощутила неприятное чувство. Утраченные возможности не давали ей покоя! Вот и бассейн от нее уплыл вместе с Густавом! Был бы Густав, был бы и бассейн! А нет Густава, нет и бассейна.