Большой куш - Данил Корецкий

– А четвертая машина чья? – спросил Терминатор.

– Так это моя…

– Давай ключи от третьего, второго и седьмого, – Васильев протянул огромную ладонь. – А потом незаселенные откроете.

Он натянул маску с прорезями для глаз и рта, приобретя и вовсе устрашающий вид. Может быть, поэтому администратор возражать не стал, хотя все его существо выдавало явное нежелание ввязываться в предстоящие события.

– Двое со мной в седьмой домик, по двое в третий и второй, – сказал Васильев в рацию. – Контролируйте тыльную сторону, чтобы никто в окно не выпрыгнул.

– Принято, – ответил старший боевой группы, и черные фигуры выдвинулись по обозначенным точкам.

Деревянные ступени поскрипывали, это раздражало. Васильев поморщился и, осторожно вставив ключ, бесшумно повернул. Потом ударом распахнул дверь и, выставив пистолет, ворвался в комнату.

– Лежать! Руки вверх!

– Лечь, руки за голову! – привычно прогремели собры, врываясь следом.

Но тут и так все лежали. Мужчина средних лет и молодая брюнетка, голые, раскинулись на смятых простынях.

Мужчина испуганно вскочил, демонстрируя пивной живот и складки на боках, поднял руки, потом послушно лег на пол и положил ладони на затылок. Он быстро и правильно выполнял команды: то ли имел опыт подобных ситуаций, то ли видел много кинобоевиков. Девушка осталась в постели, руки не поднимала, только натянула на себя простыню. Она не казалась очень испуганной.

– Предъявите доку… – Васильев осекся.

Девушкой оказалась Алена! Он видел ее несколько раз, когда забирал от нее Степанова. Однажды они ее подвезли. И хотя помнил он Алену не очень хорошо, но сейчас ошибиться было невозможно.

«Черт, вот дела! – подумал Терминатор. – Лицом к лицу в такой ситуации!»

Впрочем, он тут же вспомнил, что в черном комбинезоне и маске его не то что Алена, но и жена родная не узнает.

– Предъявите документы, девушка, – прокашлявшись для виду, продолжил он.

Прижав простыню к груди, Алена встала, прошла к креслу, где лежала ее смятая одежда, и полезла в сумочку. Сзади она была обнаженной: длинные волосы рассыпались по белой прямой спине, узкая талия, округлые бедра, красивые ноги. На ягодице цветная татуировка – пчелка, летающая над цветком.

«Хорошо, что Степанов сюда не поехал! Пристрелил бы ее, к чертовой матери. Или его. А может, обоих…»

– Вот, – целомудренно прикрывая грудь и живот простыней, она протянула паспорт.

«Может, просто похожая девчонка? Или сестра-близнец?»

Он заглянул в документ. Нет, никакой ошибки нет: «Сизенко Алена Владимировна». Васильев вернул паспорт, потом спросил:

– А этого? – и указал на лежащего на полу голого кавалера.

– У меня в пиджаке, – приглушенно сказал он снизу.

Пиджак висел на стуле, возле стола.

– Выньте сами, – приказал Васильев Алене.

Та вынула паспорт, он раскрыл, просмотрел внимательно. «Иван Семенович Косоногов». Эта фамилия ему ни о чем не говорила, и Степанов никогда ее не вспоминал. Значит, он не из круга общих знакомых. Ни фига себе – ему уже под пятьдесят! На всякий случай капитан запомнил адрес прописки.

– Сверяем личность с фотографией! – схватив гражданина Косоногова за редкие волосы, Терминатор задрал ему голову, заглянул в лицо. Будто из рыхлого белого теста, перекошенный рот, бесцветные глаза…

– Похож! – он отпустил проверяемого, в руке остались несколько мягких выцветших волосинок.

Брезгливо отряхнувшись, он вернул паспорт Алене.

– Документы в порядке, извините за беспокойство, – галантно сказал капитан, и вышел. Собровцы вышли за ним.

– Что это она с таким старым? – спросил один.

– Старый, значит, денежный, – философски сказал второй. – А может, ее начальник, значит, по работе выгоды… Да разве это первый случай? Такое часто бывает…

Проверка других домиков положительных результатов не дала. Когда Васильев вернулся в город, то оказалось, что и на Богатяновке никого не нашли.

– Впустую день прошел! – сетовал Степанов. Они зашли в кафе пообедать, сели за столик у окна, взяли салаты, чебуреки, компот. – Там близко никого похожего не было: я всех соседей обошел… Чего ты молчишь? И чего такой хмурый?

Васильев чувствовал себя неловко. Он не знал, как себя вести: рассказать товарищу о своей неожиданной встрече или умолчать о ней? Люди не любят, когда про них узнают нечто такое, что рушит их надежды, пачкает светлые чувства, выставляет в глупом свете, поэтому Степанову вряд ли понравится сегодняшняя новость. К тому же он сильно огорчится. Очень сильно. И неизвестно, как себя поведет… Нет, лучше отложить разоблачение на потом… Может, удастся его как-то подготовить, а может, он сам к ней охладеет, и тогда вопрос рассосется сам собой…

– Да потому, что у меня на сегодня другие планы были, – с досадой сказал Васильев. – И все псу под хвост.

– Хвостам под хвост, – пошутил Степанов.

– Хорошо, что ты туда не поехал. Через весь город тащились, да в пробках стояли…

– Да, выходит, мне повезло! – засмеялся Бэтмэн.

Возможно, это было правдой.