Все совпаденья не случайны - Диана Бош

«И пусть, – мрачно подумал Никита, – пусть все летит к чертям. В конце концов, все, что я делал, было только ради Эльзы».

Ее вера окрыляла и поддерживала его, ради улыбки, света радости в глазах жены он готов был свернуть горы и вытерпеть все невзгоды. Вместе они выдержали и испытание бедностью, и проверку достатком. И вот теперь Эльза предала его.

Разве можно после этого жить так, будто ничего не случилось? Как было бы хорошо проснуться сейчас и понять, что все – только дурной сон…

«Если она чувствует себя виноватой, то вряд ли сразу пойдет домой, – вдруг мелькнула мысль, – скорее всего, направится в офис, чтобы попытаться оправдаться. Тогда, вполне вероятно, Эльза сейчас сидит рядом с Мариной и ждет меня».

Лавров набрал номер телефона и с замиранием сердца принялся считать гудки. Секретарь подняла трубку на четвертом. Вежлива и предупредительна, как всегда. Внимательно выслушала его указания, затем повисла тишина. А он все ждал: вдруг она скажет об Эльзе?

– У вас что-нибудь еще? – наконец прервала молчание секретарь.

– Да, – решился Никита и смущенно кашлянул. – Марина, если вдруг в офис зайдет Эльза, попросите ее не уходить и обязательно дождаться меня.

– Что-то случилось?

– Пустяки, не могу дозвониться. И еще. Сообщите мне о визите моей жены сразу же, как только она придет.

Никита нажал на «отбой» и с отвращением подумал о себе. Раскис, как мальчишка! С чего это он взял, будто Эльза захочет увидеть его? Глупо и смешно. Ей совершенно наплевать, что он волнуется и ждет. Измена – изменой, но чисто по-человечески можно ведь было сказать, что она уходит от него?!

– Боже мой, какая чушь лезет мне в голову, какая дикая чушь, – пробормотал Лавров вполголоса. – Не все ли теперь равно: сказала она, что уходит, или нет. Эльза была по адресу, названному в записке, и скрыла это от меня, что подтверждает факт измены. Неужели я до такой степени не знал человека, с которым живу?

И все-таки где жена может сейчас быть? И почему не отвечает ее мобильник? Руки вдруг противно затряслись, на лбу выступила испарина. Никита поспешно открыл телефон, чтобы снова – в который раз! – набрать домашний номер. Выслушал длинные гудки, захлопнул крышку и заторопился к только что подъехавшему такси.

– Алтышников переулок, пожалуйста.

– Куда?! – Шофер завел мотор и хихикнул.

– Алтышников переулок, дом пять. Я что-то смешное сказал? – ощетинился Никита, и водитель смутился.

– Да вы уж простите, просто день какой-то странный сегодня. Судите сами: выручки никакой, пассажиров за все утро – раз, два и обчелся, причем двое из них едут по одному и тому же адресу. Будь этим адресом Кремль, я бы еще хоть как-то мог понять, а то какая-то глухомань, о которой еще вчера я знать ничего не знал.

– А кого вы отвозили сегодня, не припомните? Не женщину в светлом пальто, случайно?

У водителя, истомившегося от безделья, заблестели глаза, как у старой сплетницы, почувствовавшей запах «жареного».

– Ее, голубушку, ее. Никак супружница ваша?

– Жена, – коротко кивнул Никита. И, немного поколебавшись, добавил: – Не заметили, встречал ее кто, когда приехала?

– Нет, – отрицательно мотнул головой мужик. – Что, изменяет, да?

– С чего вы взяли? Разминулись мы с ней, а она дорогу плохо знает, боюсь, как бы не заблудилась.

– Не заблудится, – буркнул шофер, – раз мобила есть.

– Откуда вы знаете, что у нее есть телефон? Она при вас куда-то звонила?

– Это, конечно, не мое дело, но где гарантия, что она действительно ваша жена, а вы – не маньяк-убийца? С какой стати я должен вам доверять? – окрысился водила, злобно поглядывая в зеркало заднего вида на пассажира.

Никита достал портмоне и помахал им в воздухе.

– Плачу условленную сумму и еще столько же сверху.

Мужик посопел, размышляя, потом буркнул:

– Деньги вперед, а то не скажу.

Никита безропотно отсчитал купюры, кинул их на переднее сиденье и выжидательно уставился на шофера.

– Перед тем, как выйти, она по телефону говорила. Мобильник зазвонил, как только за ручку дверцы взялась, и она нервно так на кнопочку надавила, да как гаркнет: «Ну, что еще?» Я, конечно, удивился, потому что вроде бы такая приличная дама, а кричит, как грузчик в порту.

– Только у нее телефон зазвонил, она сразу на собеседника и закричала? – удивился Никита. – Может быть, все-таки сама позвонила куда-то?

– Какой ты непонятливый, ей-богу! – хихикнул шофер. – Первый звонок был, она ничего не говорила, только слушала, что ей в трубку говорят. А потом телефон опять зазвонил.

– И все?

– Нет. Потом она какой-то номер набрала и говорит: «Жди, я скоро буду». Мужику звонила. Точно.

– Почему – мужику?

– Так имя мужское было, – сморщил лоб шофер. – Запамятовал только я, какое. Давно изменяет, супружница-то?

Никита отвернулся к окну, давая понять, что не собирается отвечать на вопрос, но таксист, почувствовав причастность к чужой тайне, уже закусил удила.

– А я со своей шалавой развелся после того, как с любовником застукал. Морду немножко почистил и на все четыре стороны отпустил. А была б моя воля – пристрелил бы! Только вот в тюрьму из-за потаскухи садиться не захотел, – мрачно исповедался он. И вдруг заорал так, что Никита от неожиданности подпрыгнул: – Вспомнил имя, вспомнил – Гриша! Ага, Гриша, точно! Вот оно как… Гриша, значит, у ей завелся… Ну чего, знаешь такого?

– Нет, – процедил сквозь зубы Никита, – но обязательно узнаю.

В подъезде пахло мышами и помоями. Никита поморщился и, достав платок, прикрыл нос. Квартира, нужная ему, оказалась наверху, под самой крышей, рядом с чердачным люком, закрытым на большой висячий замок. Допотопный и ржавый, выглядел он так, будто последний раз его открывали еще при царе Горохе.

Лавров осторожно постучал, потом надавил кнопку звонка и прислушался. Раздался какой-то шорох, за дверью тявкнула собака и опять все стихло. Никита постучал погромче и, надавив на кнопку звонка, держал несколько секунд, не отпуская. Собака внутри взвыла и заскреблась в створку, но никто так и не отворил. Чувствуя, как в груди начинает волной подниматься отчаяние и злость, Никита начал стучаться во все двери.

В семнадцатой явно никого не было, в восемнадцатой же прошаркали к двери тапками и замерли у глазка. Никита забарабанил сильнее, после чего недовольный старческий голос произнес:

– Вам кого?

– Скажите, вы ваших соседей из девятнадцатой квартиры давно видели?

– Вам кого? – тупо переспросила старуха.

Никита, повысив голос, повторил вопрос.

– Вам кого? – снова услышал он.