Умрешь, если не сделаешь - Питер Джеймс

На стадионе и вокруг было сосредоточено небывалое количество полиции. «Амекс» в буквальном смысле находился в стальном кольце.

Главного констебля проинформировали. Еще в полдень было созвано совещание на уровне глав подразделений, в котором участвовал командир отряда «Золотой» суперинтендант Джейсон Тингли. Еще раз проанализировали факты. За шесть лет с момента открытия стадиона сценарий отрабатывался несколько раз. Тингли решил не отменять игру, но готовиться к эвакуации.

На виду у болельщиков, чтобы подчеркнуть усиленные меры безопасности, выстроились по периметру снайперы. Два вооруженных наряда полиции разместились снаружи стадиона. Полицейский вертолет несколько раз сделал облет территории и сейчас стоял в полной готовности.

Моррис облегченно вздохнул, хотя голос звонившего по-прежнему заставлял сжиматься его сердце.

«Мистер Моррис, завтра вечером на сиденье стадиона или под трибуной будет заложена бомба…»

Он размышлял, позволить ли своему маленькому сыну с дедом идти на игру. Жену в подробности не посвятил, зная, как она разволнуется и что скажет: «Не пущу!» Всю ночь переживал, чувствуя, что попал между молотом и наковальней. Если на стадионе действительно что-то стрясется и поползут слухи, что он знал об угрозе и не позволил отцу и сыну прийти на матч, а сам не отменил игру, его ждут большие неприятности.

В конце концов Моррис убедил себя, что стадион в безопасности. Только почему шантажист не перезвонил?

Неожиданно дверь отворилась, и в центр управления поспешно вошел стюард Кит Уэринг, который работал здесь столько же, сколько сам Моррис. В руках он держал мобильный телефон.

– Эйд, – начал он озадаченно, – тебе звонят. Почему-то на мой номер. Я спросил, что передать, но требуют тебя. Говорят, срочно.

Чтоб тебе, подумал Моррис, беря телефон.

– Эйдриан Моррис, – произнес он и тотчас узнал неприятный голос с акцентом, испытав одновременно облегчение и страх.

– Мистер Моррис, я подумал, надо дать вам немного времени на размышление.

– А я полагал, вы позвоните раньше… До игры пять минут.

– Вы – начальник службы безопасности. В вашей власти перенести матч и эвакуировать стадион. Настоятельно советую так и поступить.

– Как вы узнали этот номер?

– Я могу узнать любой номер, чтобы поговорить с вами по телефону, который не прослушивается полицией. Я, если помните, советовал к ней не обращаться. Я вижу сейчас всех вас. А вам меня не увидеть – не старайтесь. Перенесите матч, мистер Моррис, ей-богу, я же о вас забочусь. Эвакуируйте людей. А потом запла́тите деньги; я объясню как. Поймите, я не жадный. У вас остается чуть меньше четырех минут.

Трубка замолчала.

Моррис повернулся к начальнику матча с Гленном Брэнсоном и пересказал им разговор.

Кундерт позвонил командиру спецотряда «Золотой» Джейсону Тингли.

Футболисты вышли на поле. Толпа взревела. Тридцать тысяч фанатов встали, хлопая, скандируя, размахивая флагами и транспарантами.

– «Золотой» счита́ет, что слово за тобой, Эйд, – произнес Энди Кундерт. – Он поддержит любое твое решение.

Моррис лично переговорил с Джейсоном Тингли, и вместе они вновь оценили уровень угрозы. Он принял решение не отменять матч.

Положив телефон, покачал головой и беспомощно воздел руки. Самый важный день в новейшей истории клуба. Первая домашняя игра в Премьер-лиге! Может ли он в самом деле подвести «Чаек» и легион их фанатов?

– Мы знаем, что под трибунами чисто, – начал Моррис. – Если какое-то устройство и есть, его пронесли сегодня перед началом. Но всех входящих проверяли.

Он посмотрел на Южную трибуну, ища взглядом сына и отца.

Что делать?

Что, черт возьми, делать?

Раздался свисток. «Брайтон-энд-Хоув Альбион» выиграли жеребьевку и выбрали ворота, а «Манчестер Сити» получили право первого удара. Однако Эйдриан Моррис не смотрел на свою команду в сине-белой форме или на их противников в темно-бордовом. Его глаза неотступно следили за мониторами, осматривая каждого присутствующего на стадионе.

Он увидел своего сына, Финли, рядом с дедом, и в том же ряду заметил парня в красной бейсболке, который вдруг встал и начал протискиваться вон. С чего это вдруг?

Эйдриан увеличил изображение опустевшего сиденья и разглядел лежащую видеокамеру. Штука потянет на несколько тысяч. Надо быть совсем лопухом, чтобы так просто ее бросить…

Морриса пробил озноб.

С того самого времени, когда лучший в стране стадион еще только строился, они тесно сотрудничали с отделом по борьбе с терроризмом, и вся его команда прошла интенсивную подготовку по принципу «СОТ». Изначально схема разрабатывалась Британской транспортной полицией, чтобы свести к минимуму неудобства для пассажиров, когда на станции обнаруживают бесхозный предмет. Раньше любая сумка или рюкзак, оставленный без присмотра, приводил к немедленной эвакуации, долгим часам задержки в движении поездов, пропущенным рейсам и прочему.

Принцип «СОТ» расшифровывался как «спрятанный, очевидный или типичный для ситуации», но оставленный на некоторое время без присмотра, и предусматривал несколько алгоритмов оценки подозрительного предмета. Камера была очень дорогой, годящейся скорее представителю прессы. С другой стороны, Моррис прекрасно знал, что среди фанатов достаточно увлеченных фотографов-любителей. Он решил, что в данную минуту причина для беспокойства есть, однако непосредственная угроза отсутствует. Никто не бросит такую ценную вещь дольше чем на пару минут.

Эйдриан связался по рации с менеджером трибуны, Аннетт Дэй, и попросил взглянуть на камеру. «Хорошо», – ответила та.

Затем Моррис дал оператору описание парня в красной бейсболке и сосредоточился на мониторах у себя над головой. Вот он: невысокий молодой человек в обычном спортивном костюме, поспешно пробирается по стадиону, нервно оглядываясь. Моррис нажимал кнопки на пульте, выводя на экран изображение с разных камер. Парень пробежал по пустому коридору к двери с надписью «Утилизация отходов. Посторонним вход воспрещен».

Эйдриан включил следующую камеру, которая охватывала дверь и турникет за ней. Но получил пустой экран – не работает.

Холера!

Он немедленно дал своим сотрудникам приметы парня и приказал найти его, задержать и вызвать полицейского для обыска и допроса. Поставил в известность начальника матча и позвал Даррена Болкхэма.

Отправлять или не отправлять сообщение отцу, чтобы они с Финли срочно уходили? Моррису отчаянно этого хотелось, но он понимал, что, если настолько беспокоится, следует начать немедленную эвакуацию.

Болкхэм поспешно подошел и вгляделся в увеличенное изображение на мониторе. Да, согласился он с Моррисом и начальником матча, все может быть вполне невинно. Но имеют ли они право рисковать? Подождем еще пару минут: если парень ни в чем не виноват, пусть сходит в туалет или попить и вернется на место.