Умереть красиво - Питер Джеймс

– Как тебе… ты можешь двигаться? – зашипела она.

– Только руки.

Радиус свечения был невелик, однако его хватало, чтобы сориентироваться. Помещение, где держали пленников, представляло собой большой склад с высокими, футов двадцать, потолками, заставленный бочками для хранения химикатов. Сотнями, если не тысячами бочек. Бетонный пол, окон нет; луч наладонника даже не дотягивался до двери. Судя по температуре и кромешной тьме, склад находился на цокольном этаже.

Дверной проем здесь наверняка огромный, иначе погрузчик с бочками просто не пройдет. Плюс должен быть лифт.

Том рассмотрел браслет на лодыжке – широкий, металлический, с цепью, которая крепилась к кольцу на стене. Таким обычно приковывали преступников в фильмах. Другая, натянутая до предела цепь удерживала Келли. Том встал и направился к жене, но даже на всю длину звеньев между ними оставался промежуток футов в десять.

– Позвонить с этой штуки нельзя? – спросила Келли.

– Нет.

– А послать электронное сообщение?

– Только через телефон.

Он помочился в оранжевое ведро с облегчением, граничившим с блаженством.

– Не забудь дернуть за цепочку, – предупредила Келли.

Том улыбнулся, восхищенный ее смелостью. Пока ты улыбаешься, не падаешь духом, тебе все по плечу.

– Не забуду. И крышку закручу.

Он приблизился к бочке (благо, цепь позволяла) и осветил ее со всех сторон в поисках наклейки, которую ранее нащупал в темноте.

Та быстро нашлась – белая, с желто-черным треугольником и надписью «Осторожно! Опасно!». Текст на белом фоне гласил: H2SO4. КОНЦЕНТРИРОВАННАЯ. 25 ЛИТРОВ.

Том лихорадочно вспоминал школьные уроки химии. Разъедает ли эта кислота металл? И с какой скоростью?

Был лишь один способ выяснить.

Он положил мини-компьютер на пол и взял ведро. Экран мгновенно погас. У Тома упало сердце. Неужели зарядка села? Но тут он сообразил, что подсветка автоматически отключается через две минуты. Выбрав режим автономного питания, Том выплеснул содержимое ведра подальше от себя и от Келли.

После он занялся бочкой. Со снятой крышкой она источала сильный запах кислоты. Задержав дыхание, Том крепко обхватил бак – с ужасом осознавая, что случится, если тот перевернется, – и наклонил. Жидкость выплеснулась на пол рядом с ведром.

– Проклятье.

От бетона поднимался дымок. Отлично, реакция есть.

– Что ты делаешь?

– Провожу эксперимент.

– Какой еще эксперимент? Что ты задумал?

Напряженный, испуганный голос Келли рвал душу.

Если скудные познания в химии не врут, некоторые кислоты не растворяют металл и пластик, пластиковые баки тому подтверждение. Значит, за ведро тоже можно не опасаться.

Едкая вонь усугублялась, проникала в горло. Отпрянув, Том снова затаил дыхание и повторил попытку. На сей раз кислота полилась в ведро. Наполнив его до половины, он вернул бочку на место, выпрямился и посветил наладонником на ведро, чтобы проверить, не попали ли капли на дужку или другие подручные поверхности.

А потом плеснул немножко на цепь.

Никакого эффекта. С пола, где лежали звенья, заклубился зловонный дым, но со сталью ничего не произошло.

Том в безнадежном отчаянии уставился на цепь и выругался. С тем же успехом ее можно поливать водой.

84

С новой сигарой в зубах Веннер расхаживал по кабинету и, бурно жестикулируя, срывал зло то на албанце, который умудрялся одновременно жевать жвачку и курить травку, то на русском.

– Ребята, мы влипли. Влипли по-крупному.

Он вытащил изо рта сигару и до мяса вгрызся в указательный палец.

– Надо вытащить Юрия из больницы, пока не очухался, – заявил немногословный русский.

– Либо вытащить, либо заставить замолчать, – бросил Веннер.

– Я брата убивать не стану, – буркнул тот.

– Ты работаешь на меня, Роман, и будешь делать то, что тебе велят.

– Значит, не работаю на тебя.

Веннер метнулся к нему:

– Слушай, кусок дерьма. Если бы не я, быть тебе и дальше трактористом на Украине, поэтому не вздумай брыкаться, иначе вышибу пинком под зад. И что с тобой станет?

Русский угрюмо промолчал.

– Я разберусь. – Албанец выразительно провел ладонью по горлу.

Русский шагнул к нему вплотную, он был на добрую голову выше боксера.

– Тронешь моего брата – я тебя убью.

Не переставая жевать, албанец насмешливо посмотрел на него, дважды затянулся косячком и выпустил дым.

– Я подчиняюсь мистеру Смиту. Как он решит, так и сделаю.

– У нас есть куда более насущная проблема, – вмешался Веннер. – Гребаный придурок Джон Фрост – Гидни – со своими сраными метеосводками составил один неверный прогноз.

Оба мужчины озадаченно взглянули на него.

– Кислотный дождь! Плохой день для его шевелюры.

Русский ухмыльнулся; лишенный чувства юмора албанец ничего не понял. Тело Синоптика он поместил в бак с серной кислотой, все по схеме. Через пару дней кости перекочуют в соляную кислоту, и Энди Гидни растворится без следа.

– Проблема в том, что мы не знаем, каких дел он натворил и не сболтнул ли лишнего, – пояснил Веннер. – Про мобильный Фрост наврал?

– Он был у него в машине, – кивнул албанец. – Включенный.

– А мы ведь знаем, чем это грозит.

Оба подручных закивали.

– Через сотового оператора полиция может отследить его маршрут, когда и куда он следовал. Джентльмены, боюсь, пора сматывать удочки. Пересидим в Албании, пока все не уляжется.

– Я бы лучше остался, – возразил русский.

Веннер ударил себя в грудь:

– Мне пятьдесят девять. Думаешь, я бы добровольно провел хоть часть оставшейся жизни в этой сраной дыре, если бы не острая необходимость? Там ни одной нормальной бабы нет, кругом страшилы. Здесь мы осели, потому что нам нравится. Но вы, ребята, капитально облажались.

– Где? – разозлился русский.

Веннер как будто удивился вопросу:

– Где? За Миком следили от Кемптауна до центра Брайтона…

– Но я оторвался от хвоста на парковке, – перебил албанец.

– Да… и оставил там долбаный «гольф».

– Ничего страшного, потом заберу.

Пропустив его реплику мимо ушей, Веннер обрушил свой гнев на русского:

– Твой идиот-братец привлек внимание полиции, потом угодил в аварию, в результате легавые наложили лапу на ноутбук с нашим фильмом про д’Эта. И ты спрашиваешь, где вы облажались?

Русский молчал.

– Поступим так, – примирительно произнес Веннер. – Сейчас отснимем кино с супругами Брайс, избавимся от них и свалим. Сначала обеденным рейсом в Париж, а оттуда рванем дальше. Все ясно?

Подельники нехотя кивнули.

– Где будем снимать? – спросил албанец.

– Здесь, в этой комнате. У меня возникла парочка занятных идей. Мистер Брайс доставил нам массу неприятностей, пусть помучается. Но сначала мы развлечемся на его глазах с миссис Брайс. Роман, – обратился Веннер к русскому, – тащи их сюда. Ноги освободить, рот заклеить скотчем. Обожаю его срывать.

При мысли о том, что он сделает с Брайсами,