Порочный круг - Уилбур Смит

Карл и Джонни остановились на краю каменного причала и, заслонив глаза, всматривались в озеро. С севера приближалась флотилия местных долбленых каноэ. Пересчитать их на таком расстоянии было невозможно, но Карл насчитал примерно двадцать малых судов; они окружали два больших каноэ.

В гуще меньших каноэ сидели барабанщики. Они выбивали торжественный древний ритм. На носу и на корме стояли гребцы, они опускали и поднимали длинные весла в такт ударам барабанов – высокие стройные мужчины, чьи тела блестели на солнце, как свежепромытый антрацит. Они гребли и пели.

Два больших военных каноэ в центре строя были тяжело нагружены; борт каждого лишь на несколько дюймов поднимался над водой. В этих каноэ было по десять-двенадцать гребцов. Поравнявшись с пристанью, они развернулись и направились к пляжу. Толпа побежала по пристани, люди спрыгивали на песок, чтобы встретить каноэ. Джонни и Карл последовали за ними; Сэм и его гвардейцы окружали их и прокладывали им дорогу, колотя тяжелыми бамбуковыми палками по курчавым головам и голым спинам.

Они появились на берегу в ту минуту, когда большие каноэ носами уткнулись в землю. Зрители, забежав по пояс в воду, принялись вытягивать оба длинных каноэ на сушу. Потом со смехом и возбужденными криками окружили лодки, увидев, что в них. Телохранители расчистили дорогу, чтобы Карл и Джонни смогли подойти; они увидели на дне каноэ больших животных. Надежно связав им челюсти веревками из папируса, на головы крокодилам набросили старые мешки, чтобы они ничего не видели и вели себя спокойно.

Джонни прошел вдоль более крупного крокодила и удивленно присвистнул.

– Эта хрень – в пять моих шагов длиной, то есть около шестнадцати футов. Как, черт побери, его поймали?

– Построили длинную ловушку из прутьев и посадили туда приманку, козу, – объяснил Сэм Нгевеньяма. – Если крокодилу закрыть глаза, он засыпает.

Потребовалось двадцать человек, чтобы втащить спящего гиганта по грузовой аппарели на русское судно на воздушной подушке, и только тогда его смогли перевезти к арене. Еще одна группа из пятидесяти человек опустила его на веревках в яму.

Второй крокодил был всего двенадцать футов длиной. Предположительно это была самка, хотя в отсутствие внешних гениталий определить это трудно. Крокодилов положили рядом на песок арены у бассейна, а Карл и Джонни наверху, перекинувшись через перила, громко командовали.

– Снимите с них повязки! – приказал Джонни на суахили. Двое самых храбрых стали выполнять приказ, а остальные в страхе разбежались и в спешке столпились у входа в туннель.

Два чудовищных ящера медленно выходили из оцепенения. Потом на коротких лапах направились к берегу бассейна и погрузились в теплую, зеленую от водорослей воду. И лежали, выставив из воды только глаза и ноздри.

Джонни приказал Сэму заплатить охотникам на крокодилов. Сэм отсчитал вождя одного племени, который руководил всей операцией, толстую пачку танзанийских шиллингов. Этих денег хватило бы, чтобы купить большое стадо скота. Вождь в сопровождении своих поющих и возбужденно кричащих людей начал спускаться по холму.

Джонни и Карл остались одни в королевской ложе восхищаться своими новыми любимцами.

– Надо дать им имена, – сказал Карл. – Предлагай?

Джонни сосредоточенно нахмурился, потом сказал:

– Как насчет Большая Хрень и Малая Хрень?

– Неплохо. Очень поэтично! – задумчиво кивнул Карл. – Но мне нравится имя Ганнибал, то, что на папочкином видео.

Оба рассмеялись при этом воспоминании, и Джонни ласково ущипнул Карла за руку.

– Здорово, малыш Карл! Я рад, что ты это придумал. Назовем большую хрень Ганнибалом, а маленькую – Алиной.

– Что за Алина? – удивился Карл.

– Алина, парень, жена Ганнибала Каддафи. Супердевка. Если она была недовольна слугами, лила им на головы кипяток.

– Я думал, мы говорим о Ганнибале, сыне Гамилькара Барки, биче Рима, а не о Ганнибале, сыне Муаммара Каддафи, – усмехнулся Карл. – Но неважно, всякий может допустить такую глупую ошибку. Итак, миссис крокодил будет Алиной.

– Я уже люблю ее, – признался Джонни.

– Давай докажем твою любовь. Не вспомнишь кого-нибудь на обед для нашей Алины? Кто-нибудь в последнее время тебя сердил? – спросил Карл. – Ведь люди тебя сердят, правда, Джонни?

– Верно, белый. Не понимаю, зачем им вечно надо меня сердить. Наверное, я слишком добр к этим олухам.

– Выбери кого-нибудь из них, любого.

– Сэм поймал вчера ночью женщину, которая пыталась украсть на складе зерна ведро маисовой муки. Глупая корова сказала, мол, ее дети голодают.

– Это непростительно, – согласился Карл. – Всякий человек в здравом уме рассердился бы на такое. Вели Сэму привести ее.

Женщина была так парализована страхом, что не могла идти. Двое солдат Сэма притащили ее в зал и поставили перед королем Джоном.

– Ты знаешь, что в этой яме? – спросил ее Джонни, указав на бассейн.

Женщина замотала головой.

– Ну, я суну тебя туда, узнаешь.

Женщина, не понимая, смотрела на него.

– У нее такая смешная рожа. Как думаешь, она знает, что произойдет? – спросил Карл.

– Нет, – ответил Джонни. – Сразу после ареста Сэм приковал ее в одной из темниц замка. Она еще не видела крокодилов. Будет ей отличный сюрприз. – Джонни повернулся к солдатам, которые держали женщину, и сказал им: – Снимите с нее одежду. Сведите по ступенькам и бросьте в воду.

С женщины сорвали одежду и отволокли по лестнице к закрытым воротам. Карл и Джонни, перегнувшись через перила, наблюдали, как женщину втолкнули в ворота и закрыли их за ней.

Она била кулаками по железным прутьям, пока не пошла кровь. Потом посмотрела на людей вверху, плача и умоляя о милосердии.

– Иди сюда, – велел ей Джонни на суахили. – Подойди, я подниму тебя.

Она отцепилась от ворот и неуверенно пошла туда, где Джонни манил ее к себе, склонившись к «арене». Обогнула край бассейна, не глядя на воду.

Вдруг зеленая от водорослей поверхность бассейна словно взорвалась – с такой яростью, что двоих стоявших наверху окатило брызгами. Ганнибал ринулся в воду, как большая серая торпеда.

Он не раскрывал челюсти, чтобы схватить жертву; напротив, держал их плотно сжатыми, так что выступающие клыки верхней челюсти нависали над нижней в сардонической улыбке. Он мотнул головой. Чешуя у него на черепе была жесткой, как кольчуга. Когда женщина подняла руки к Джонни, крокодил ударил ее в грудь. Удар отбросил ее на каменную стену ямы. Ребра затрещали, как прутья в огне. Женщина мешком свалилась у стены.

Наклонившись над ней, Ганнибал широко раскрыл пасть и вонзил длинные желтые клыки в тело. Челюсти его сомкнулись с таким звуком, с каким закрываются стальные ворота. Ухватив тело женщины поперек, Ганнибал высоко поднял его, так что по песку волочились только пальцы ног и рук, и понес в воду.