Эффект бандерлогов - Александр Дав

– Слушаю вас, мсье…

– Мне бы шашлык из баранины… Лепёшку и чай… чёрный бархатный.

– Спасибо за заказ. Ваше ожидание может составить двадцать минут. Что-нибудь на аперитив?

– А у вас пьют? – удивился Полковник.

– Для гостей предусмотрена винная карта. Вот прошу…

Роммель заказал двести водки и «овощную тарелку… с сыром». Официант улыбнулся, но ничего не сказав, только поклонился:

– Одну минуту, мсье…

После водки с сыром и свежими овощами Саша захотел пить. Вода, принесённая всё тем же официантом, шибала в нос газом и охлаждала горло.

Роммель немного размяк и заговорил развязно с официантом, принёсшим приборы для шашлыка.

– А что, любезный, хорошо ли тебе тут платят? – он сам удивился своему странному слогу.

– Спасибо. Я доволен. Что-нибудь ещё?

– Послушай друг, а нет ли у тебя возможности достать… Ну… этого… – Саша почесал нос и громко вдохнул им.

– Это запрещено законом. Извините.

– Да, ладно… Не сердись. Я, видишь ли, из России. Правил ваших не знаю… – И, притянув официанта за руку к себе, прошептал на ухо: —Есть кое-что для продажи…

Официант отстранился от Роммеля.

– Извините. Шашлык готов, – и удалился в кухню.

После обеда Саша рассчитался и, опять притянув официанта, на ухо сказал:

– Завтра в это же время… Пригласи своего хозяина. Скажи, товар есть… Хороший… Он поймёт.

На следующий день Полковник обедал в это же время. Меню не стал просить. Заказал то же, что и в прошлый раз. Официант, немного волновался, как показалось Полковнику.

Роммель уже доедал свою порцию шашлыка и проклинал свой дурацкий план внедрения, как к столику подошёл бородатый мужчина. Поздоровался и, не спрашивая разрешения, присел на стул напротив Саши. Сидел молча, перебирая чётки и глядя Полковнику прямо в лицо.

Роммель посмотрел исподлобья, хмыкнул. Налил себе из второго принесённого графинчика водки. Выпил, тоже глядя прямо в глаза нахалу, развалившемуся без спроса за его столиком. Занюхал куском лепёшки и, зло улыбаясь, выдавил:

– Ну?

– Тебе, уважаемый, хочет видэть моя началнык.

Говорил мужчина на русском языке, хотя и с сильным акцентом. «По-моему – таджик», – подумал Роммель. Он долго служил на Востоке и как-то отличал людей по национальным признакам. Саша отёр рот салфеткой, щёлкнул пальцами, подзывая официанта, и, не отрывая взгляда от непрошеного гостя, сказал:

– Хочет увидеть – увидит. Веди…

Официант рассчитал Роммеля, списав с его счёта какую-то сумму, и Полковник пошёл вслед за таджиком…

Чайхана, как окрестил про себя заведение Роммель, имела целый лабиринт комнат, коридорчиков, закоулков и много выходов. Причём, как понял Саша – на разные улицы. Настоящий духан. Он такое видел раньше. «Вот тебе и Европа, полная жопа, под носом у властей. И камер наблюдения не видно».

Едва успел подумать, как получил удар сзади по затылку и ушёл в туман, как говорили в его хулиганском детстве…

Очнулся от того, что трудно дышать. Открыл глаза… «Как же болит шея! Попал. Скоро шею облегчат. Эти отрежут голову – к бабке не ходи… Вот балбес старый. Прощай, башка непутёвая…»

Места мало. Ноги и руки связаны. Голова упирается во что-то твёрдое. Ноги согнуты. На голове мешок. Что ещё могло иметь такой специфический запах и шероховатость поверхности, как не мешковина.

Багажник автомобиля, в котором везли Полковника, был довольно большим. Но Роммель тоже был большим, и места не хватало. Однако дорога была недолгой, и вскоре его достали на свет божий. Он шатался на затёкших ногах, пытаясь высвободить руки. Кляп во рту мешал сильно. Лучше не делать резких движений.

– Снимите мешок, – голос был почему-то знакомый и язык чисто русский, без акцента.

Мешок сняли. Резкий свет ослепил Роммеля, и он сквозь прищур увидел сидящего перед ним на стуле человека. Одежда восточная. Больше трудно после темноты рассмотреть.

– Ё-моё! – услышал Роммель, приготовившийся уже к самому худшему. – Александр! Дорогой! – и далее заливистый смех, и русский мат. – Ты здесь откуда?

Не до конца понимая, что происходит, Саша съязвил:

– От верблюда, блин… Руки развяжите, суки, покажу, откуда я…

– Развяжите ему руки. Это не фараон! Это Санька Полковник… Ну, подарочек.

И уже развязывали руки и ноги, усаживали в кресло, подносили прохладные напитки и отряхивали от дорожной и багажной пыли.

Попив воды и чуть привыкнув к свету, Полковник присмотрелся и только сказал:

– Едритческая сила! Егор Юсупов! Ну, блядь! Ты тут.

– Давно, Саша…

– А я думал, вы с Толяном попались.

– Попались почти сразу. Ты нам когда этих клоунов подставил… Которые изображали революционеров, или чё ещё непонятное, мы поняли – бежать от них надо. Но куда убежишь… Ладно, об этом потом.

Егор повернулся к своим людям, стоявшим за его спиной, и отдал какое-то распоряжение на арабском…

В этот же день, вечером Александр Роммель и Егор Юсупов сидели в фешенебельном ресторане за ужином. Разговор шёл неспешно, но по-деловому. Егор не пил совсем, Саша только немного сухого вина.

– За нами следят, по-моему, – говорил Егор в своей привычно спокойной манере. – Вот мои ребята и приняли тебя за копа… Как голова?

– Голова, как ни странно, ничего. Шея болит только. Пройдёт. Думал, хуже будет. Меня же не оглушили. Просто удар, а потом какую-то гадость под нос… Ладно – пробежали. Так что, сотрясения нет. Лучше к тебе… Ну и что ты тут делаешь?

– Хм… выполняю ответственное задание партии и правительства…

– Иди ты!

– Когда мы с Толиком дали дёру… Ну, от этих ненормальных революционеров… Подались к кордону… Где там! Петляли три дня… Настигли волки, свои же бывшие сослуживцы. Дальше разбирательство, карцеры, допросы… Вдруг, в один прекрасный… вызвали меня… Не к следаку. Сидит мужик в армейском кителе… Генерал-полковник. – Вербовал?

– Нет… сразу поставил задачу. Так и сказал. Ставлю задачу, товарищ Юсупов. Перейти границу. Внедриться в оппозиционные силы из среды эмигрантов. Сколотить боевой отряд и ждать указаний… Понимаешь – я вкратце поясню…

– Что, штатных сотрудников не хватало? – Роммель скривил губы. – Хотя… в этом есть изюминка… Легенда уж больно…

– Вот… Чувствую школу. Конечно. Зачем штатнику придумывать легенду, устраивать левые побеги и прочее, когда есть готовый, а точнее, готовая жертва «внутреннего террора»… Биография отличная. Уволен из ГРУ. Осуждён. Бежал. Пойман. В карцере, в шизо и прочее… А заметь, это всё есть в базе…

– Которую наши умело слили через подставные каналы спецслужбам Европы…